$

2.1028 руб.

2.4584 руб.

Р (100)

3.1371 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Судебная практика

Субсидиарная история

29.08.2017

Такие истории в последнее время часто случаются в нашей стране. И попасть в них, с «легкой» руки чиновников и суда, могут многие бизнесмены и менеджеры, как бы они ни пытались старательно соблюдать требования законодательства. При этом виновными их считают даже в том случае, если ошибку допускают чиновники.

Например, сейчас в производстве экономического суда г. Минска находится дело по исковому заявлению инспекции МНС по одному из столичных районов о возложении субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «А» солидарно на двух его участников, один из которых заодно был ликвидатором этого общества.

Основанием для подачи иска явилось наличие у инспекции МНС сведений о задолженности по государственной пошлине, не погашенной на дату исключения общества из ЕГР. Казалось бы, такое в принципе невозможно.  Ведь в процессе ликвидации обязательно проводится налоговая проверка, после чего инспекция МНС представляет регистрирующему органу справку о состоянии расчетов с бюджетом. Исключение субъекта хозяйствования из ЕГР при наличии непогашенной задолженности не допускается.

Но, оказывается, допустить можно все. При этом виновными и привлекаемыми к субсидиарной ответственности будут только руководители, участники субъектов хозяйствования и/или их ликвидаторы. Вариант ошибки сотрудников государственных органов даже не рассматривается.

В нашем случае все началось с того, что в начале 2015 г. ООО изменило место нахождения, перебравшись из областного центра в столицу. Но дела не пошли, и через некоторое время участники решили закрыть компанию. Назначенный ликвидатор добросовестно выполнял свои обязанности, в т.ч. предпринимал меры по выявлению кредиторской задолженности. А поскольку он одновременно был одним из участников ООО, то ему и пришлось за счет собственных средств погашать выявленные недоимки перед бюджетом, ФСЗН, Белгосстрахом, иными кредиторами.

По результатам проверок регистрирующему органу были направлены справки об отсутствии задолженностей. Ввиду отсутствия кредиторской задолженности и выполнения иных мероприятий, преду­смотренных законодательством о ликвидации субъектов хозяйствования, 23.07.2015 г. общество было благополучно исключено из ЕГР.

Однако в мае 2016 г. бывший ликвидатор получил письмо ИМНС, где утверждалось, что у исключенного из ЕГР Об­щества по состоянию на 31.05.2016 г. имеется задолженность по государственной пошлине на сумму 4,5 млн. Br (до деноминации). Этот долг предлагалось добровольно погасить под угрозой привлечения к субсидиарной ответственности на основании на п. 25 Положения о ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хозяйствования, утв. Декретом Президента от 16.01.2009 № 1 (далее – Положение № 1).

Напомним, согласно данному пункту виновные лица несут субсидиарную ответственность по обязательствам юридического лица в размере неудовлетворенных требований кредиторов.

В свою очередь, бывший ликвидатор попросил инспекцию предоставить копии документов о направлении в его адрес требования кредитора по указанной сумме и (или) принятии им данных требований, отказе в их признании, оставлении без рассмотрения. Но ни ответа, ни копий запрашиваемых документов бывший ликвидатор не дождался. Видимо, по причине отсутствия таковых в природе. «Ответом» в июне 2017 г. стал иск ИМНС в экономический суд г. Минска о возложении на участников ООО субсидиарной ответственности.

Причиной иска стало то, что инспекцией МНС 5.06.2015 г. в адрес ликвидатора было направлено требование кредитора... по предыдущему месту постановки ООО на налоговый учет. Ликвидатор оставил его без рассмотрения (поскольку не получил) и 30.06.2015 г. составил ликвидационный баланс, в котором сведений о задолженности по госпошлине на сумму 4,5 млн. Br не было. Ликвидационный баланс был утвержден участниками ООО и представлен регистрирующему органу, после чего общество было исключено из ЕГР.

Таким образом, по мнению истца, ликвидатор нарушил нормы ст. 59 ГК: не исполнил обязанности по выявлению всех кредиторов, своевременному рас­смотрению предъявленных ими требований и правильному определению размера кредиторской задолженности. Второй участник ООО виновен в отсутствии должного контроля за деятельностью ликвидатора и утверждении ликвидационного баланса, содержащего недостоверные сведения. В связи с такими нарушениями норм ст.ст. 233 и 235 Закона «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» и п. 25 Положения № 1 истец потребовал привлечь участников и ликвидатора ООО к субсидиарной ответственности.

ПО МНЕНИЮ ответчика, налоговыми органами требования кредитора не заявлялись, исполнительные листы, свидетельствующие о наличии задолженности перед бюджетом, ликвидатору не передавались и в документах ООО отсутствовали, как и иные сведения или основания предполагать о наличии задолженности. Поэтому у ликвидатора не было объективной возможности самостоятельно выявить наличие данной задолженности и уведомить кредитора. Более того, подобных сведений не было и в акте налоговой проверки, а инспекция МНС сама же выдала справку об отсутствии задолженности перед бюд­жетом.

Согласно ст. 100 ХПК каждое лицо, участвующее в деле, обязано представить доказательства обстоятельств, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований. Но истец документы, подтверждающие факт направления требования кредитора в адрес ликвидатора, не представил. А потому его утверждения о том, что ликвидатор оставил эти требования без рассмотрения, были голословными.

В отзыве на иск ликвидатор отметил, что до весны 2016 г. ни один из налоговых органов не располагал сведениями о наличии у ООО задолженности. В противном случае обществу и его руководителям направлялись бы письма, факт недоимки отражался в акте проверки, а справку об отсутствии задолженности просто не выдали. Ведь суммы долгов полагается отразить в карточке (сведениях) о наличии недоимок и переплат, прилагаемой к делу налогоплательщика при его пересылке из одной инспекции МНС в другую.

В ДВУХ состоявшихся судебных заседаниях стороны придерживались приведенных выше мнений. Второй ответчик в суд не явился, отзыв на иск не направлял.

Представитель истца пояснил, что справка об отсутствии задолженности была выдана из-за «человеческого фактора»: на момент окончания налоговой проверки инспекция просто не знала о наличии долга. Но это не помешало обвинить ликвидатора в ненадлежащем ведении бухучета лишь потому, что он не отразил в учетных регистрах задолженность, о которой сами налоговые органы не имели понятия.

В свою очередь, ликвидатор заявил ходатайство об истребовании судом из налоговых органов копии акта проверки, справки об отсутствии задолженности перед бюджетом, документов о дате получения сведений о задолженности у ООО и внесении их в базу данных по лицевому счету плательщика, документов о направлении требования кредитора ликвидатору, сведений о задолженности в адрес истца и других материалов из учетного дела, необходимых для принятия судом решения. Но суд счел это излишним, ограничившись запросами в суд, выдавший исполнительные листы, для получения сведений об участии представителей ООО в судебных заседаниях и получении ими решений, на основании которых взыскивается госпошлина.

Пока судебное заседание отложено до получения ответа на запрос суда, так что в ожидании решения есть время подумать, почему никто не видит и не признает вину чиновников в сложившейся ситуации, а истец заявляет требования без предоставления доказательств. В заседании он подтверждает, что о существовании задолженности на момент проверки ему не было известно, а суд не реагирует на такое заявление. Почему не соблюдается принцип состязательности сторон в процессе и суд начинает сам собирать доказательства, причем явно стремясь доказать вину ликвидатора и участников? Список таких вопросов может дополнить любой, кто попадал в подобные ситуации. И у всех одно пожелание: избавить отечественный бизнес от слепого и поголовного привлечения к субсидиарной ответственности участников, руководителей, ликвидаторов и главных бухгалтеров предприятий. Пора комплексно оценивать их действия во взаимосвязи с действиями или бездействием должностных лиц государственных органов.

Автор публикации: Вероника ГОТОВКИНА, юрист

Статья доступна для бесплатного просмотра до: 31.08.2019


Право: список рубрик
Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях