$

2.1102 руб.

2.3950 руб.

Р (100)

3.1973 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Проблемы и решения

БУДУЩЕЕ ПЕРЕНОСА И ЛЬГОТА БЕЗ БУДУЩЕГО

29.10.2010

В ряду мер по упрощению налоговой системы страны бизнес-союзы обсуждали с министерствами финансов, экономики, по налогам и сборам, промышленности возможность переноса убытков. Но данный механизм, широко применяемый за рубежом, не нашел отражения в изменениях налогового законодательства на будущий год. Да и в более отдаленной перспективе, судя по результатам дебатов, его ждать не приходится.

Наши читатели, вероятно, помнят по предыдущим публикациям «ЭГ», что перенос убытков на будущие прибыли представляет собой уменьшение в текущем налоговом (отчетном) периоде налоговой базы по налогу на прибыль на величину убытков, полученных в предыдущем или предыдущих налоговых периодах. Определенные потери бюджета не мешают многим странам применять этот механизм. Как правило, за рубежом убытки прошлых лет списываются равномерно в течение нескольких последующих лет. Например, в России, Казахстане и Сербии — 10 лет, Канаде — 7, Азербайджане, Болгарии, Грузии, Италии, Латвии, Литве, Молдове, Польше, Румынии, Словакии, Франции, Чехии, Хорватии — 5, США — 20. То есть если в нынешнем году, скажем, казахстанская компания получила 10 млн. тенге убытка, а в следующем — прибыль, то она уменьшит ее при исчислении корпоративного подоходного налога помимо текущих вычетов и преференций еще на 1 млн. — и так в течение 10 лет подряд, экономя ежегодно 150 тыс. тенге, которые наверняка ей пригодятся. В некоторых странах (Канада, Япония, Великобритания, США) компании вправе учитывать полученные убытки не только при определении будущих, но и прошлых доходов — ретроспективно, что фактически означает возмещение налога из бюджета.

Такой механизм, снижая бизнес-риски компаний, особенно на начальной стадии развития или в периоды кризисов, по сути, является государственной поддержкой плательщиков в сложные времена. Если, в т.ч. благодаря этой мере, предприятие выживет, то у него есть шанс окрепнуть, сохранить трудовой коллектив и через несколько лет компенсировать потери бюджета за счет своих налоговых поступлений. Очевидно, что если прибыль облагается налогом в полном объеме, то по аналогии и убытки должны учитываться при налогообложении полностью и не ограничиваться налоговым периодом, т.е. применение механизма переноса соответствует принципу справедливого налогообложения.

К сожалению, в Беларуси по сей день действует иная точка зрения. По мнению многих законодателей и контролирующих органов, отрицательный результат хозяйственной деятельности — порок, которому нет оправдания. Наличие устойчивого убытка в течение календарного года (по итогам каждого отчетного (налогового) периода) является согласно Указу от 16.10.2009 № 510 «О совершенствовании контрольной (надзорной) деятельности в Республике Беларусь» одним из критериев отнесения предприятия к высокой группе риска, что влечет назначение ежегодных плановых проверок. Впрочем, в целях борьбы с убытками могут проводиться и внеплановые проверки — если заданные показатели процветания отечественной экономики окажутся под угрозой невыполнения. При этом ревизоры готовы едва ли не на все, чтобы доказать, что убытки — следствие сокрытия налогов и прочих злоупотреблений. Обычно это удается. При известной фантазии всегда можно найти изъяны в первичных учетных документах, исключить под благовидным предлогом из затрат какие-либо суммы. Декларируемый Указом № 510 принцип презумпции добросовестности и невиновности проверяемого субъекта зачастую почему-то игнорируется. Между тем гораздо чаще причиной убытков являются просчеты менеджмента, не носящие признаки правонарушений, а порой — условия, в которые само государство ставит бизнес. Зато «в шоколаде» остаются те, кто, вняв духу времени, не начисляет амортизацию, списывает расходы не на себестоимость, а за счет фондов или на расходы будущих периодов. Такая «учетная политика», по сути, есть приписки финансовых результатов и искажение бухгалтерской отчетности, которые практически поощряются (в т.ч. в некоторых нормативных актах), тогда как на Западе это считается одним из самых тяжких экономических преступлений, которые караются почти как умышленное убийство. Однако мы отвлеклись от темы — причины убытков и достоверность прибыли белорусских предприятий достойны особых исследований.

По расчетам Минфина и Минэкономики, в случае установления механизма переноса убытков на будущие прибыли с 1.01.2012 г. сроком на 5 предшествовавших лет, т.е. с 2007 г., потери доходов бюджета по налогу на прибыль (исходя из статистики убытков предприятий страны в 2007–2009 гг.) более 2,4 трлн. Br. Это могло бы стать существенным подспорьем для субъектов хозяйствования, далеко еще не оправившихся от последствий мирового кризиса. Но рачительные чиновники не могут допустить, чтобы интересы бюджета хоть в малейшей степени пострадали. А потому они предлагают, чтобы механизм переноса убытков на будущие прибыли применялся... только вместо ныне действующей льготы по налогу на прибыль на финансирование капитальных вложений. Остается согласовать это мудрое решение с отраслевыми министерствами и концернами.

Любопытно, что наши чиновники, утверждая, что механизм переноса убытков на будущее является альтернативой льготе по капвложениям, ссылаются на мировой опыт: дескать, практика одновременного их применения отсутствует. В качестве примера приводятся Германия, Китай и Нидерланды. Но зачем ездить так далеко? Мы вроде бы конкурируем за состояние инвестиционного климата не столько с немцами и голландцами, сколько, прежде всего, с нашими партнерами по Таможенному союзу. Но в России и Казахстане механизм переноса убытков на будущие прибыли не исключает одновременных налоговых мер по стимулированию обновления основных средств. У россиян это амортизационная премия, дающая право списывать единовременно 30% приобретаемых основных средств, в Казахстане — инвестиционные налоговые преференции, аналогичные нашей льготе по капвложениям (только без амортизационных фондов и прочих излишеств).

Заметим, что по результатам 2009 г. сумма примененной в республике льготы по прибыли, направленной на финансирование капвложений, составила 528,5 млрд. Br, а в 2011 г., согласно оценке, может достичь около 1 трлн. Br. Сколько удастся прольготировать в текущем году, пока не уточняется. Полагаю, что не зря — условия получения данной льготы сегодня столь оригинальны, что многие предприятия не в состоянии их выполнить, а большинство бухгалтеров — понять, несмотря на неоднократные разъяснения Минфина и МНС. Зато, изменив их, можно с чистой совестью отрапортовать об очередном упрощении налогового законодательства — благо на радостях никто не спросит, кому и зачем понадобилось сначала все настолько усложнять. Добро бы в последний раз...

Леонид ФРИДКИН