$

2.1213 руб.

2.4235 руб.

Р (100)

3.2040 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Проекты

Логика органического земледелия

13.02.2018

Проект закона «О производстве и обращении органической продукции», внесенный Совмином в Палату представителей, призван развивать в Беларуси рынок органических продуктов питания и стимулировать их экспорт.

Мировой рынок органических продуктов питания, т.е. произведенных без использования пестицидов, синтетических минеральных удобрений, регуляторов роста и др., с 2000 года вырос, по некоторым оценкам, с 18 до 100 млрд. USD, что сегодня составляет более 10% от общего объема мирового рынка продовольствия. В Беларуси всегда говорили о необходимости найти свою нишу в этом секторе.

Формирование условий для организации такого производства предусмотрено Программой социально-экономического развития Беларуси на 2016–2020 годы. А согласно Национальной стратегии устойчивого социально-экономического развития до 2030 года доля органических земель в общей площади сельхозугодий должна достигнуть 3–4%.

Причину того, что органические продукты питания производятся у нас в незначительных количествах, специалисты видят прежде всего в отсутствии соответствующего законодательного регулирования.

Такое законодательство на сегодняшний день имеют 82 страны мира. Активная работа в этом направлении ведется и в странах ближнего зарубежья. Так, законы о производстве и обороте органической продукции приняты в Казахстане, Украине и Молдове. В России аналогичный законопроект поступил в Госдуму лишь в конце января 2018 г., но там действуют три национальных стандарта на органическую продукцию, проводится ее сертификация. Еще раньше Совет Федерации разработал модельный Закон об органическом сельском хозяйстве, что содействовало принятию некоторыми регионами своих нормативных правовых актов.

Рынок органических продуктов в РФ, как прозвучало в декабре 2017 г. в ходе круглого стола, за последние 7 лет вырос с 120 до 200 млн. USD. Да, доля России составляет пока всего лишь 0,2% мирового производства, но аграрное лобби ставит задачу уже в ближайшие 4–5 лет увеличить эту цифру до 10–15%, чем и объясняется возврат к идее госрегулирования производства органических продуктов через принятие федерального закона.

В КОНЦЕ ноября 2017 г. в Палату представителей поступил подготовленный специалистами Минсельхозпрода проект закона «О производстве и обращении органической продукции». В нем предлагается дать расшифровку таких понятий, как «органическая продукция», «производство органической продукции», «параллельное производство» и др. Определяются госорганы, осуществляющие регулирование в этом секторе АПК. Устанавливаются требования к производству и обращению органической продукции, перечислены средства и методы, запрещенные при ее производстве.

При этом белорусский проект является рамочным, большинство его положений носят декларативный, информационный и отсылочный характер.

Непонятно, почему понятие органической продукции в нем сужено до продуктов животного и растительного происхождения, предназначенных для употребления человеком в пищу, использования в качестве корма для животных, семян, полученных в результате производства «чистой» продукции. Ведь если обратиться к зарубежной практике, то там к органической относится не только продукция растениеводства и животноводства, но и лекарственная, парфюмерно-косметическая, продукция охоты и рыболовства и пр. В проекте напрямую не названа и продукция аквакультуры (рыбоводства), хотя в числе объектов отношений перечислены вод­ные объекты и их части.

Осуществлять производство и обращение органической продукции вправе юридические и физические лица, в т.ч. ИП. При этом возможно параллельное производство органической и традиционной продукции при условии недопущения их контакта, смешивания при выращивании и обращении.

Ясно, что исключительно органическое производство в небольших объемах – это удел фермерских и личных подсобных хозяйств, даже дачников. Что касается таких традиционных для нашей страны сельхозпроизводителей, как СПК и агрохолдинги, то они, конечно, могут быть заинтересованы в параллельном производстве.

Правда, непонятно, как их переход от интенсивного земледелия к биоорганическому впишется в белорусские реалии. Ведь в сельхозорганизациях в таком случае в первые годы неизбежно вырастают затраты, снижается урожайность (например, при производстве картофеля она обычно падает на 10–20%, сахарной свеклы – до 20–50%), а с ней и объемы производства. Но с руководителей у нас по-прежнему спрашивают за выполнение прогнозных показателей по объему выпуска продукции.

