$

2.0820 руб.

2.4488 руб.

Р (100)

3.1507 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Мнение специалиста

Прогноз на будущее: всплеск оптимизма на фоне слабого роста

01.06.2018

Как складывается макроэкономическая конъюнктура в Беларуси с начала года? Насколько прогнозные ожидания соответствуют реальности? Дмитрий КРУК, ведущий экономист Белорусского экономического исследовательско-­образовательного центра (BEROC) подготовил для читателей «ЭГ» очередной прогноз.

Макроэкономические результаты начала 2018 г. – рост (по отношению к аналогичному периоду прошлого года) на 5,1% в I квартале и 4,8% – по итогам января–апреля – в прессе и в экспертных кругах часто интерпретировались как неожиданно высокие и говорящие о том, что национальная экономика «набирает обороты». Однако это не совсем так. Чтобы правильно понимать эти цифры и на их основе делать некие умозаключения, целесообразно чуть глубже вникнуть в их содержание.

СТАРАЯСЬ избежать постоянных корректировок и неточностей, связанных с устранением сезонных эффектов и случайных факторов, влияющих на выпуск, Белстат предоставляет данные о его динамике нарастающим итогом по отношению к соответствующему периоду прошлого года. Это само по себе ни плохо и ни хорошо, но имеет свои особенности. При такой форме представления дан­ных по мере нарастания массива информации в течение года новые сигналы в динамике выпуска «тонут и прячутся» в старых. Иначе говоря, в дан­ных, например, за январь–­ октябрь тенденции октября будут «растворены» в информации за январь–сентябрь. В начале года, когда следует обновление массива сравниваемых данных и январь текущего года сравнивается уже только с январем предыдущего года, динамика валовых показателей может резко измениться.

Именно такой эффект имеет место сейчас. Из-за особенностей формы предоставления дан­ных по «сухим» цифрам может сложиться впечатление о резком ускорении роста в начале 2018 года. На самом деле сдвиг в показателях роста ВВП был постепенным: с марта 2017 г. выпуск стал демонстрировать положительную динамику (месяц к аналогичному месяцу прошлого года), а с августа 2017 г. темп прироста выпуска преимущественно перешел в диапазон 4–5%.

НАИЛУЧШИМ объяснением достаточно высоких темпов роста во втором полугодии 2017 г. является диагноз «вос­становительный» рост. Восстановительным обычно называют период роста, когда экономика компенсирует «потерянное и недосозданное» в период экономического спада. С учетом того, что базой для расчета тем­па роста этого периода является период спада, ему обычно присущи высокие тем­пы роста. Однако восстановительный рост не может длиться долго. Постепенно темпы роста начинают снижаться, стремясь к некоему равновесию.

Таким образом, на рубеже 2017–2018 гг. макроэкономическая ситуация выглядела следующим образом. Имел ме­сто период восстановительного ро­ста, характеризующегося повышенными темпами. Но восстановительный рост начинал постепенно затухать (эта тенденция четко прослеживалась в последнем квартале прошлого года), подавая при­знаки того, что вскоре рост постепенно стабилизируется вокруг своего долгосрочного равновесного уровня. В отношении последнего в академических и экспертных кругах доминируют оценки в диапазоне 2–2,5%.

В цифрах ожидаемая в начале года динамика выпуска на 2018 год выглядела примерно следующим образом: в первых двух кварталах еще сохранится эффект повышенного восстановительного роста, и темпы роста будут составлять около 4% и 2,5–3% соответственно. А во втором полугодии наиболее вероятным (с учетом воздействия циклических эффектов) виделось ослабление роста до 1–2%. По итогам 2018 года такая динамика обусловливала бы прирост ВВП в диапазоне 2–3%.

КАК с этих позиций оценить уже имеющиеся в распоряжении данные начала 2018 года? Самый важный вывод: принципиально в видении среднесрочных макроэкономических пер­спектив ничего не изменилось. Фактические данные по-­прежнему свидетельствуют о том, что рост в экономике по­степенно затухает. Это под­тверждает важный диагноз о восстановительной природе имеющего место роста и означает, что далее в 2018 году темп роста будет снижаться.

Однако нельзя не отметить и то, что результаты первого квартала действительно оказались (пусть и не на порядок, как объявляют некоторые чиновники и СМИ) лучше ожидаемых. Полагаю, что в целом это улучшение можно назвать продлением и усилением периода восстановительного роста в результате ряда «прививок», полученных на рубеже 2017–2018 гг.

ПЕРВОЙ и наиболее очевидной такой «прививкой» стало улучшение внешней конъюнктуры на фоне роста цены на нефть начиная с четвертого квартала 2017 г. В его середине цена нефти вышла из ставшего во многом привычным за последние два года коридора 50–60 USD за баррель. Рост цены на нефть для Беларуси напрямую ассоциируется с большим объемом экспортной выручки и лучшим состоянием торгового баланса, что обеспечивает дополнительный им­пульс роста выпуска. Но более важен косвенный эффект, связанный с тем, что российские производители на фоне роста выручки от экспорта нефти активизируют свой спрос на белорусские товары. В начале 2018 года такой эффект оказал существенное влияние на со­стояние внешнего спроса для национальных производителей.

ВТОРОЙ «прививкой» стал эффект от директивного наращивания зарплаты в конце 2017 года. Сам по себе всплеск потребления домашних хозяйств на этом фоне был прогнозируем, но его масштабы несколько превзошли ожидания. Полагаю, это было связано с тем, что многие домашние хозяйства понадеялись на то, что быстрый рост реальных расходов сохранится и в ближайшем будущем. На этом фоне возрос их потребительский оптимизм, а также склонность к заимствованиям. Последнее обеспечило сохранение ситуации бума в сфере потребительского кредитования.

ТРЕТЬЕЙ «прививкой» стало улучшение инвестиционной ак­тивности предприятий. После нескольких лет инвестиционной депрессии восстановление инвестиционного спроса, особенно на фоне стабилизации условий заимствований, было ожидаемо. Но и тут масштабы всплеска превзошли прогнозы. Основными причинами этого, по аналогии с домашними хозяйствами, можно назвать улуч­шившиеся ожидания и возросший оптимизм фирм.

Могут ли указанные факторы обеспечить сколь-нибудь продолжительное ускорение роста (более чем на два–три квартала)? Полагаю, что очень маловероятно. Потребительский и инвестиционный спрос могут расти «безболезненно», если этот рост «подкреплен» ростом производительности. В противном же случае рост внутреннего спроса приводит к давлению на цены и обменный курс. И признаки такого давления все более явственно проявляются в 2018 году. Это означает, что растущий спрос становится избыточным, привнося угрозы для ценовой стабильности и внешнего равновесия (равновесия текущего счета платежного баланса). Поэтому впо­следствии этот рост либо будет «съедаться» ростом цен и удешевлением национальной валюты, либо же экономические власти вынуждены будут ограничивать его, чтобы предотвратить нежелательное влияние на ценовую и внешнюю стабильность. Эти соображения могут стать еще одной наглядной демонстрацией восстановительного характера роста, который рано или поздно неизбежно будет стремиться к своему равновесному уровню.

ОБЕСПЕЧИТЬ сколь-нибудь продолжительный период повышенного роста в указанной ситуации может лишь улучшение внешней конъюнктуры, если оно приобретет на какой-то период устойчивый характер. Для Беларуси как для малой открытой экономики такую ситуацию можно трактовать как благоприятный шок производительности. Поэтому, если допустить, что внешние цены и спрос на белорусскую продукцию в течение какого-то периода будут устойчиво расти, это может стать подспорьем и для роста внутреннего спроса (с ограниченными рисками для ценовой и внешней стабильности). Однако несмотря на то что в последние несколько кварталов внешняя конъюнктура действительно улучшается, исходя из актуальных прогнозов раз­вития мировой экономики трудно рассчитывать на сколь-­нибудь долгое сохранение этого тренда. Кроме того, всегда стоит помнить, что внешняя конъюнктура бесконечно улуч­шаться не может: рано или поздно последует ее ухудшение. Поэтому рост, основанный исключительно на внешней конъюнктуре (даже если он вдруг случится), все равно конечен, и его нельзя отождествлять с устойчивым ростом, основанным на внут­ренних факторах производительности и конкурентоспособности.

Таким образом, полагаю, что ключевой проблемой повестки дня для национальной экономики по-прежнему остается поиск путей повышения потенциала роста и обеспечения его устойчивости. Всплеск в начале 2018 года является лишь относительно краткосрочным эф­фектом восстановительного рос­та и не дает поводов для эйфории или утверждений о том, что перспективы средне- и долго­срочного роста улучшаются.

Автор публикации: Алена ЛАНДЫРЬ