$

2.1102 руб.

2.3950 руб.

Р (100)

3.1973 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

ИТ-технологии

В Ташкенте создается аналог минского ПВТ с еще большими льготами

04.07.2017

В конце июня в Ташкенте на очень высоком уровне приняли Валерия Цепкало, создателя белорусского Парка высоких технологий. А уже с 1 июля вступил в действие указ Президента Узбекистана о создании ПВТ в этой стране.

Точное и полное название учреждения: Инновационный центр по поддержке разработки и внедрения информационных технологий Mirzo Ulugbek Innovation Center. Концепция работы близка к идеям и принципам нашего ПВТ, но возможности и льготы несколько шире, чем предлагается в Беларуси.

Базовые принципы работы узбекской Кремниевой долины:

1. Экстерриториальность. То есть, компании-резиденты не обязаны базироваться в одном округе, квартале или городе, к чему очень тяготеют российские проекты такого рода. Как и в Беларуси, офисы разработчиков могут находиться в любой части страны.

2. Освобождение компаний-резидентов от всех налогов, сборов, платежей в различные фонды, таможенных платежей за ввозимое оборудование. Сотрудники тоже получат значительные льготы: с их зарплат взимается подоходный налог в размере 7,5% и отчисления в пенсионный фонд – 4,5%. Сохранение этого режима гарантировано до 1 января 2028 года.

3. Освобождение компаний-резидентов от обязательной продажи валютной выручки. При наличии в Узбекистане 3-4 разных курсов узбекского сума к доллару, это очень существенный момент.

Отметим, что в стране существуют официальный, биржевой, коммерческий (действует в обменных пунктах банков) курсы российского рубля и доллара к узбекскому суму. Продать по этим курсам валюту можно. Купить – едва ли. Через обменник банка узбек может приобрести 2000 USD раз в три месяца. Наличными их не выдадут, а на протяжении нескольких недель покупателю их зачислят на карт-счет. Да, за выдачу валютной карточки и открытие этого счета банк попросит сразу пополнить их на 300 USD.

Биржевая продажа валюты – это только для избранных. Например, Россия не смогла отстоять это право для своих авиакомпаний в Узбекистане даже угрозой закрыть небо для узбекских самолетов. В итоге авиабилеты теперь продают населению за валюту, но на биржу «Аэрофлот» не пускают.

Доллары и российские рубли активно продают и покупают нелегально, прежде всего, на базарах. Именно там формируется курс черного рынка, который наиболее близок к реальному рыночному соотношению. У валютчиков за 1 USD можно получить 8300-8400 сум, в то время как по официальным каналам – в районе 4000.

4. Право выплачивать зарплату сотрудникам и дивиденды акционерам в иностранной валюте. Это очень удобно и может стать важным фактором, привлекающим в инновационный центр не только айтишных инвесторов, но и финансовые потоки из других отраслей и рынков.

Но в основе такого решения лежит чисто техническое неудобство. Самая распространенная узбекская купюра – 1000 сум (это эквивалент 12 белорусских копеек по «базарному» курсу). До недавнего времени она была и самой крупной. Если такими банкнотами выплатить среднюю зарплату белорусского ПВТ, полторы тысячи долларов, то весить они будут не менее 12 кг и вместо кошелька понадобится вместительная сумка.

В настоящее время запущены в обращение купюры в 5000 и 10 000 сум. Но их пока не хватает. А в ходу достаточно банкнот номиналом даже менее 500 сум.

Вы скажете, что любой нормальный айтишник не носит мешки с наличными, а получает зарплату на карточку. Вероятно, в узбекском инновационном центре так и будет. Но есть один неприятный нюанс. В Узбекистане нередко на товары и услуги есть две цены: наличная и безналичная. И вторая запросто может быть выше. Ну и прием карточных платежей в стране далеко не повсеместный. Так что с наличными дело придется иметь в любом случае.

5. Право осуществлять продажу услуг за границу через собственные интернет-магазины без документального оформления экспорта и валютного контроля.

6. Низкие зарплаты местных программистов.

Последнее, конечно, не прописано в указе президента, но средняя зарплата в Узбекистане колеблется в районе 200 USD. Программистам платят больше, но все же уровень дохода, который предлагается узбекским разработчикам, в 2-4 раза ниже, чем в Беларуси. К примеру, PHP-девелопер (с опытом не менее 2-3 лет) для работы с высоконагруженными проектами может претендовать на сумму от 350 USD в Самарканде до 600 USD в месяц в столице; опытный вэб-разработчик на Python/Django со знанием JavaScript, в зависимости от опыта, имеет шанс получать от 600 до 1000 USD. Очевидно, это показатель уже начавшегося роста отрасли.

На начало 2016 года Программа развития ООН указывала на среднюю зарплату узбекского программиста в 600 USD по официальному курсу, что эквивалентно 300 USD в пересчете на рыночный.

А есть ли они вообще, узбекские программисты? Безусловно, есть. В тридцатимиллионной стране существуют сотни компаний, чей бизнес – разработка сайтов, мобильных приложений, игр, корпоративных систем. В Национальном каталоге разработчиков и программных продуктов на момент написания этой статьи зарегистрирована 151 компания.

Тысячи людей работают по IT-специальностям в высокотехнологичных и традиционных организациях. Ведь сейчас розничная торговля, добыча полезных ископаемых, агробизнес, туризм, банки, госуправление невозможны без специализированных IT-систем и людей, обеспечивающих их внедрение и ежедневную работу. Единовременно на узбекских кадровых сайтах выставлено не менее 300 вакансий и более 3000 резюме по специальностям так или иначе связанным с информационными технологиями.

В стране успешно работает несколько технических вузов, в частности Ташкентский Университет Информационных Технологий с филиалами во всех крупных городах. Совместный с одноименным южнокорейским вузом Университет Инха сфокусирован именно на программном и компьютерном инжиниринге, а занятия ведутся только на английском.

Кроме того, в Ташкенте работают отделения британского University of Westminster и итальянского Туринского политехнического университета. Аналогично: стандартные международные экзамены (TOEFL и т.д.) и преподавание только на английском. Итальянские профессора готовят исключительно инженеров, в том числе, айтишников, для работы на промышленных объектах в машиностроении, энергетике и т.д. В формально «заточенном» под юристов и управленцев Вестминстерском университете в Ташкенте, Business Information Systems – одна из четырех главных специализаций.

Дефицита желающих стать студентами в Узбекистане нет, это многодетная страна с очень молодым населением. Если к этому добавить гранты IT-компаний, вполне можно получить колоссальный прорыв в образовании.

Эксперты подчеркивают, что Указ о создании ПВТ — еще одно свидетельство того, что новый президент Узбекистана демонстрирует решимость к реформам и нововведениям.

В целом же IT-бизнес в Узбекистане сейчас находится примерно в том же положении, что белорусским ПВТ пройдено 10-15 лет назад. Официальный экспорт программного обеспечения – 3,3 млн. USD в год. Пока из страны идет отток квалифицированных кадров. Крупных офисов разработки программного обеспечения еще нет. Но наш новый азиатский конкурент, безусловно, может и готов расти очень быстро.

Автор публикации: Александр ПЛЮСКОВ