$

2.1222 руб.

2.4045 руб.

Р (100)

3.1867 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Резонанс

ВЕТВИ И ЛИСТЬЯ КОРЕННОГО ИЗМЕНЕНИЯ©

10.04.2015

В обсуждаемом сегодня проекте директивы «О дополнительных мерах по развитию предпринимательской инициативы и стимулированию деловой активности в Республике Беларусь» говорится, что создание и функционирование Евразийского экономического союза формирует принципиально иной спектр требований к внутренним условиям функционирования секторов экономики, и, очевидно, назрела необходимость в придании нового импульса реализации заложенных в Директиве № 4 принципов. При этом улучшение бизнес-среды и ускоренное развитие предпринимательства невозможно без коренного изменения отношения органов государственного управления к частному сектору. Анализ факторов, влияющих на развитие предпринимательства, а также опыт реализации Директивы № 4 показал, что существующие проблемы можно решить объединенными усилиями и согласованными действиями самих субъектов предпринимательства, их объединений, структур его поддержки, органов государственной власти.

В чем же должно выразиться «коренное изменение»? Начнем с того, что государство не может раскрепостить творческую и деловую энергию. В лучшем случае оно способно не мешать ее проявлению, создать условия, в которых эта энергия проявляется с пользой для окружающих — в творчестве и честной рыночной конкуренции, вместо придумывания креативных схем обхода законодательства и явного мошенничества. Так что вся деятельность государства должна сводиться к установлению таких правил, когда работать честно выгодно и нет необходимости преступать закон. Не секрет, что изрядная доля предпринимательского потенциала расходовалась и продолжает тратиться на обход ненужных ограничений, выполнение бессмысленных и слишком обременительных требований. Поэтому любой нормативный акт должен рассматриваться с точки зрения «кому это мешает».

В ПРОЕКТЕ обещается, что нормативные акты будут приниматься своевременно, чтобы бизнес успел к ним подготовиться, предварительно проходить общественное обсуждение, а их проекты должны размещаться в интернете и СМИ. Аналогичные нормы уже были закреплены в подп. 9.2 Директивы № 4 (даже с указанием конкретных сроков — «вступление в силу таких актов должно осуществляться, как правило, не ранее чем через 3 месяца со дня их официального опубликования»), подп. 9.3 (исключение придания нормативным правовым актам обратной силы) и подп. 9.4 (обязательное общественное обсуждение проектов актов законодательства, которые могут оказать существенное влияние на условия осуществления предпринимательской деятельности, в т.ч. посредством создания при государственных органах (организациях) общественно-консультативных и (или) экспертных советов с участием представителей субъектов предпринимательской деятельности, их объединений (союзов, ассоциаций), а также размещения указанных проектов на сайтах госорганов в интернете и (или) СМИ. Это не мешает властям систематически принимать законы о внесении изменений в НК «под новогоднюю елочку», постановления и указы — задним числом, размещать проекты в открытом доступе весьма выборочно (видимо, исходя из вольной оценки их существенности для бизнеса) и проводить обсуждение с участием бизнес-союзов вполне формально.

Постановление Совмина от 20.03.2012 № 247 не слишком четко регламентирует вопросы организации общественного обсуждения проектов нормативных правовых актов, что нередко сводит благие намерения подп. 9.4 Директивы к нулю.

Кстати, пока обсуждается проект директивы, в Программе деятельности Правительства Республики Беларусь на 2015 год, утв. постановлением Совмина от 18.02.2015 № 110, уже прямо предусматривается подготовка изменений и дополнений в Указ от 11.08.2003 № 359 «О мерах по совершенствованию нормотворческой деятельности» — внедрение института обязательной оценки регуляторного воздействия для проектов нормативных правовых актов, затрагивающих интересы бизнеса, а также активизация работы общественно-консультативных советов, усиление их роли при определении проблемных вопросов в сфере осуществления предпринимательской деятельности, выработке соответствующих решений, подготовке проектов нормативных правовых актов.

Но это не гарантирует отказ от практики направления проекта в союзы, скажем, утром 11 марта с указанием, что отзывы нужны не позднее 17-00 того же дня или (если повезет) — завтра к обеду. В таких условиях полноценная экспертиза нереальна. К тому же малочисленность бизнес-союзов и их слабая материальная база не позволяют надеяться на надлежащий уровень компетентности и всесторонний независимый анализ регуляторных последствий проектов. Это работа для специализированных независимых аналитических центров, имеющих доступ ко всей необходимой информации, располагающих серьезной материальной и кадровой базой. В принципе такую роль могли бы играть институты экономики, если бы не находились в полной зависимости от государства. Но главное — будут ли законотворцы принимать во внимание оценку регуляторного воздействия? Ведь как Директива № 4, так и ее «сиквел» предлагают бизнес-союзам только право совещательного голоса.

СКОЛЬКО же нужно директив, чтобы эти нормы действительно были реализованы? Будут ли намеченные меры вообще приняты именно в том виде, в котором задумывались? Ведь стоит государству объявить о намерении куда-либо вмешаться, как сам по себе открывается ящик Пандоры. Поскольку от любого вмешательства кто-то может выиграть, а кто-то — и проиграть, лоббисты всех затронутых сторон сразу мобилизуются.

Например, в соответствии с Директивой № 4 в последние годы была существенно упрощена процедура регистрации предприятий. Однако в погоне за рейтингом Doing Business власти создали излишне комфортные условия для создания фирм-однодневок. Ответной мерой стало ужесточение контроля за лжепредпринимательской деятельностью, от чего страдают и добросовестные субъекты. Аналогично широкое применение упрощенной системы налогообложения вместо повышения вклада малого бизнеса в экономику страны дало толчок к злоупотреблению схемами минимизации налогов, что, в свою очередь, повлекло ответные меры по «затыканию» лазеек для уклонистов.

С расширением применения МСФО получилось совсем грустно. Первые же шаги в этом направлении вызвали весьма негативную реакцию бизнеса и бухгалтеров, обнаруживших, что применение МСФО — дело весьма хлопотное. И вот в Национальной платформе бизнеса-2014 пишут по этому поводу возмущенные сентенции, холдинги домогаются освобождения от составления консолидированной отчетности, а власти в связи с очередным кризисом принимают постановления и указы, прямо предписывающие игнорировать принципы и методы МСФО, чтобы улучшить (на бумаге) финансовые результаты.

В результате совершенствование законодательства превращается в состязание лоббистов. В проигрыше всегда оказываются потребители как самые многочисленные и потому хуже других организованные. А в выигрыше — отдельные предприятия и отрасли, часто уже отмирающие, несмотря на поддержку свыше.

Рискну предположить, что главная причина неэффективности принимавшихся мер в том, что чиновники не желают ломать систему, обеспечивающую им неформальный контроль над бизнесом и немалую (в т.ч. коррупционную) ренту за счет тех самых неясностей, нечеткостей нормативных актов и внезапности их появления. На самом деле институциональные реформы должны сделать главной задачей государства обслуживание интересов бизнеса, а не навязывание ему задач, выдуманных чиновниками в своих узковедомственных, конъюнктурных или личных интересах.

Интересна ссылка в проекте директивы на роль ЕАЭС. Действительно глобализация и региональная интеграция резко повысили цену эффективности государства. А поскольку перераспределительная деятельность всегда экономически неэффективна, те страны, где она наиболее масштабна, оказались в кризисе, причем он тем глубже, чем больше упорствуют власти в стремлении «отнимать и делить». Этого не могут избежать и некоторые страны ЕС. Но в странах «открытого доступа» есть механизмы адаптации к кризису, а сокращение перераспределения не угрожает основам общественного порядка. Для «ограниченного доступа» все гораздо серьезнее.

Леонид ФРИДКИН