$

2.5600 руб.

3.0438 руб.

Р (100)

3.3894 руб.

Ставка рефинансирования

7.75%

Рейтинги

Сто дней после приказа: жить «как раньше» пока не получается

17.11.2020
Сто дней после приказа: жить «как раньше» пока не получается
Фото: fitchratings.com

Социально-политический кризис, начавшийся после президентских выборов 9 августа, продолжается 100 дней. Ему сопутствует проявившаяся еще в январе экономическая рецессия, испытавшая сначала влияние первой волны пандемии коронавируса, а затем и «горячих» событий августа-ноября.

В конце минувшей недели международное рейтинговое агентство Fitch ухудшило прогноз по долгосрочному рейтингу Беларуси со «стабильного» на «негативный» и подтвердило его на уровне «B». Это значит, что страна отнесена к спекулятивной категории государств, у нее существенный риск дефолта, есть ограниченный запас прочности, но уязвимость высокая.

В комментарии агентство прямо увязало его с политическими волнениями, усиление которых может привести к дополнительному давлению на международные резервы и отток депозитов, увеличивая риски для макроэкономической и финансовой стабильности.

Как отмечает Fitch, официальный результат выборов «по-прежнему оспаривается оппозиционным движением, США, странами Евросоюза и Великобританией из-за обвинений в широко распространенных фальсификациях».

В агентстве обращают внимание, что белорусский рубль обесценился по отношению к доллару США на 18% с начала года и на 8% только за август. Продолжение тенденции отрицательно скажется на международных резервах, устойчивости финансового сектора и государственном долге.

В Нацбанке пока отмечают стабилизацию валютного курса и замедление оттока вкладов населения, уверяя, что в последние два месяца регулятор скупает валюту на бирже, а не продает ее для поддержания курса.

В октябре золотовалютные резервы после нескольких месяцев устойчивого снижения выросли на 2,2% и на 1 ноября составили около 7,5 млрд USD. Это незначительное повышение произошло в т.ч. за счет привлечения первого транша нового кредита Евразийского фонда стабилизации и развития в 500 млн USD.

На что направлена или планируется быть использована остальная сумма – вопрос отдельный. Вероятно, эти средства пойдут на оплату долга за ранее поставленный РФ газ – на минувшей неделе «Газпром» сообщил, что вопрос полностью урегулирован. Ранее российская сторона заявляла, что долг превысил 250 млн USD, официальный Минск претензии отрицал.

Тем не менее в Fitch ожидают скорое начало нового цикла снижения белорусских резервов.

 

На второй волне

Вообще, делать прогнозы относительно развития экономики Беларуси сейчас – дело неблагодарное, но без них картина, к сожалению, может быть представлена в полярных ракурсах: либо «у нас все стабильно» и есть временные трудности (упрощенно – версия правительства), либо «скоро дефолт, снимайте все деньги» (версия обывательская и, к сожалению, распространенная).

Наблюдение: за последние месяцы существенно сузился горизонт планирования событий – от личных и бытовых до касающихся бизнес-процессов и развития общественных отношений в стране в принципе. В этих условиях серьезно воспринимать готовящиеся планы властей на следующую «пятилетку» не приходится. Да и информации о них просачивается чрезвычайно мало.

Объективно можно говорить о полноценной рецессии, отягощенной политической неустойчивостью. Пока в правительстве рассчитывают на достижение по итогам 2020 года прошлогоднего уровня экономической активности, ведущие международные институты (ЕБРР, МВФ и др.) прогнозируют снижение ВВП в пределах нескольких процентов.

Пока Минэкономики надеется на рост в следующем году за счет некоего нового инвестиционного цикла, иностранные инвесторы вряд ли готовы рассматривать возможность серьезных капиталовложений в страну, которую в августе в западной прессе почти без преувеличения называли «горячей точкой».

А отечественному бизнесу в III квартале хорошо бы разобраться с задолженностью по налогам и аренде, которую нужно выплатить в рамках решений по поддержке экономики в период первой волны COVID-19. Делать это нужно во время уже вовсю проявившейся второй волны заболеваемости, которая и по официальным данным Минздрава по своей интенсивности уже обогнала весеннюю.

