$

2.0820 руб.

2.4488 руб.

Р (100)

3.1507 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

Волшебная сила курсовых разниц

07.06.2011

В числе первых антикризисных мер правительство приняло постановление от 3.06.2011 № 704 «О некоторых вопросах переоценки имущества и обязательств в иностранной валюте», которым возвращает порядок, установленный Декретом от 30.07.2000 № 15 «О порядке проведения переоценки имущества и обязательств в иностранной валюте при изменении Национальным банком курсов иностранных валют и отражения в бухгалтерском учете курсовых разниц», до внесения в него изменений Декретом № 1. К чему приведет этот шаг?

Постановлением № 704 коммерческим организациям разрешается расходы, связанные с покупкой иностранной валюты для проведения расчетов за сырье, материалы, товары, по использованным на их приобретение займам, кредитам и уплате процентов по ним в сумме разницы между курсом покупки иностранной валюты и курсом Нацбанка на момент покупки относить на увеличение стоимости приобретаемых объектов. В официальном комментарии говорится, что данная норма носит уточняющий характер, поскольку в соответствии с действующим порядком отражения в бухучете указанных расходов они также относятся на себестоимость продукции и затраты, учитываемые при налогообложении. Однако обвал курса приводит к убыточности организаций и снижению поступлений в бюджет. Поскольку данная норма направлена на урегулирование порядка отражения в бухучете указанных расходов в условиях множественности курса белорусского рубля к иностранным валютам, ее действие распространено задним числом на период с 1.04.2011 г. (а само постановление вступило в силу с 27 мая), что, по мнению авторов постановления, направлено на улучшение правового положения субъектов хозяйствования.

Кроме того, коммерческие организации вправе относить разницы, возникающие при переоценке имущества и обязательств в иностранной валюте, по дебиторской и кредиторской задолженности по расчетам с поставщиками и подрядчиками, покупателями и заказчиками, на доходы и расходы будущих периодов. Эти суммы затем будут списываться соответственно на внереализационные доходы и расходы в порядке и сроки, установленные руководителем организации, но не позднее 31.12.2014 г. По официальной версии, эта мера также принята ради недопущения убыточности предприятий, улучшения положения коммерческих организаций в условиях снижения официального курса белорусского рубля по отношению к иностранным валютам, чтобы исключить излишнее одномоментное налоговое давление на них и одновременно не уменьшить поступления в бюджет.

Такой способ списания курсовых разниц до принятия Декрета № 1 был, а теперь вновь становится одним из наиболее явных отличий отечественного бухучета от принятых во всем мире правил. Международный стандарт финансовой отчетности IAS 21 «Влияние изменений обменных курсов валют» требует признавать курсовые разницы от переоценки дебиторской и кредиторской задолженности в составе прибылей или убытков в том отчетном периоде, в котором они выявлены. Размер тут не играет роли: это соответствует основам бухгалтерской теории и практики: методу начисления и принципу осмотрительности.

Впрочем, дело не только в принципах МСФО, которые нашим законодательством не предписаны, или в заявленной в Директиве № 4 и соглашениях о создании Единого экономического пространства задаче внедрения МСФО. Цена вопроса весьма существенна: по данным Белстата, внешняя кредиторская задолженность на 1 апреля 2011 г. достигла 13 563,9 млрд. Br (4454,5 млрд. USD по курсу Нацбанка на 1.04.2011 г. — 3045 Br/USD), а дебиторская — 12 149,8 млрд. Br (3990,1 млрд. USD), причем первая по сравнению с началом года увеличилась на 23,3%, а вторая — на 34,8%, в т.ч. за март — на 18,1 и 15% соответственно. Если предположить, что эти суммы не изменились на 1 июня, то при курсе Нацбанка на эту дату 4979 Br/USD при их переоценке отрицательная курсовая разница составила бы 8615 млрд. Br, а положительная — 7696,9 млрд. Сальдированный финансовый результат девальвации — 918 млрд. Br — почти на треть больше всей чистой прибыли белорусских предприятий на 1.04.2011 г. (675 млрд. Br) и практически равен суммарному убытку всех убыточных предприятий страны по итогам I квартала 2011 г. (911 млрд.), который и так на 38% больше, чем в январе–марте 2010 г. При этом заявленная «антикризисная мера» — минимизация влияния курсовых разниц на финансовое состояние организаций по сути означает, что те, кто имеет кредиторскую задолженность в валюте, не станут богаче: им все равно придется тратить больше рублей, чтобы купить доллары или евро на погашение долгов. Те же, кому должны иностранные партнеры, станут только беднее: им новый старый порядок сулит рост суммы налога на прибыль.

Позволяя не отражать в бухучете потери от девальвации, постановление № 704 не избавляет от них: бухгалтерские манипуляции тут никакой пользы, кроме вреда, не принесут. Очевидно, чиновников ничему не учит ни родная статистика, красноречиво свидетельствующая, что «бумажная» прибыль неотвратимо связана с сокращением оборотных средств, ни зарубежный опыт. Правда, его и на Западе-то не усвоили. Если, к примеру, 10 лет назад менеджеры Enron скрывали убытки концерна, пока тот не обанкротился, то их земляки из Lehman Brothers повторили тот же путь в 2007–2008 гг. Правда, и те, и другие за свои учетные подвиги предстали перед судом за обман инвесторов путем намеренного искажения финансовой информации. Любопытно, что в 2009 г. на первых саммитах G-20 регулярно поднимался вопрос о том, что признание убытков от обесценения активов и курсовых разниц, испугав инвесторов, стало одной из причин мирового кризиса. Но Комитет по МСФО сумел объяснить политикам, что искать виновных надо среди тех, кто надувает пузыри на рынках, а страх перед правдой и ее сокрытие лишь усугубляют кризисы. И главам крупнейших стран мира пришлось смириться перед объективными законами экономики.

У нас же спрятанные на 3 года убытки никому не грозят штрафом или 3 годами тюрьмы по ст. 239 УК за сокрытие неплатежеспособности путем искажения бухгалтерской отчетности или иным способом, повлекшее причинение ущерба кредитору (кредиторам) в крупном размере, — это искажение прямо предписано властями. Обманем мы тем самым только самих себя: зарубежные инвесторы хорошо усвоили, что белорусской бухгалтерской отчетности доверять нельзя. Теперь они получили тому еще оно подтверждение. Зато наши чиновники получат возможность еще 3 года рапортовать об успехах: бумага все стерпит…

Леонид ФРИДКИН


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях