$

2.3981 руб.

2.6734 руб.

Р (100)

3.4795 руб.

Ставка рефинансирования

8.00%

Мнение специалиста

Как спасти отстающие регионы? Глава ПРООН в Беларуси о путях выхода из кризиса

19.11.2019
Как спасти отстающие регионы? Глава ПРООН в Беларуси о путях выхода из кризиса
Александра Соловьева

В ближайшее время будут объявлены результаты конкурса на лучшие инициативы по поддержке предпринимательства в 12 пилотных районах республики. Проект с бюджетом в размере 1,32 млн USD реализуется ПРООН совместно с белорусским правительством. Как придать импульс развитию регионов, какова здесь роль инвесторов и государства – об этом беседуем с постоянным представителем ПРООН в Беларуси Александрой СОЛОВЬЕВОЙ.

– Александра Евгеньевна, в по­следние годы приходится наблюдать определенную деградацию многих белорусских регионов, что выражается в низких темпах экономического роста и миграции населения. Насколько в целом, по вашим оценкам, остра эта проблема?

– Возможно, деградация – слиш­ком сильное слово для оценки ситуации. Действительно, в районах существует ряд сложностей экономического характера, но также сущест­вуют отличные предпосылки для развития: есть человеческий потенциал, инфраструктура, безопасная среда, действует система социальных услуг.

Работая с местными сообществами, ПРООН усиливает этот потенциал через партнерство частного сектора и местных администраций, привлечение новых знаний и лучших зарубежных практик, а также содействие инвестициям. Такая поддерж­ка помогает решить ряд социально-экономических сложностей, с которыми сталкивается сегодня большинство районов Беларуси.

Одна из таких проблем – стареющее население. В то же время есть потенциал для более активного вовлечения пожилых людей в экономическую деятельность, например, через стимулирование экотуризма – сектора, в котором люди пенсионного возраста могут чувствовать себя достаточно комфортно.

Опрос, проведенный в августе-сентябре 2019 г. в рамках проекта «Поддержка экономического развития на местном уровне в Республике Беларусь», выявил еще одну серьезную проблему – нехватку квалифицированного персонала. Из-за низких зарплат и отсутствия перспектив молодежь уезжает в столицу и областные центры, а также в соседние страны – Россию, Польшу, Латвию, Литву.

Проблема особенно остра в сельскохозяйственных районах, где от­сутствуют промышленные предприятия, а сельское хозяйство зачастую убыточное. Одним из решений может быть внедрение в сельское хозяйство передовых технологий, повышающих производительность фер­мерства и дающих возможность хорошо заработать, что привлекательно для молодых людей.

В целом, на наш взгляд, есть три основных направления, работа по которым способна ускорить темпы экономического развития сельских районов.

1. Устранение неравенства меж­ду районами.

2. Замедление темпов внутренней миграции и привлечение молодежи.

3. Рост благосостояния мест­ных сообществ через развитие частного бизнеса, а также повышение качества социальных услуг и инфраструктуры.

– Почему, на ваш взгляд, общая либерализация законодательства, а также ряд мер поддержки регионов, например, предоставивший налоговые льготы Декрет от 07.05.2012 № 6, до сих пор не привели к опережающему развитию глубинки? Что следует предпринять властям для возрождения села и малых городов?

– Действительно, в малых городах и сельских населенных пунктах созданы комфортные условия для развития бизнеса: это и возможность заключения инвестиционных договоров, которые гарантируют поддержку на старте, и налоговые льготы, и создание центров предпринимательства и бизнес-инкубаторов, в т.ч. при поддержке ПРООН. Значительна роль банков, которые разрабатывают и предлагают мест­ным предпринимателям финансовые продукты.

Однако привлечение инвесторов – это сложный вопрос, который требует комплексного подхода. Во-­первых, об условиях для ведения бизнеса в стране должны знать не только белорусские, но и иностранный инвесторы.

Поэтому необходимо развивать маркетинг территорий, организовать работу информационных биз­нес-центров, чтобы информация была доступна как местным, так и зарубежным инвесторам.

Во-вторых, в регионах все еще ощущается недостаток транспортной, инженерной, социальной инфра­структуры. Здесь свою роль мы видим в оказании экспертной поддержки, привлечении лучшего зарубежного опыта и инноваций.

Кроме того, как показал опрос, значительно сдерживают развитие бизнеса низкая покупательная способность населения, нехватка квалифицированного персонала, ограниченный доступ к финансированию, нехватка знаний и некоторые другие факторы.

Модель местного развития, при которой создавались крупные градообразующие предприятия с замкнутым циклом в малом городе, не оправдала себя.

В рамках нашего проекта по развитию малых городов, поддержанного Российской Федерацией, мы предлагаем уйти от этой модели и сделать акцент на развитии малого и среднего предпринимательства, которые намного гибче и быстрее адаптируются к изменяющейся экономической среде.

Нужны программы развития компетенций, в т.ч. в IT-сфере, что создаст условия для повышения конкурентоспособности человека на рынке труда. Сегодня в регионах есть хорошая интернет-инфраструктура, и информационные технологии позволяют создавать удаленные рабочие места.

– Насколько реально ускорение развития регионов, пострадавших от аварии на Чернобыльской АЭС? Что для этого необходимо?

– ПРООН на протяжении 25 лет работает в регионах, пострадавших от катастрофы на Чернобыльской АЭС, и продолжает активно реализовывать проекты по таким направлениям, как экономика, экология и базовые услуги. В рамках пяти масштабных проектов оказана поддержка более 200 инициативам по профилактике и информированию в области неинфекционных заболеваний, органическому земледелию и развитию туризма, обеспечению радиационной безопасности, сохранению исторического наследия и культуры, восстановлению экосистем, борьбе со стихийными бедствиями и смягчению их последствий. Все эти проекты были направлены на улучшение условий жизни пострадавшего населения.

Хочу отметить, что экономическая активность и инициатива жителей пострадавших районов зачастую выше, чем в тех, которые избежали последствий радиации. В июне этого годы мы с коллегами посетили наиболее пострадавшие регионы – Хойникский и Брагинский. Во время визита у меня было очень много встреч с местными жителями и представителями администраций. Мы обсудили возможности экономического роста. Местные жители предложили около 50 проект­ных идей. Все они вполне реализуемые и могут иметь положительный социальный и экономический эффект.

Очевидно, достижению целей мешает общественное мнение о социально и экономически депрессивных территориях с населением, пережившим психологическую травму. Эта стигма достаточно сильна, но далеко не так непобедима, как казалась 20 лет назад. С ней можно и нужно бороться. Благо отдельные районы, например, Брагинский, не только успешно преодолевают вызовы, но и становятся лидерами в продвижении местных стратегий устойчивого развития.

Наиболее пострадавшим территориям предстоит длинный и непростой путь. Например, местным производителям пищевых продуктов и лесоматериалов по-прежнему приходится преодолевать бытующие в обществе страхи, которые сдерживают потребительский спрос на их продукцию, притом не только за рубежом, но и внутри страны.

Сегодня мы приступили к работе над новой Чернобыльской программой, которая отличается от предыдущих тем, что нацелена на формирование комплексного подхода по оказанию поддержки населению «восстанавливающихся» районов. ПРООН планирует презентовать рентабельные проекты социально-экономического развития, чтобы реализовать их во взаимодействии с государственным и частным секторами, национальными и международными партнерами.

– Какую помощь в развитии регионов Беларуси оказывает ПРООН? Каковы итоги и планы проекта по поддержке развития на местном уровне реализуемого ПРООН, ЕС и белорусским правительством?

– Недавно мы завершили проект ЕС-ПРООН «Содействие развитию на местном уровне в Республике Беларусь», в рамках которого широкое применение получил территориально-ориентированный подход к развитию территорий. Инновационность в том, что территория признается как активный субъект развития.

На 30 пилотных проектах местными инициативными группами в сотрудничестве с органами власти были разработаны Паспорта территориально-ориентированного развития районов (ТОР). Реализация этих документов поддержала инициативность местных жителей, позволила укрепить межсекторные связи.

За время проекта успешно реализованы более 250 инициатив с общим бюджетом более 3 млн EUR. Можно найти много примеров, когда финансово поддержанные инициативы вышли на новый уровень, стали стимулом для дальнейшего развития территорий.

ПРООН руководствуется принципом «Никто не должен остаться в стороне». Поэтому наши проекты стимулируют взаимодействие органов власти с гражданским обществом, предпринимателями, молодежью и местными сообществами.

Результатом этой работы за последние 3 года стала поддержка около 40 малых бизнесов в регионах. Порядка 30 тыс. местных предпринимателей смогли от­к­рыть для себя новые возможности в экотуризме, сохранении культурного наследия, устойчивом сельском хозяйстве и других направлениях.

Ожидается, что эти цифры будут расти. В ноябре мы объявим результаты нового конкурса местных экономических инициатив, на который к нам поступило 1,9 тыс. проект­ных предложений.

 

О роли государства как инвестора и регулятора

– Александра Евгеньевна, верите ли вы в государство в роли инвестора? (В Беларуси до сих пор именно госбюджет является ключевым ин­вестором в экономику регионов.) Или все-таки государство должно быть преимущественно регулятором?

– Роль государства регулирующая. Оно создает правовые рамки и благоприятные условия для инвестиций. Однако я бы не стала недооценивать роль государственных инвестиций в Беларуси при решении задач устойчивого развития. К слову, в мировой практике при реализации проектов социального воздействия государство выступает и в той, и другой роли.

Повсеместно в мире мы наблюдаем изменение бизнес-модели. Ключевую роль начинают играть инновации и новые формы партнерства: инвестиции социального воздействия, смешанное финансирование, «зеленые» бонды и «патронажные» инвестиции. Они учитывают не только экономические, но и социальные, а также экологические выгоды.

Правительства могут создавать партнерства с институтами, занимающимися, например, изменением климата (в качестве примера можно привести инициативу по климатическим бондам). Перспективно совместное продвижение новых финансовых продуктов, таких как «зеленые» бонды и облигации. Можно воспользоваться революционными решениями FinTech, чтобы обеспечить доступ к ресурсам для представителей уязвимых групп, включая жителей сельских районов. К слову, правительство Великобритании совместно с четырьмя банками в 2012 г. создало независимый финансовый институт Big Society capital (BSC; «Капитал Большого общества») с целью развития британского рынка инвестиций, содействующих социальным преобразованиям.

Новой инновационной формой партнерства государства и частного сектора можно назвать и бонды социального воздействия (Social and Development Impact Bonds). По мнению экспертов, у этого инвестиционного продукта огромный потенциал, который уже получил развитие в США, Великобритании, Австралии.

Облигация социального воздействия – это своего рода долговая ценная бумага. Частный инвестор обеспечивает капиталом программу или услуги, а экономия, полученная государством в результате данного воздействия, идет на возврат инвестиций и обеспечение доходности.

Инструмент находится еще на ранней стадии развития и мало кому понятен. У нас есть предложение создать платформу по обмену знаниями в этой области.

 

Использование материала в полном объеме запрещено без получения предварительного письменного разрешения в электронном виде редакции neg.by. За разрешением обращаться на op@neg.by

***