При этом решение о продлении мер поддержки или отказе от него на уровне госорганов так и не принято, а если и принято, то никак не озвучено. Нет и внятных мер, кроме постепенного введения масочного режима, по сдерживанию распространения вируса хотя бы на уровне апрельских решений: ограничения массовых мероприятий, полноценного дистанционного обучения в школах и вузах, продления школьных каникул. Все это может усугубить и без того неустойчивую общественно-политическую и экономическую обстановку.

 

Риски для госдолга

Влияние введенных странами ЕС и присоединившимися к ним государствами санкций пока незначительно. Но сейчас, в связи с демонстративным нарастанием уровня насилия со стороны силовиков, Евросоюз рассматривает вопрос о введении полноценных экономических санкций. Они могут затронуть крупные гос­предприятия и частные компании, которые связывают с властью.

Пока определенно понятно, что для Беларуси закрывается западное направление рынка капитала. Причем это касается как заимствований через еврооблигации (а диверсификация источников займов при снижении ЗВР была бы полезной), так и привлечения средств на инфраструктурные и другие государственные проекты через ЕБРР и Европейский инвестиционный банк.

Надежда у заемщика остается только на оставшийся 1 млрд из обещанного кредита РФ, что привязывает нашу страну еще сильнее к восточному соседу. Да и истинных условий и целей выделения средств не знает, похоже, никто, кроме самих Лукашенко и Путина.

Однако без рефинансирования внешнего госдолга (текущий его уровень – 17,6 млрд USD) вопрос дальнейшей платежеспособности страны может обостриться. И это при рекордном дефиците бюджета (в Минфине ожидают, что по итогам текущего года он составит до 3 млрд руб.) и планировании дефицита на следующий год.

 

Микроклимат тоже страдает

Влияние общественно-политического кризиса ощущается и на мик­роуровне. Около 10% участников опроса бизнеса, проведенного по инициативе центра BEROC, отметили снижение производительности и активности сотрудников в связи с событиями в стране. И это только те, кто признался и кто внимательно подошел к вопросу.

Возросшие эмиграционные настроения наблюдаются как среди населения в целом, так и среди бизнеса, в первую очередь, в IT-сфере. Но фокус именно на ней объясняется ее большой мобильностью и востребованностью у соседей. Степень стремления к переезду в других отраслях оценить пока сложно, но на уровне отдельных специалистов вряд ли она значительно ниже.

В октябре надзорные органы активизировали проверки объектов торговли и общепита и уже приостановили деятельность около 20 из них. Формально все соответствует полномочиям и нормативным требованиям. Однако из публикаций в СМИ становится понятно, что работали с теми объектами, руководители которых предприняли попытку присоединиться к забастовочному движению.

Да и о каком дальнейшем «потеп­лении» бизнес-климата и общего уровня спокойствия в обществе можно говорить, просматривая видео, на котором сотрудники силовых ведомств в масках жестко задерживают и избивают людей прямо в зале супермаркета, а в расход идет и выкладка товара?

По требованию Генпрокуратуры на счетах граждан в белорусских банках арестовано почти 1,5 млн руб. Эти средства были собраны и перечислены пострадавшим во время разгонов акций протестов. Официальная же версия трактует их как средства для финансирования беспорядков – причинно-следственные связи просто обращаются вспять.

Когда деньги без объяснений пропадают со счетов, странно было бы предполагать, что это никак не отразится на доверии к финансовой системе.

Людей увольняют, не скрывая того, что это связано с выражением ими своей позиции. Студентов отчисляют из вузов после их участия в протестных акциях. Такое бывало и раньше, но если в прежние годы мотив решений отрицался, то теперь требование об отчислении прозвучало на высшем уровне. И это – вновь потенциальный рост миграции, сначала учебной, а затем и трудовой.

Юристы вынуждены разъяснять работодателям, как им действовать, если их сотрудника задержали по административному делу и он отсутствует на работе (см. «ЭГ» за 13.11.2020 № 86), или что делать, если в офис пришли с обыском (см. «ЭГ» за 10.11.2020 № 85).

С легкой руки адвокатов в отношении текущей ситуации стало использоваться выражение «правовой дефолт». Нет, законы пока никто не отменял. Но все чаще фиксируются нарушения процессуальных и иных норм, особенно это касается правоохранительной и судебной систем.

Страдают и сами наиболее активные представители адвокатского сообщества.

В страну не могут въехать некоторые граждане, хотя возможность покидать ее территорию и беспрепятственно возвращаться гарантирована Конституцией и международными обязательствами. Официально для сдерживания распространения коронавируса принято решение о закрытии сухопутных границ. Но опять-таки где другие масштабные меры и как же весенние утверждения о том, что закрываться бессмысленно и мы на это не пойдем?

 

Менеджмент цвета хаки

Национальный банк, кстати, пока остается единственным госорганом, который в своем аналитическом отчете признал существование общественно-политического кризиса в стране и его негативное влияние на экономику.

В Совмине, характеризуя текущую ситуацию, второй месяц говорят о внешнем давлении и вмешательстве. Премьер-министр Роман Головченко недавно заявил, что в экономике наблюдается положительная динамика «вопреки истерии и фальсификациям». Чьей и чьим?

Александр Лукашенко на пресс-конференции нескольким СМИ ближнего зарубежья 13 ноября сказал:

«Какой политический кризис? У нас что, органов власти каких-то нет?».

Возникает вопрос: с чем тогда связаны недавние кадровые решения, когда генералы, в т.ч. экс-главы МВД и КГБ Юрий Караев и Валерий Вакульчик были назначены помощниками Президента в регионах. Лукашенко тогда заявил следующее:

«Поскольку ситуация непростая, мною было принято решение о переформатировании в какой-то степени управления государством».

Одновременно западные соседи обвиняются чуть ли не в планах аннексии.

***

Беларусь прямо сейчас переживает сложнейший период своей новейшей истории. Общественный протест, как бы кто к нему ни относился, уже перерос политическую стадию. На наш взгляд, в его основе – мировоззренческий конфликт. Несмотря на немногочисленные случаи активного сопротивления, в целом белорусы продолжают доказывать, что они «мірныя людзі» и не приемлют насилия, особенно в чистом виде.

Монополия власти на него – одна из максим политологии. Но когда насилие перестает быть средством достижения общественного порядка и становится все больше похоже на цель, в обществе происходит делигитимизация его источников. Дальше могут произойти необратимые изменения. В таком случае восстановление доверия к органам власти станет архисложной задачей.

 

Справка «ЭГ»

  • Более 900 уголовных дел заведено в Беларуси в связи с протестами.
  • Почти 4000 человек обратились в следственные органы с заявлениями о жестком обращении и применении к ним пыток. Ни одного уголовного дела по ним не возбуждено.
  • Более 120 человек включены правозащитниками в список политзаключенных.
  • 13 тыс. человек, по данным МВД, уехали из Беларуси, преимущественно – в Польшу.
  • Два адвоката, Юлия Леванчук и Александр Пыльченко, лишены лицензий после комментариев СМИ или высказывания своей позиции.
  • Одну забастовку (на ОАО «Беларуськалий») суд признал незаконной.
  • Четыре человека погибли от рук силовиков или после задержаний. Это 34-летний Александр Тарайковский, 44-летний Геннадий Шутов, 25-летний Александр Вихор и 31-летний Роман Бондаренко. Обстоятельства смерти еще трех человек вызывают вопросы у правозащитников.
  • Более 1,1 тыс. человек задержаны 15 ноября в Минске и других городах. Спонтанный мемориал в столице на месте, откуда увезли Романа Бондаренко при задержании, уничтожен.

 

Использование материала без разрешения редакции запрещено. За разрешением обращаться на op@neg.by

Автор публикации: Алексей АЛЕКСАНДРОВ


***