В России и Казахстане предусмотрено ведение публичного реестра производителей органической продукции. У нас его создавать не планируют. Не содержится в документе и четкого ответа на вопрос, допустим ли для регистрации производителя упрощенный уведомительный порядок.

В проекте подчеркивается, что сертификация органической продукции и процессов ее производства носит добровольной характер. Производители вправе наносить знак «Органический продукт» на потребительскую и транспортную упаковку или иной вид носителя информации при наличии необходимого сертификата соответствия. Очевидно, и рекламировать продукт с использованием термина «органический продукт» без такого сертификата будет нельзя.

Если же производство не сертифицировано, то продукция не может быть признана органической, даже если в ее отношении соблюдены все необходимые требования. То есть в проекте заложено внутреннее противоречие между его нормами.

Напомним, что на территории ЕАЭС в сфере пищевой продукции, к которой относится и органическая, действует техрегламент ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», нормы которого императивны и не допускают каких-либо изъятий. Непонятно, как с ним будет сосуществовать национальная сертификация органической продукции и процессов ее производства.

В проекте не установлены правила признания органической продукции таковой, если она произведена иностранным производителем вне ЕАЭС.

В БЕЛАРУСИ в этой сфере пока что заняты лишь небольшие фермерские хозяйства. Каковы же перспективы ее развития в случае создания приемлемой законодательной базы? В любом случае нам будет не просто конкурировать с Россией, имеющей колоссальные природные ресурсы. Там находятся 20% мировых запасов пресной воды, 9% пахотных земель, 58% мировых запасов чернозема. Значимым преимуществом РФ перед другими странами является наличие неиспользованных земель сельхозназначения, не получавших удобрений более 20 лет, – они могут быть введены в оборот без проведения конверсии. То есть выращенная в таких условиях органическая продукция окажется намного дешевле, чем в условиях Беларуси.

У нас же с учетом последствий Чернобыльской катастрофы практически нет земель сельхозназначения, которые бы не требовали конверсии. Непонятно, почему в таких условиях белорусский проект не предусматривает переходного периода для внедрения органического производства. К примеру, в Казахстане продукция, полученная в период конверсии, реализуется и маркируется как «переходная органическая продукция». Продолжительность перехода земельных участков от производства традиционной продукции к производству органической составляет для посевных площадей не менее одного года, предшествующего посеву, для пастбищ – не менее 6 месяцев, для многолетних культур (кроме кормовых растений) – не менее одного года до сбора первого урожая.

Хотя такие сроки недостаточны для проведения конверсии, особенно для земель, где использовались пестициды, регуляторы роста и др. Очевидно, что в Казахстане, как и в России, имеются большие площади не вовлеченных в хозяйственный оборот сельхозугодий.

Не планируется у нас и оказание господдержки производителям «чистой» продукции, в то время как в российском законопроекте есть специальная статья: помощь будет оказываться субъектам хозяйствования, включенным в единый госреестр производителей органической продукции.

СЕГОДНЯ то и дело можно услышать: развитие органического земледелия – это мировой тренд. Действительно, все больше людей озабочены здоровым образом жизни и полноценным питанием. Однако понятно, что внутренний спрос на органическую продукцию, которая продается по более высоким ценам, чем традиционная, в Беларуси ограничен прежде всего в силу невысокой покупательской способности наших сограждан. Поэтому руководители отечественного АПК связывают свои надежды с развитием экспорта.

Отметим, что тенденции европейского рынка этому благоприятствуют. В докладе Евростата отмечается, что в 2016 году в ЕС выделено около 11,9 млн. га на органическое производство, что составляет 6,69% от общей площади сельскохозяйственных культур. Здесь первое место занимает Испания – 2 млн. га. Однако пять стран – членов ЕС сообщили о наметившемся снижении темпов роста таких площадей: Греция (-25,9%), Мальта (-35%), Польша (-18%), Румыния (-21,5%) и Великобритания (-16,9%).

Сможет ли белорусский аграрный бизнес занять новую нишу на международном рынке, где конкуренция достаточно высока, пока не ясно.

Автор публикации: Наталья ЧЕРНОРУЦКАЯ, юрист