$

2.1057 руб.

2.3894 руб.

Р (100)

3.2756 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Бюджет прожиточного минимума

216.90 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Консультации

Есть ли совесть у адвоката

19.02.2019
Есть ли совесть у адвоката
кадр из к/ф «Линкольн для адвоката»

Некоторые журналисты и блогеры подвергли резкой критике известного в профессиональной среде адвоката Сергея Зикрацкого. Его адвокатская контора специализируется на исках о защите чести и достоинства, деловой репутации, защите авторских прав. Он известен участием в судебных процессах на стороне негосударственных СМИ и независимых журналистов, в т.ч. в их спорах с крупными госструктурами.

И когда адвокат с такой репутацией выступил в рамках судебного процесса на стороне портала Bel­Novosti, хотя и частного сайта, но с совсем не оппозиционными взглядами, против независимого профсоюза РЭП, это вызвало волну обсуждений и откровенные нападки на этого юриста.

Мы решили опубликовать взгляд на ситуацию самого Сергея Зикрацкого и его коллег – юристов и адвокатов.

Сергей Зикрацкий, адвокат:

– В последнее время я пару раз становился участником дискуссии об этической стороне работы адвоката.

Для начала моделируем ситуацию. Адвокат приходит на первое свидание с клиентом, которого задержали на месте жестокого убийства. Клиент говорит: «Я убил, но ты должен вытащить меня отсюда». Как должен поступить адвокат, у которого нет сомнений в виновности клиента?

– Отказаться от дела («Как я буду смотреть в глаза родственникам убитого, моим детям и близким»).

– Участвовать в процессе фор­мально, фактически способствовать наказанию убийцы («Каждый должен понести заслуженное наказание»).

– Сделать все возможное, чтобы добиться оправдания и освобождения убийцы.

Пока вы делаете выбор, я расскажу, почему третий вариант является единственно верным.

В недемократическом обществе в случае оправдания очевидно виновного человека все накинутся с обви­нениями на адвоката. Ведь именно он способствовал тому, что преступник и дальше будет иметь воз­можность убивать, а родственники жертвы – страдать от того, что виновный не получил заслуженного наказания.

В зрелом демократическом об­ществе, которое не живет «жегловскими» взглядами, подобный оп­рав­дательный приговор всколыхнет общество. И оно задаст справедливые вопросы представителям правоохранительной и судебной системы: что еще надо сделать, чтобы такие факты не повторились. В итоге правоохранительная и судебная системы начнут работать более эффективно. Будет собираться боль­ше доказательств, которые сведут к минимуму воз­можную ошибку.

Адвокат, который добился освобождения убийцы, сделал «зло» для нескольких отдельных человек, непосредственно связанных с данным процессом. Но принес «добро» всей системе в целом, поскольку способствовал тому, чтобы она работала более эффективно.

Приходят ли ко мне клиенты, которые мне несимпатичны? Да.

Всегда ли я разделяю взгляды тех, кого защищаю? Нет.

Но может ли мнение адвоката о личности клиента стать критерием для принятия решения об оказании правовой помощи? Нет, нет и еще раз нет.

Адвокат не имеет права выбирать клиента по его политическим, моральным и еще каким бы то ни было взглядам.

Я очень люблю поговорку «Наличие совести – признак профессиональной непригодности юриста».

Считаю, что не только адвокаты, но и, например, учителя и врачи обязаны оставить личные моральные принципы за дверью своего кабинета. Они не выбирают клиентов. Они обязаны делать все, что от них зависит, чтобы помочь любому клиенту.

Валентина Зимич, юрист-лицензиат:

– Согласна со всем до постскриптума. Каждый, в т.ч. адвокат, обязан качественно выполнять свою работу! Наличие признания вины не говорит о том, что приговор должен быть основан лишь на этом и не подтверждаться иными материалами дела!

Про совесть... совесть в том, чтобы адвокат приложил все усилия, знания и умения для защиты прав и интересов своего клиента!

Конечно, есть момент принуждения для адвоката, когда речь идет о делах по назначению... Но, с другой стороны, адвокат сам выбрал такую работу и, получая лицензию, уже знал, что свобода выбора клиентов ограничена действующим законодательством.

Владимир Несмашный, юрист-аналитик:

– Моральный выбор – это та причина, по которой я изначально не стал выбирать путь адвоката.

Артур Скребец, адвокат бюро «Арцингер»:

– В дополнение к тому, о чем сказал Сергей, есть еще вот какой момент.

Человек может умышленно взять на себя вину. Например, дело Чикатило (когда за его преступления вину на себя брали другие) или Дэвида Гейла. И при этом давать признательные показания, не говорить правду адвокату.

В таких случаях при отсутствии надлежащей защиты и состязательности судебной системой может быть совершена ошибка, т.е. может быть осужден (в т.ч. на смертную казнь) в действительности невиновный.

Поэтому правила адвокатской этики и предусматривают исключение о том, что адвокат может отстаивать невиновность своего подзащитного, даже если тот признает вину.

И когда адвокат в равной степени делает все возможное для всех клиентов (не деля на плохих или хороших), то в каком-то смысле это способствует более качественной работе всей судебной системы.

Александр Стрельцов-Карватский, общественный деятель:

– Рассуждение идет о добре и зле, независимо от общества. Я, например, придерживаюсь взглядов, характерных для католической средневековой Европы. Поэтому считаю, что адвокат должен защищать зло, чтобы оно не могло оправдаться несправедливостью процесса. И тут с моральной точки зрения все ок. Не за дверями нужно оставить мораль, а правильно понимать ее и применять.

Автор публикации: Подготовил Алесь ДОЛГОТОВИЧ

Статья доступна для бесплатного просмотра до: 01.01.2028


Право: список рубрик
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях