$

2.0989 руб.

2.4052 руб.

Р (100)

3.1982 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ЗАКОН ЛИМОНА ДЛЯ АУДИТОРОВ©

05.06.2012

В Палате представителей 31 мая принята в первом чтении новая редакция Закона «Об аудиторской деятельности». Потребность в этом документе назрела давно — приватизация, развитие фондового рынка, увеличение числа акционерных обществ и частных акционеров требуют качественно нового информационного обеспечения. В программах правительства обязательным условием развития экономики, привлечения иностранных инвестиций и т.д. называется реформирование бухучета и внедрение МСФО. Успех этих процессов невозможен без независимого аудита, способного авторитетно подтвердить достоверность финансовой отчетности. Решит ли новый закон столь серьезные задачи?

В проекте расширена и скорректирована терминология, разделены понятия аудиторской деятельности (как бизнеса) и аудита (как услуги), даны определения базовых принципов аудиторской деятельности (независимость, конфиденциальность, профессиональная компетентность, профессиональное поведение), до сих пор содержавшиеся только в Правиле «Профессиональная этика лиц, оказывающих аудиторские услуги», утв. постановлением Минфина от 19.12.2007 № 189.

Изменятся критерии обязательного аудита. Ему будут подлежать акционерные общества, обязанные публиковать годовой отчет, Нацбанк, банки, банковские группы и холдинги; биржи; коммерческие организации с иностранными инвестициями; страховые организации и страховые брокеры, резиденты ПВТ, организации, осуществляющие гарантированное возмещение банковских вкладов (депозитов) физических лиц, профучастники рынка ценных бумаг (ранее такой обязанности не имевшие), а также иные организации, у которых объем выручки за предыдущий отчетный год превышает 3 млн. EUR по официальному курсу Нацбанка на 31 декабря предыдущего года, вместо нынешних 600 тыс. EUR. Это приведет к сокращению количества организаций, подлежащих обязательному аудиту по критерию выручки, примерно в 5,5 раза: с 5,5 тысячи до 1 тысячи, т.е. примерно до 2,4% от общего количества предприятий республики. Таким образом, из данной сферы «выпадают» малые предприятия, которым аудит, строго говоря, не слишком нужен, в т.ч. те, кто вообще не ведет бухучет и не имеет бухгалтерской отчетности. Избавлены от обязательного аудита также ИП и фермеры. Впрочем, никто не запрещает им заказать аудит по своей инициативе. Для сравнения: в России количественные критерии — 400 млн. RUB выручки (около 10 млн. EUR) или наличие активов на сумму свыше 60 млн. EUR.

Подход, основанный на общественной значимости проверяемого субъекта, несколько нарушает норма проекта, разрешающая не проводить обязательный аудит предприятий с долей госсобственности за период, проверенный службами ведомственного контроля. Это касается примерно трети отечественных ОАО и всех госпредприятий. Таким образом, ни призывы МВФ, ни пример России и Казахстана не мешают нам идти своим путем, заботливо оберегая госпредприятия и «естественные» монополии от «лишних» расходов. Между тем в случае привлечения серьезных инвестиций все равно не обойтись без независимого аудита, цели и методы которого весьма отличаются от ведомственной ревизии.

В обязательном порядке будет аудироваться отчетность по МСФО, которую вскоре предстоит составлять общественно значимым организациям (в т.ч. ОАО, банкам и страховым компаниям). Проверять их смогут только аудиторские организации при наличии в штате не менее двух аудиторов, имеющих документы, подтверждающие знание МСФО и Международных стандартов аудита, по перечню, определяемому Минфином. Кроме того, такие фирмы должны будут публиковать на своих сайтах информацию о себе в определенном объеме.

В остальном правила доступа на отечественный рынок аудита чрезвычайно либеральны. После вступления в силу Указа от 1.09.2010 № 450 «О лицензировании отдельных видов деятельности», чтобы заниматься аудитом в Беларуси, компании достаточно сообщить о своем намерении в Минфин, иметь в штате 3 аттестованных аудиторов (а с принятием нового закона — 5), в т.ч. руководителя, а также не заниматься иными видами предпринимательской деятельности, кроме аудиторской и оказания сопутствующих слуг (теперь переименовываемых в профессиональные).

Наши любители реформ уверяют, что лицензироваться должны только виды деятельности, связанные с жизнью и здоровьем людей. О защите жизни и здоровья бизнеса, на которые во многом влияет аудит, при этом почему-то не вспоминают. И зря — красивые слова о конкуренции и презумпции добросовестности участников делового оборота следует дополнить институциональными условиями, защищающими рынок от тех, кто эту презумпцию игнорирует. Поэтому в большинстве стран мира существуют ограничения допуска на рынок аудита, прежде всего в форме государственного лицензирования, членства и сертификации в профессиональных объединениях или сочетание обоих методов. Все варианты не лишены недостатков, а потому поиск «совершенного» регулирования не прекращается.

К примеру, в России лицензирование аудита, отмененное 3,5 года назад, заменило участие в саморегулируемых аудиторских объединениях, к которым, в свою очередь, установлены достаточно жесткие требования, в Казахстане такое членство сочетается с лицензированием. В США после корпоративных скандалов 2001–2002 гг. общественное регулирование было дополнено контролем государства. В Евросоюзе комиссия Барнье третий год безуспешно ищет оптимальное сочетание рыночных и государственных механизмов, которые бы позволили обеспечить свободную конкуренцию и одновременно повысить качество аудиторских услуг.

ЛИШЬ у нас нашли самое простое решение: взять и отменить. Либертианцы считают это великим достижением — дескать, рынок сам отрегулирует отношения аудиторов и их клиентов. К сожалению, в жизни все сложнее. Еще 10 лет назад Джордж Акерлоф получил Нобелевскую премию за открытие и доказательство «закона лимона», гласящего, что в рыночной экономике недобросовестный продавец, экономящий на качестве и гарантиях, зачастую успешнее, чем его добросовестный конкурент, у которого издержки на то и другое снижают прибыль, а цены выше. Всегда найдутся те, кто из жадности и невежества готов купить по дешевке некачественные товары и услуги, особенно если качество сразу не видно.

В Беларуси «закон лимона» особенно нагляден в аудите, в котором многие заказчики видят обременительную, но не слишком полезную обязанность, а потому их интересует лишь цена пониже. К тому же главным инструментом конкуренции у наших аудиторов является ценовой демпинг, а отнюдь не качество.

Чтобы преодолеть эту тенденцию, проект предусматривает, что аудиторские организации и аудиторы — ИП несут ответственность за нарушение законодательства об аудиторской деятельности, условий договора, за свое мнение, выраженное в аудиторском заключении, и выдачу заведомо ложного заключения. В договоре должна предусматриваться ответственность аудиторов за виновное неисполнение обязанности по качественному оказанию услуг.

ОСТАЕТСЯ установить вину (это дело суда) и определить, что такое качество. Поскольку в проекте такой дефиниции нет, обратимся к стандарту ИСО 8402: «качество — совокупность свойств и характеристик продукции или услуги, которые придают ей способность удовлетворять обусловленные или предполагаемые потребности». Какие же потребности удовлетворяет аудиторская услуга, определенная в проекте закона как независимая оценка бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица, в т.ч. в соответствии с МСФО или законодательством других государств, в целях выражения аудиторского мнения о ее достоверности? В этом мнении аудитор авторитетно подтверждает (полностью, с оговорками или отрицает) достоверность информации, представленной в финансовой отчетности, и оценивает способность аудируемой компании сохранять экономическую устойчивость. Столь своеобразный «продукт» ценен лишь постольку, поскольку кому-то интересна сама отчетность. В рыночной экономике — это инвесторы и кредиторы, менеджмент компаний и государство. Именно собственники более всех обеспокоены судьбой своих денег, о сохранении и приумножении (или растрате и потере) которых узнают из финансовой отчетности. Но руководство предприятия порой заинтересовано как раз в сокрытии реального положения дел. Аудит призван предупредить такие попытки, т.е. обеспечить пользователям отчетности информационную безопасность в их бизнесе, степень которой — главный критерий качества аудита.

ОТЛИЧИЕ аудита от всех иных услуг в том, что его результат может заказчику не понравиться, причем не потому, что услуга оказано плохо. Ведь приходится платить за то, чтобы узнать о своих ошибках, нарушениях и злоупотреблениях. Поэтому аудиторы во всем мире несут ответственность не только перед заказчиком — аудируемым лицом, но и перед всеми, кто доверяет их мнению и вкладывает деньги в аудируемые компании. Доказать наличие ущерба, если отчетность, на основании которой принимались решения о сделках, оказалась недостоверной, и вину в том аудиторов обычно очень сложно. Однако международные аудиторские компании зачастую предпочитают добровольно выплатить крупные отступные, чтобы не ввязываться в процесс, который независимо от итогов бросает тень на их репутацию. Впрочем, помимо гражданских исков, законодательство многих стран (в отличие от нашего) предусматривает административную, а порой и уголовную ответственность аудиторов и руководства компаний за искажение финансовой отчетности, особенно намеренное.

У нас главным критерием качества аудита чаще всего считают отсутствие после аудита претензий налоговых органов к предприятию. Хорошо это или плохо — отдельная тема. Однако можно ли доказать вину аудиторов, если нарушения, повлекшие санкции, лежат за пределами уровня существенности и репрезентативности выборки? Станут ли суды разбираться в нюансах методологии аудита? Чтобы ответить на эти и многие другие вопросы, необходим постоянный контроль качества — внешний и внутренний. Его принципы и методы должны устанавливаться национальными правилами аудиторской деятельности.

Но кто станет контролировать качество аудита? В США, Великобритании и ряде других стран эти функции возложены как на профессиональные объединения, так и на регуляторов финансовых рынков. В Казахстане и России внешним контролем качества занимаются саморегулируемые профессиональные объединения, членство в которых обязательно для аудиторских фирм. Одновременно там определены требования к таким объединениям и правила надзора за ними со стороны государства. У нас же Минфину проект оставляет только аттестацию, учет аудиторов, аудиторских фирм и ИП, сбор информации об их деятельности и контроль за соблюдением ими законодательства об аудиторской деятельности. Заодно аудиторским объединениям дается право осуществлять внешний контроль качества работы своих членов, но ничего не говорится об обязанности последних подвергаться такому контролю. К тому же, чтобы выполнять подобные функции, нужны силы и средства, а главное — авторитет среди аудиторов, доверие общества и государства. Но это зарабатывается годами, которые наши объединения, к сожалению, потратили на нечто иное.

ДО ПРИНЯТИЯ Указа № 450 главной «острасткой» для аудиторов было приостановление или лишение лицензии. Теперь их можно только привлечь к гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств по договору и некачественный аудит, требуя, скажем, взыскать понесенные убытки (если удастся их доказать), сумму выплаченного гонорара и расходы на проведение перепроверки. Но воплотить в жизнь решение суда может быть проблемно по сугубо экономическим причинам. Каких-то требований к уставному фонду аудиторских фирм у нас нет. Выручка всех 146 аудиторских организаций в прошлом году составила 86,6 млрд. Br, причем более трети ее приходится на 26 фирм, вошедших в рейтинг Минфина. Учитывая скромность доходов и, соответственно, имущества, аудиторским компаниям, не говоря уже об ИП, попросту нечем будет покрыть клиентам ущерб, если таковой появится. Интересно, что в проекте даже не упоминается страхование профессиональной ответственности аудиторов, бывшее когда-то одним из специальных лицензионных требований. Разумеется, можно застраховаться и по своей инициативе, но сделают это не все — хотя бы потому, что подп.1.25 ст.131 НК не позволяет отнести такие расходы на затраты, учитываемые при налогообложении.

Хорошо еще, если в стране появится реестр, из которого можно будет узнать, что такая-то фирма действительно аудиторская, а не самозванец. Но это никак не ограничивает правоспособность недобросовестных фирм и ИП и не позволяет убрать их с рынка — разве что дело дойдет до их ликвидации по решению хозяйственного суда в случае осуществления деятельности с неоднократными или грубыми нарушениями законодательства. Впрочем, ничто не помешает зарегистрировать новую фирму (благо это нынче несложно) и продолжить работу в прежнем стиле.

Зато аудиторам, дорожащим своей репутацией, желающим работать качественно и ответственно, придется нести дополнительные затраты на повышение квалификации персонала, совершенствование методологии, содержание системы внутреннего контроля, страхование или создание резервов на случай возмещения ущерба, закладывая все это в цену. Готов ли белорусский бизнес оплачивать качественный и дорогой аудит или согласится на «лимон» — дешевый и без претензий?

Леонид ФРИДКИН


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях