$

2.1204 руб.

2.4136 руб.

Р (100)

3.2021 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Проблемы и решения

ТРИ МНЕНИЯ НАШЕГО ВРЕМЕНИ©

27.10.2015

 

Вероятно, впервые за 16 лет традиционная научная конференция «Проблемы прогнозирования и государственного регулирования социально-экономического развития: структурные реформы и экономический рост», проведенная НИЭИ Минэкономики 23 октября, получила столь широкий резонанс в СМИ и деловом сообществе Беларуси. Между тем в кулуарах журналистов заранее предупредили, что подготовленные доклады о структурных реформах сняты и выступающим придется как-то выкручиваться. Оказалось, что у некоторых это получилось достаточно хорошо. Так что, если рассматривать конференцию как индикатор спроса в обществе на реформы, мероприятие, безусловно, удалось.

Для завсегдатаев конференции открытием стала состязательность выступлений основных спикеров. Впору было делать ставки, кто из них окажется круче в оценках ситуации и неожиданных заявлениях. Весьма интересным было выступление первого заместителя министра экономики Александра Заборовского. Он приоткрыл некоторые аспекты прогноза развития белорусской экономики на будущий год и дал оценку симптомам «голландской болезни», которой наша страна, оказывается, болела в 2010–2014 гг.

Школа механизмов

По мнению замминистра, сегодня мы адаптировались к «новой нормальности» — снижению темпов экономического роста и волатильности на товарных и денежных рынках, — что сопровождается сокращением эффективности традиционных инструментов государственной политики. Здесь прозвучало интересное определение структурных реформ. Оказывается, это рост совокупной факторной производительности, резкое снижение зависимости от мировой конъюнктуры, т.е. избавление от симптомов «голландской болезни», диверсификация экономики в широком смысле — гармоничное развитие частного и государственного секторов. «Эти приоритеты мы провели в прогнозных документах 2016 г. в увязке с проектировками на 3 и 5 лет, — сообщил А.Заборовский. — По оценкам НИЭИ Минэкономики, их реализация позволит выйти на темпы экономического роста устойчиво выше среднемировых даже в неблагоприятной экономической конъюнктуре».

Базовый сценарий прогноза социально-экономического развития республики на 2016 г. и, соответственно, бюджет, а также основные индикативные показатели рассчитаны исходя из цены на нефть 50 USD/барр., курса российского рубля — 63 RUB/USD и роста ВВП в России выше нуля. При таких условиях Минэкономики видит возможность роста в краткосрочной перспективе. Его главными факторами должны стать экспорт и повышение эффективности валового накопления, в т.ч. за счет кредитов институтов развития. Стимулировать экспорт власти намерены с помощью всех доступных инструментов, прежде всего, валютной политики. При этом прогнозируется, что реальный эффективный курс будет содействовать экспорту, а действующий механизм курсообразования обеспечит конкурентоспособность белорусской продукции и снизит привлекательность импорта. Бездефицитный платежный баланс должны обеспечить валютная выручка и поступление капитала по финансовому счету. Залогом успеха этих планов служат цифры: в I полугодии т.г. удалось добиться одних из лучших результатов сбалансированности платежного баланса — дефицит СТО снизился по сравнению с январем–июнем 2014 г. на 2,3 млрд. USD — с 6,9 до 1,7% ВВП. Теперь он находится в пределах, соответствующих макроэкономической стабильности, что можно считать базой для начала сбалансированного роста. Другая позитивная предпосылка — снижение влияния изменения валютного курса на инфляцию. Если в 2011 г. 1% ослабления номинального эффективного обменного курса белорусского рубля влек за собой рост цен на 0,6 п.п., то сейчас — только на 0,3. Это, по мнению замминистра, позволяет наращивать экспорт и оптимизировать внутреннее потребление. Нужно лишь закрепить такие структурные достижения в 2016–2020 гг. новыми механизмами экономической политики. Первый из них — жесткое бюджетное правило: не менее 50% валютного долга страны выплачивается за счет собственных источников, остальное — рефинансируется. В текущем году пока удается соблюдать такую пропорцию. Она же предусмотрена в проекте бюджета на 2016 г., профицит которого запланирован в размере 2% ВВП.

Второй механизм — рост эффективности кредитования. Упреки, звучащие в адрес правительства и Нацбанка в связи с дороговизной и труднодоступностью кредитов, А.Заборовский назвал поверхностными. Критики не учитывают диспаритет на кредитно-депозитном рынке. Если по льготным кредитам ставки составляют около 9,1%, то для всех остальных — 36,6%. В результате средняя процентная ставка кредитования реального сектора в январе–сентябре составила около 17%. В следующем году власти надеются сократить ее до 15%, в т.ч. для не имеющих льгот заемщиков — до 24–27%, а к 2020 г. — до 11–12%. При этом инфляция должна сократиться с 12 до 5%.

Замминистра обратил внимание, что у нас некоторые, в первую очередь, госпредприятия привыкли жить в условиях очень мягких бюджетных ограничений. Они привыкли рассматривать кредиты не как платные и возвратные ресурсы, а как финансирование, которое потом можно не возвращать. От таких привычек придется избавляться. А потому управляемое банкротство безнадежных госпредприятий — третий механизм, на который будет опираться будущий рост. Отлучение от бюджетной кормушки неэффективных компаний неизбежно приведет к их финансовой несостоятельности, их ждет ликвидация или реструктуризация. При этом государству придется решать целый ряд социальных и финансовых проблем, но другого выхода нет — неэффективный капитал должен измениться и внести свой вклад в развитие страны.

Ускоренное развитие малого и среднего бизнеса — 4-й фактор развития. Источником для этого должны стать заемные ресурсы — 3 из 7 млрд. USD китайских кредитов, по 100 млн. USD обещаны ЕБРР и Всемирным банком. Эти заимствования будут выделяться по низким ставкам на создание новых рабочих мест в частном бизнесе. Одновременно необходима малая и средняя приватизация, которая также должна поспособствовать росту вклада частного сектора в ВВП.

Важная роль отводится новым механизмам распределения ресурсов — по конкурсу через единого оператора — Банк развития. Льготное кредитование в 2016 г. ограничится 42 трлн. Br, но в дальнейшем к 2020 г. эти объемы сократятся. При этом обещана доступность кредитов для предприятий всех форм собственности.

Последний фактор, на который рассчитывают в министерстве, — реформирование системы управления экономикой. Это предполагает разделение функций государства как регулятора и собственника, внедрение на госпредприятиях систем корпоративного управления на основе лучших мировых практик, развитие инновационной экономики, обеспечение безусловных гарантий прав частной собственности, 5-летний мораторий на повышение налоговых ставок и введение новых налогов. Все это есть структурные реформы, призванные адаптировать страну к «новой нормальности» и выйти на качественно более высокий уровень совокупной факторной производительности, заявил А.Заборовский.

Пять курсов

институтов

Более сложную концепцию развития предложил начальник главного экономического управления Администрации Президента РБ Кирилл Рудый. По его мнению, «структурные реформы — это посыл о смене экономической стратегии. Если мы обсуждаем смену экономической стратегии, то важно понять, как она будет сочетаться с системой «ручного управления», которое у нас сегодня есть и которое начинает тормозить экономику».

На смену «ручному управлению» должно прийти управление институциональное, устойчивость которого в долгосрочном периоде, как полагает К.Рудый, доказано человеческой цивилизацией. Правда, создание институтов — долгий процесс, связанный с созреванием общества. «Если мы говорим, что меняем систему управления, то надо сказать, что этап первоначального накопления капитала завершился, что мы волевым способом будем насаждать конкуренцию, создавать институты в ущерб действующим игрокам, — предупредил помощник Президента. — Активный переход к институциональной экономике потребует ущемления определенных интересов».

В своем выступлении К.Рудый выделил 5 направлений для трансформации «ручного управления». Первое — децентрализация и делегирование решений и полномочий на места. Второе — разделение финансов государства (национальная безопасность, бюджетная, социальная сфера, естественные монополии) и финансов госпредприятий, которые можно направить в «режим свободного плавания». Это предполагает, что бюджет перестанет давать деньги госпредприятиям, а начнет получать дивиденды с государственной собственности, чтобы госпредприятия пополняли бюджет не только за счет налогов. Заметим, что такой механизм уже имеется — в соответствии с Указом от 28.12.2005 № 637 часть прибыли госпредприятий и организаций с долей госсобственности и так изымается в казну, а некоторых — в государственный целевой бюджетный фонд национального развития.

Правда, кое-кто в последнее время остался как без прибыли, так и без оборотных средств, так что особых доходов с такой госсобственности теперь не дождешься.

Для подобных случаев К.Рудый предлагает управляемую санацию, а возможно — ликвидацию или приватизацию. Также помощник Президента призвал переходить к управлению, ориентированному на результат, к программно-целевому методу оказания государственных услуг, совершенствовать кадровое обеспечение и контрольную деятельность, избавив малый бизнес от чрезмерного надзорного пресса.

«За прошедшие годы экономика так изменилась, что теперь половина ее — частная, есть иностранные компании, и система начинает выходить из-под ручного управления, — заявил в заключение К.Рудый. — Кроме как к институциональной экономике, здесь ни к чему другому не перейти».

Академия удвоения

Выступление К.Рудого заставило экспертов теряться в догадках — было ли это личное мнение помощника Президента или санкционированный свыше посыл с целью прощупать готовность общества к реформам. Очевидно, что если часть готова (по крайней мере, на словах), то найдутся и противоположные мнения со своими аргументами. Так, председатель президиума Национальной академии наук Владимир Гусаков призвал критически отнестись к последнему прогнозу мировой экономики, сделанному МВФ, который, по мнению академика, ошибочен, особенно для нашей страны. «Если прогнозируется снижение ВВП, то это говорит о том, что страна не вышла из кризиса, тогда в нее практически не идут иностранные инвестиции и очень сложно получить внешние заимствования, — заявил В.Гусаков. — В России, где такой развал, прогнозируется околонулевой рост, а в Беларуси, где экономика хорошо управляется, вдруг МВФ прогнозирует спад 2,2% — это неправильно». В НАН считают, что прогнозирование спада — подрыв собственных позиций. «В Беларуси выстроена нормальная экономика, управляемая, хорошо сбалансированная, хорошо просчитываются ресурсы, и в этой связи мы не можем не планировать рост ВВП», — настаивал В.Гусаков.

Как при столь замечательной конструкции страна умудрилась регулярно на протяжении 7 лет не выполнять прогнозные показатели и демонстрировать спад в последние 9 месяцев, академик не уточнил. Зато он призвал вернуться к обещанной когда-то задаче доведения зарплаты до 1000 USD, ибо «на 500 долларах нельзя оставаться». А потому нужно удвоить ВВП, чтобы выйти на новые рубежи. Правда, череда девальваций существенно сократила некогда достигнутые 500 USD, так что одним удвоением тут не обойтись. Но сообщение о том, что Институт экономики НАН располагает расчетами о том, как без внешних заимствований, только за счет внутренних факторов резко увеличить ВВП, прозвучало интригующе. Часть тайны В.Гусаков раскрыл. Во-первых, 2–2,2% роста ВВП должно дать повышение производительности труда, еще 2% — стимулирование деловой активности, не менее 0,1% — снижение энергоемкости, 1,8% — совершенствование промышленной политики, 1,2% — ускоренное развитие сферы услуг, 0,37% — привлечение иностранного капитала, 0,7% — увеличение доли быстрорастущих экспортных рынков, 0,2% — импортозамещение, по 2–3% — неинфляционное стимулирование внутреннего спроса, стимулирование инструментами бюджетно-налоговой политики, эффективное кредитование экономики и развитие фондового рынка. Итого — 8–8,5% роста.

Надо полагать, в недрах НАН таится и ответ на вопрос, почему перечисленные факторы роста не оправдали себя в уходящей пятилетке (хотя практически все они фигурировали в прежних программах) и отчего вдруг, к примеру, начнут быстро расти экспортные рынки, которым зарубежные аналитики пророчат если не спад, то снижение темпов роста, не говоря уже о лежащем на боку 20 лет отечественном фондовом рынке.

Но главное не в этом. Обеспечение положительного роста глава НАН назвал политическим вопросом. «Мы не можем сказать, что наша модель несостоятельна, не обеспечивает роста ВВП, а наоборот, дает снижение, — заявил В.Гусаков. — Тогда надо признать, что модель развития непригодна».

Ожидать такого признания действительно сложно. Но именно от него зависит, состоятся ли в Беларуси реальные реформы или дело ограничится их имитацией.

Оксана КУЗНЕЦОВА