$

2.0884 руб.

2.4436 руб.

Р (100)

3.1453 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Мнение специалиста

ЗАЩИТНИК МИНОРИТАРИЕВ:

26.04.2013

между правом и интересом

Как известно, в ходе изменений корпоративного законодательства планируется ввести институт государственных представителей. Власти обосновывают этот шаг целью защиты интересов миноритариев. Возможный результат предполагаемой новации «ЭГ» попросила прокомментировать партнера юридической фирмы Raidla Lejins & Norcous Валентина ГАЛИЧА.

В соответствии с ч. 12 проекта новой редакции ст. 26 Закона «О приватизации государственного имущества и преобразовании государственных унитарных предприятий в открытые акционерные общества» устанавливается, что в АО, созданных в процессе преобразования, 50% и менее акций которых принадлежит государству, представители последнего будут голосовать на общем собрании акционеров также голосами, принадлежащими миноритариям, не прошедшим в установленном порядке регистрацию для участия в этом общем собрании. Кроме того, в АО, созданных в процессе преобразования, где нет доли государства, областными, Минским городским исполкомами могут назначаться госпредставители, которые имеют право присутствовать и голосовать на общем собрании акционеров голосами, принадлежащими отсутствующим миноритариям, а также налагать запрет на решения общего собрания акционеров по ряду важных вопросов деятельности общества. В случае наложения госпредставителем запрета на решение общего собрания акционеров такое решение считается непринятым и АО может лишь обжаловать этот запрет в хозяйственный суд.

Подобные изменения просто не вписываются в каноны цивилистики, существующие со времен римского права и отличающие гражданское право от других отраслей. Нарушить их — значит установить административные правила, не имеющие ничего общего с волей участников гражданских правоотношений.

Представляется, что предлагаемые изменения вряд ли вводятся в интересах миноритариев и для их защиты. Нужно понимать, что уже существующие гражданско-правовые нормы позволяют защищать права и охраняемые законом интересы. Если те или другие нарушены, то у любого участника правоотношений появляется право обратиться в суд (ст. 10 ГК). Аналогичным образом в Беларуси уже действует законодательство о защите окружающей среды. Но с этой сферой принятие решения общим собранием акционеров (например, о выплате или невыплате дивидендов) не имеет ничего общего, как и перечисленные в проекте изменений решения хозобществ (например, о внесении изменений в устав) не могут ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц.

Голосование на собрании — не защита права акционера, а его реализация. Если права миноритарного участника предлагается реализовывать представителю государства, то, может, стоит выяснять, в чем состоит интерес такого участника? Предлагаемые изменения исходят из посыла, что представитель государства вообще никак не должен выяснять волю участников, за которых он будет голосовать, и знает лучше миноритариев, в чем состоит их интерес. Это противоречие разрушает сам институт хозяйственного общества. При этом возникает целый ряд трудно разрешимых вопросов.

Самый принципиальный из них заключается в том, должен ли представитель государства руководствоваться выраженными ему, например, в письменной форме пожеланиями одного или нескольких миноритариев? Особенную остроту данная проблема приобретает при наличии разных противоположных пожеланий. Запретить направить такое письменное мнение представителю государства, в принципе, нельзя, а игнорирование мнений лиц, которых ты представляешь, как-то не укладывается в рамки формальной логики.

Следующий вопрос: может ли миноритарий обжаловать действия госпредставителя, осуществленные в соответствии с абз. 2 ч. 12 проекта новой редакции ст. 26, в суд? Гражданское законодательство четко говорит о том, что защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законодательством. Решение, принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суд (п. 3 ст. 10 ГК). Если ответ положительный, то встает следующий вопрос: кто будет ответчиком — государство в лице соответствующего госоргана или представитель как физическое лицо? Например, может, миноритариям на данном конкретном собрании акционеров было бы лучше, чтобы не было кворума, который как раз и был обеспечен представителем государства?

Сложные вопросы возникают также в случае заключения акционерного соглашения голосовать определенным образом или воздерживаться от голосования по тем или иным вопросам, которое планируется реализовать в изменениях в Закон от 9.01.1992 № 2020-XII «О хозяйственных обществах» (далее — Закон № 2020-ХII). Исходя из рассматриваемых положений, представитель государства получает право использовать такие голоса по своему усмотрению. Будет ли такое голосование представителя означать нарушение акционером своих обязательств и может ли оно повлечь предъявление соответствующего иска к миноритарию?

Далее возникает целый пласт проблем, связанных с вопросом о том, можно ли привлекать представителя государства или само государство к субсидиарной ответственности? Тот и другое взяли на себя полномочия, которые могли использоваться во вред, что в результате могло повлечь банкротство юрлица. Можно ли взыскать убытки акционерам, пострадавшим от действий такого лица, с него или государства? Очевидно, что государство должно создать механизм ответственности чиновника за свои действия, а негативные последствия для общества должны компенсироваться за счет государства.

Кроме того, непонятно, можно ли обжаловать решение общего собрания участников миноритарию, за которого голосовал представитель государства? В соответствии с ч. 7 ст. 45 Закона № 2020-XII решения общего собрания участников хозобщества, принятые с нарушением требований данного законодательного акта и иного законодательства или устава хозобщества и (или) нарушающие права и законные интересы участника этого общества, могут быть обжалованы в суд участником лишь в случае, если он не принимал участия в голосовании либо голосовал против принятия таких решений. Аналогичным образом можно задать вопрос о случаях принудительного выкупа акций, условием выкупа которых является факт голосования против принятия решения, ограничивающего их права, или неучастия в общем собрании акционеров, на котором было принято такого рода решение.

Очевидно, что новелла о представителе государства будет интересна специалистам по гражданскому праву других стран. Как теоретически объяснить появление какого-то человека, не вносившего ничего в общество, никак не заинтересованного в его деятельности, но «именем революции» запрещающего те или иные решения? Более того, решение может быть принято акционерами добросовестно и правомерно в полном соответствии с Законом № 2020-XII, однако будет запрещено представителем государства. Отсутствие разумной теоретической базы повлечет значительные практические проблемы. Например, что делать, если представитель государства не пришел на собрание или, еще лучше, опоздал на него? Как представитель государства должен обосновывать свой запрет: должен ли он указывать, какой вред приноситься окружающей среде, какие статьи законов нарушаются?

Представляется, что предлагаемыми новеллами нарушаются сразу несколько конституционных положений: принцип разделения властей (защиту прав осуществляет суд), неприкосновенность частной собственности (голосование может производиться вопреки воле собственника, правомерные действия по реализации прав могут быть запрещены представителем государства). Отметим, что новелла касается лишь обществ, созданных в результате приватизации. Таким образом, окажется, что в разных обществах защита миноритариев находится на различном правовом уровне, что несколько противоречит принципу равенства перед законом.

Очевидно, что наделение представителей государства новыми полномочиями в том виде, в котором это предлагается сделать, никак не вписывается в существующие правовые реалии. Данный институт не служит правам миноритариев, потому как в принципе не дает им ничего нового: от воли данных участников ничего не зависит. Разработчикам законопроекта следовало бы просто честно указать, что преследуется цель вернуть контроль государства над уже приватизированными обществами.