$

2.1254 руб.

2.4175 руб.

Р (100)

3.1964 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

ВЭД

ГТК: не переживайте – лишнего нам не надо

04.12.2018

 «ЭГ» публикует часть вопросов по ВЭД и таможенному праву, которые прозвучали на круглом столе в ходе IX международной конференции «Таможня и бизнес». На вопросы ответили первый заместитель председателя ГТК Владимир ОРЛОВСКИЙ, начальник главного управления организации таможенного контроля ГТК Дмитрий КОВАЛЕНОК и другие сотрудники ГТК.

Работа со службами

Субъект ВЭД: «Приходится 3 раза обращаться в эти службы, ветеринарную и фитосанитарную, в процессе оформления импорта и 3 раза представлять таможеннику соответствующие документы. Улучшится ли ситуация?»

В. Орловский: «Здесь мы уже начали действовать приблизительно так, как с органами стандартизации, об­мениваясь электронной информацией. Планируем закончить эту работу где-то до конца первого квартала 2019 года. Возможно, состыковаться получится раньше.

Подход будет такой: наличие раз­решенных этими службами штампиков «ввоз разрешен», «использование товара разрешено на территории» мы проверять не будем. Мы идем по такому пути: поставил штампик у себя ветеринар, нажал кнопку на своем компьютере – информация поступила к нам. Будем работать именно так, удаленно. Это позволит повысить процент автоматического выпуска и уменьшит фронт работы».

Внутренний аудит УЭО

Д. Коваленко: «Предлагая уполномоченному экономическому оператору (УЭО) внутренний аудит, мы увидели, насколько рьяно стоит бизнес за свои интересы и как велико его желание исключить некие поползновения государства.

Компромисс, который уже найден, – слово «аудит» меняем, чтобы оно никого не смущало. На самом деле, от аудита здесь ничего нет. Это будет внутренняя система самоконтроля, которая есть во всех стандартах безопасности.

Фактически, мы говорим о том, что при включении в реестр таможня попросит, чтобы лицо уже имело у себя некий внутренний документ, в котором было бы прописано: глава 1 – работа с таможенными органами, глава 2 – работа с клиентами, глава 3 – работа с конфиденциальной информацией.

При этом мы прямо оговариваем, что порядок такой системы контроля внутреннего аудита определяется непосредственно юридическим лицом. Никакой «компетенции на вмешательство» таможенных органов мы даже не закладываем. Более того, в качестве компромисса была предложена идея о том, что рекомендации по созданию такой рамочной внут­ренней системы вырабатываются ассоциациями таможенных представителей и УЭО по согласованию с бизнесом.

Мы заложили 6 основных тезисов, которые должны быть отражены в этом внутреннем циркуляре. И мы не будем ничего прописывать конкретно.

Так, компании необходимо организовать порядок взаимодействия с таможенными органами по информированию последних в случае выявления нарушений. Важна и работа с конфиденциальной информацией. Здесь мы лишь говорим о том, что должен быть включен пункт, который заставляет компанию иметь такую систему – не надо раскрывать ее для таможни.

Еще один аргумент – когда бизнесмен будет согласовывать работу таможенного представителя, по крайней мере, его «на мякине не проведут». То есть, как минимум, он должен подписать локальный документ (нормативный приказ), в которым закрепит за каждым сотрудником его функции».

Субъект ВЭД: «Что для УЭО, который по своему статусу не имеет ни таможенного представителя, ни перевозчика, означает понятие «клиент»? Например, перевозчик – его клиент? Вы хотите формализма? Иначе зачем прописывать эти нормы?

Если смотреть на таможенное регулирование Российской Федерации, то там, наоборот, ушли от этих норм. У россиян нет никакого аудита, и они упростили систему учета товаров в своем законе о таможенном регулировании.

Вы же хотите систему аудита, которая будет иной, содержать другие требования бухучета. То есть вы хотите видеть еще и систему учета, какую-то новую. Зачем это навязывать предприятию, которое производит продукцию, зачем ему глубоко уходить в систему таможенного декларирования?»

Д. Коваленок: «Вы затронули несколько тем. Почему внедряется система самоконтроля для УЭО? Это уже догма. Весь мир работает именно так. Это страны ЕС, Восточной и Юго-Восточной Азии, США, Канада и т.д. – там есть это в качестве обязательного стандарта безопасности.

Что такое клиенты? Клиент – слово в рамках нашей конференции. В законе это слово, конечно же, прописано не будет. Там будут «контрагент», «покупатель» и «перевозчик». Вы говорите, что перевозчик для УЭО – не клиент. Однако таможней выявлены случаи, когда товар экспортируется УЭО, отдается «непонятному» перевозчику, а на границе появляется целый вагон совсем других товаров. И кто потом будет виноват? Экспорт от УЭО, у перевозчика только телефон и тумбочка, а мы получаем на границе совсем другой товар (назовем его подакцизным).

По поводу учета. Здесь вопрос решен – дополнительный учет не требуется. Таможенные органы это при­знали. У нас не будет третьего учета. Мы закрепили, что таможенный учет в рамках статьи ТК – именно налоговый и бухгалтерский, и никакого «третьего» не будет. Единственное, мы в этом вопросе учета попросим разделить товар на товары из ЕАЭС и иностранные товары.

По отчетности. Ведется колоссальная работа по упрощению отчетности в рамках общественных обсуждений. Что не входит в обсуждения, то вывешивается на сайт ГТК, где бизнес также может делать свои замечания. Сейчас таможня – совсем другой орган для взаимодействия.

По наличию формализма. Когда УЭО говорит о том, что создание системы внутреннего контроля – формализм, у меня возникает дополнительный вопрос: является ли он сам действительно уполномоченным и насколько он добросовестный, что боится таможне показать свою систему внутреннего контроля? То есть мы, таможенники, создаем систему управления рисками, на которую все кивают, но как только мы просим бизнес создать что-нибудь подобное у себя, это сразу вызывает пока непонятную реакцию».

В. Орловский: «Подводя итог сказанному, отмечу следующее. Нужно, чтобы все участники в цепи поставки товаров были законопослушными. Сейчас есть четкая прямая норма: работа всех УЭО относится к низкой категории риска. То есть это та категория участников ВЭД, которым мы доверяем.

Я понимаю опасения участников конференции, что мы навяжем некую формальную систему, из-за которой компаниям придется еще нанять 3 аудиторов… Сразу говорю – мы не планируем этого делать. Не хочет бизнес – не надо. Пускай возьмут, что у них есть, и назовут это системой. В любом случае, есть же на предприятиях какая-то система учета...

Вот смотрите: одно из упрощений – товар из-за границы может идти на территорию самого УЭО. Но то, что машина пришла, товар выгружен и т.д., должно быть отражено. А где и как – отражайте на свое усмотрение. Но вы должны понимать, что, если мы найдем, например, фуру сигарет вместо пиломатериалов, а в это время, когда загружались сигареты, по вашим документам она находилась на предприятии… Извините, мы тогда зададим вопрос – вы грузили сигареты или нет? Мы ничего дополнительного от вас не хотим. Главное, чтобы вы не нарушали свои процессы и контролировали их. Так что не переживайте. Формулировки мы еще отработаем и все вам отдадим на откуп.

По поводу отчетности. Информацию мы будем требовать в исключительных случаях и ту, которой нет у нас. Поэтому и насчет этого не волнуйтесь – лишнего нам ничего не надо».

Автор публикации: Алена ЛАНДЫРЬ