$

2.0566 руб.

2.2759 руб.

Р (100)

3.1349 руб.

Ставка рефинансирования

9.50%

Мнение специалиста

Предприятия госсектора: получится ли выжить? Мнение эксперта

07.06.2019
Предприятия госсектора: получится ли выжить? Мнение эксперта
Ярослав Романчук. Фото: svaboda.org

Национальный статистический комитет Беларуси опубликовал основные показатели деятельности предприятий госсектора за первый квартал 2019 г. Согласно данным Белстата, в начале года госсектор обеспечивал 76,1% от промышленного производства Беларуси, 57,2% – инвестиций в основной капитал, 59,4% – выручки с продаж. Вместе с этим госпредприятия оказались под грузом проблемных долгов — 78,4% просроченной дебиторской задолженности, 73,2% просроченной кредиторской задолженности и 88,6% просрочки по кредитам и займам. Данные неутешительны.

При этом зарубежные инвестиции почти не привлекаются: доля госсектора в их общем объеме составила лишь 0,6%, прямые инвестиции в гос­предприятия – 6,2 млн USD в пер­вом квартале.

Просроченная дебиторская задолженность госсектора выросла более, чем на 6,6 млрд руб., в совокупности удельный вес проблемных долгов составил 27%. Металлургическая про­мышленность, в связи с работой жлобинского БМЗ, показала отрицательную рентабельность.

Самую большую долю в общей дебиторской задолженности занимают проблемные обязательства дебиторов «Белэнерго» – всего 60,4%: их сумма составила 1,4 млрд руб. При этом цементные заводы находятся в списках основных дебиторов.

Просроченная кредиторская задолженность в апреле 2019 г. составила 6,4 млрд руб., доля проблемных долгов – 21,4%. Здесь лидируют сельскохозяйственные пред­приятия – 2,5 млрд руб. просроченных долгов, их доля в общей массе занимает 40%.

Показатели просроченной задолженности по кредитам и займам в госсекторе превысили 2,7 млрд руб. Лидируют среди должников сельское хозяйство и пищевая промышленность. Их долги составляют 515,2 млн руб. и 529,4 млн руб. соответственно.

На 1 апреля у госпредприятий Витебской, Гомельской и Могилевской областей сформировался отрицательный коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами, что означает замещение оборотных средств кредитами и займами.

Коэффициент обеспеченности соб­ственными оборотными сред­ствами в сфере деревообработки и целлюлозно-бумажной промышленности достиг коэффициента минус 212,4%, нефтепереработки – минус 36,3%, в отрасли по производству неметаллической продукции – минус 149,7%, металлургической отрасли – минус 225,1%. Основные предприятия в этих отраслях находятся сейчас на разных стадиях модернизации.

Уровень заработной платы на предприятиях госсектора коммунальной формы собственности в указанный период был низким – 760,2 руб. при средней заработной плате по стране в 1011 руб. Лидерами здесь оказались коммунальные организации Витебской области: всего 650,6 руб., при этом на руки сотрудники получали 560–570 руб. Госпредприятия кон­центрировали 60,2% запасов готовой промышленной продукции, лидером здесь стали мин­ские предприятия машиностроения.

Ярослав Романчукруководитель научно-исследовательского центра Мизеса:

– Госсектор сегодня попал под пере­крестный огонь разных групп интересов. Ведь, если мы возьмем государственные банки, доминирующие в экономике Беларуси, то у них все в порядке: рентабельность за 1 квар­тал составляет почти 65%. Производители же товаров и услуг находятся в долговой ловушке и сильной зависимости от тех же государственных банков, и состояние у них критическое. При этом есть группа предприятий, которые государство спасает от любых кредитных и дол­говых обязательств, но банки, ко­торые их кредитуют, обязаны перекидывать бремя их долговых обязательств на других. На этом зарабатываются приличные деньги.

Когда в среднем по стране 27–33% выручки в промышленной отрасли тратится на обслуживание кредитов, это уже хроническая зависимость, работа на финансовое лобби, которое представлено не только банкирами, но и чиновниками.

Мы сохраняем предприятия, которые давно можно было бы реструктурировать, обанкротить либо ликвидировать, в зависимости от состояния. И тем самым очистить страну от опасных токсичных активов.

Внешне якобы все хорошо, экономика растет на 1,3–1,5% в год, но это же не падение. Имитируются инвестиционная привлекательность, атмо­сфера делового климата, конкурентоспособность белорусских товаров.

Однако статистика продаж белорусских товаров, к примеру, на российский рынок, показывает ил­люзорность таких «успехов». И Президент Беларуси Александр Лукашенко на встрече в Казахстане еще раз подтвердил тот факт, что, к сожалению, торговля между странами ЕАЭС, Беларусью и Россией показывает совсем не ту динамику, которая ожидалась после создания Союза. Каждый год мы слышим о том, что нужно что-то делать со складскими запасами, где на данный момент заморожено более 5 млрд руб. Но также из года в год ничего не происходит.

Цементная, стекольная, деревообрабатывающая, строительная, бумаж­ная, машиностроительная отрасли, сельскохозяйственное машино­строение и даже металлургия стали коммерческими корпоративными «дет­скими садиками», иждивенцами бюджета и работают в условиях, сильно отличающихся от условий свободной и открытой конкуренции.

Госсектор был и остается главным источником макроэкономического дисбаланса и социальных проблем. К примеру, в 2018 г. количество уволенных граждан по отношению к принятым на работу превысило 42 тыс. И, как свидетельствуют опросы, человеческий и предпринимательский капитал покидает Беларусь. Это большая угроза стране.

В мире множество примеров удач­ной реструктуризации, приватизации проблемных объектов, и здесь не надо ничего выдумывать – лишь брать классику антикризисного и корпоративного управления и реализовывать. Но если министерства уп­равляют предприятиями, которые они же и привели к текущему состоянию, о чем здесь можно говорить?

Лишь отдельные предприятия дают в качестве эксперимента ЕБРР. Например, ситуация с «Витебскдревом». Эксперты «другой стороны», анализируя деятельность предприятия, хватаются за голову. Однако осуществить продажу для нас слож­но из-за количества вложенных средств.

Грубейшее непонимание экономической теории, политэкономии, правил инвестирования ведет к тому, что нас ожидает застой. И так мы находимся в зоне стагнации. Причем накачка внутреннего потребления и государственное инвестирование, как источники, очень быстро иссякнут из-за того, что бремя долгов будет сжигать весь рост и те запасы, что пока еще есть.

Принятый указ № 399 показал видение выхода из ситуации чиновниками госсектора. По сути, этот документ дал право не платить по долгам сельскохозяйственным организациям. Ана­логичные указы лоббируют и другие отраслевые ведомства для строительных ор­ганизаций (так называемые спец­счета), промышленности.

Те, кто по неосторожности имеет дело с госсектором на условиях, от­личных от предоплаты, зачастую получают проблемы. Есть случаи, когда из 2, 15, 10 млн USD государственные организации платили 5–10%, а потом ставили перед фактом отсрочки в 7 лет либо говорили, что денег нет.

Такое поведение – последний способ удержаться на плаву. Однако финансы, качество структуры капитала, складские запасы – все говорит о том, что в ближайшие 3–5 лет ситуация ухудшится, и вернуться на уровень хотя бы 2014 г. будет нереально.

Автор публикации: Материал подготовила Алевтина СНЕЖИНА


Менеджмент: список рубрик
Важно
Мы в соцсетях
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы