Авторизуйтесь Чтобы скачать свежий номер №4 (2501) от 18.01.2022 Смотреть архивы
picture
USD:
2.5945
EUR:
2.9414
RUB:
3.3791
Золото:
151.61
Серебро:
1.98
Платина:
82.66
Палладий:
157.9
Назад
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений

Тигровый окрас к лицу литовской экономике

Вслед за "кельтским тигром" -- Ирландией -- свои "охотничьи трофеи" в сфере экономики за два прошедших года продемонстрировала Европе и Литва -- наш ближайший сосед. В том, что литовская экономика приобрела устойчивый тигровый окрас, уже нет сомнений: по итогам 2002г. прирост ВВП составил 6,8%, а 2003г. -- до 8,9%.

Вслед за "кельтским тигром" -- Ирландией -- свои "охотничьи трофеи" в сфере экономики за два прошедших года продемонстрировала Европе и Литва -- наш ближайший сосед. В том, что литовская экономика приобрела устойчивый тигровый окрас, уже нет сомнений: по итогам 2002г. прирост ВВП составил 6,8%, а 2003г. -- до 8,9%. А в 2004г. Литва в связи с возможными осложнениями после вступления в ЕС планирует перекрыть отметку в 7%. Напомним, что Беларусь заявила о намерении достичь прироста ВВП в 10%! Правда, методология расчета этого показателя в Литве исходит из учета того, что произведено и реализовано, а не осело на складе.

Модный молодежный слоган гласит: "Самый правильный путь -- свой!". С этим нельзя не согласиться, но за забор к соседу заглянуть так и тянет: чем это он удобряет свою экономику, что она так резво пошла в рост. И почва и климат у нас, казалось бы, схожие, но когда "по осени" 2002г. посчитали долю валового национального продукта на душу населения, она в Литве оказалась почти в три раза больше, чем в Беларуси.

В рамках региональной учебной программы для экономистов Литвы, Калининградской области и Беларуси, организованной в Вильнюсе в начале 2004г. литовским Институтом банковского дела, страхования и финансов, обсуждался опыт правительства Литвы по выходу из экономического кризиса в постсоветский период. Этот опыт интересен как сам по себе, так и в контексте результатов выбора социально-экономической стратегии и тактики государствами прибалтийского региона и нашей страной.

Медленные реформы дорого стоят

Основная цель развития Литвы и Беларуси формулируется правительствами внешне схоже -- стабильный экономический рост, стабильный платежный и торговый баланс. Разница лишь в понимании того, какими методами предполагается достичь стабильности в процессе трансформации экономики. Прибалты делают ставку на экономические свободы, базирующиеся на полном комплексе рыночных законов. Кроме того, по-разному оценивается роль государства в переходном и постпереходном периодах. Литовцы считают, что государство должно обеспечить условия для социальной справедливости и экономической эффективности. Несовместимость понятий "справедливость" и "рынок" компенсируется в их представлении спецификой сверхскоростного, неорыночного спуска бывших соцстран с "Пика Коммунизма".

Такой спуск коренным образом отличается от эволюционного пути, что довелось пройти за триста лет странам-лидерам, хотя рыночной экономики в "чистом виде" не было и нет ни в одном государстве.

Поэтому западные эксперты утверждают, что в мире нет рыночной экономики, а есть нечто большее -- рыночная идеология. Исходя из ее постулатов и своих национальных предпочтений государства сейчас и должны решить -- предоставить ли экономическую свободу населению и дать ему возможность обеспечивать себя самому посредством малого и среднего бизнеса, решать ли за него его социальные проблемы, стабилизируя цены, проводя реструктуризацию.

Выбор не прост, так как и стабилизация цен косвенно способствует безработице, и радикальное реструктурирование порождает серьезные социальные издержки. При этом надо отдавать себе отчет в том, что в странах с переходной экономикой, в том числе в Беларуси, реструктурирование является неотложной и жизненно необходимой задачей.

В экономике, как известно, не бывает ничего, что было бы только положительным или отрицательным. Если Беларусь выбрала модель социально ориентированной экономики рыночного типа, то стабилизировать цены и одновременно проводить реструктуризацию в условиях неокрепшей переходной экономики приходится в основном административными методами. Например, субсидировать неэффективные предприятия, регулировать цены на социально значимые товары. И при этом правительству удалось не только обеспечить регулярность выплаты пенсий, заработной платы, но и удержать безработицу на уровне 3%, планируя в дальнейшем снизить ее до 1% при среднеевропейском уровне в 5--7%! Для корректности сравнения заметим, что ЕС применяет методику МОТ, согласно которой только сам человек может сказать, считает он себя безработным или нет.

Литве пришлось решать те же социально-экономические проблемы, что и Беларуси, но взялась она за это "с другого конца" и в несколько иных условиях. Например, в Литву поступали значительные скандинавские инвестиции, техническая помощь Западной Европы. Литва не ощутила последствий Чернобыля, не было здесь и избытка мощностей в сфере новых технологий, после того как спрос на оборонную продукцию снизился. Менталитет населения был также несколько иным по отношению к частной собственности. Колхозы были распущены, деятельность профсоюзов, компартии приостановлена.

Разумеется, ошибок было сделано немало, поскольку никто в Литве не знал правильной и короткой дороги к благополучной жизни. Процессы шли слишком быстро, чтобы можно было что-то прогнозировать. Воспользоваться же в полной мере технической помощью консультантов и экспертов США и МВФ не получилось: одни не сумели доходчиво передать, другие -- толково воспринять. Поэтому, например, при подготовке закона о предпринимательстве разработчиков захлестнул романтизм, далекий от жесткой реальности бизнес-процессов.

Приватизация

Литва в отличие от своих ближайших соседей безоговорочно восприняла советы МВФ и очень быстро провела приватизацию во всех сферах экономики по классической схеме, то есть в точном соответствии с капиталистическими учебниками по макроэкономике, избегая многочисленных оговорок типа "да, но если...". В результате литовская экономика получила сильнейший шок без какой-либо анестезии. В стране в девяностых годах прошла массовая публичная приватизация с помощью чековых инвестиционных акционерных обществ. Всю недвижимость и банки практически скупил иностранный капитал. В результате деньги буквально побежали в литовскую экономику, но при этом надежды на ее оздровление лопались как мыльные пузыри -- весь "навар" уходил за границу. Многие местные заводы просто закрывались, потеряв всякий интерес для инвесторов.

Усилился разрыв между богатыми и бедными, безработица возросла в два раза и достигла 19%. Спасла дело тактика "акционер и работник в одном лице" -- она позволила ускорить приватизацию и создать новый класс инвесторов. В частной собственности оказались даже земли с целебными источниками. Не случайно сегодня в Литве возродившийся класс отечественных предпринимателей выкупает обратно у иностранных владельцев недвижимость, бизнес и инвестирует в экономику своей страны. В Литве отмечается бум спроса на недвижимость.

Однако сейчас, несмотря на достигнутые высокие социальные стандарты, литовцы советуют брать за образец не свою, а эстонскую модель с постепенной стратегической приватизацией, хотя и предупреждают, что медленные реформы дорого стоят. И еще один урок советуют запомнить: приватизацию надо начинать лишь после создания правового рыночного поля.

Предпринимательство

В Литве понимали, что предпринимательство -- это самостоятельный серьезный фактор производства и мощный инновационный ресурс. Правительство сделало ставку на них и не ошиблось. Предпринимательский сектор быстро приспособился, адаптировался, окреп и вывез, в буквальном смысле, экономику Литвы на своих плечах. Например, необходимость экспорта транспортных услуг вынудила хозяйствующих субъектов так переориентировать промышленность, ставшую по сути частной, чтобы было что вывозить и на что ввозить. Ведь Литва покупает все стратегические ресурсы. И при этом руководствуется принципом "Ресурсы важны, а еще важнее способ их использования". В итоге 96% всех перевозок Литва осуществляет за рубежом. При этом она не хочет идти со своим экспортом в нестабильный рынок, кроме рынков продуктов питания.

Литовские предприятия инвестировали в собственное развитие в среднем 15% в год. Это вдвое больше, чем в ЕС. На экспорт идет 60% производимых товаров и услуг.

Надо отдать должное и правительству Литвы, которое всячески поощряло малый и средний бизнес -- кредитные деньги для предпринимателей стоили очень дешево, в отличие от периода середины 90-х гг., когда кредит в Литве стоил 70%. Для сравнения: доля малых предприятий в Литве в три раза больше, чем у нас, а разница в стоимости кредита для индивидуальных предпринимателей составляет на начало 2004г. примерно 25 процентных пунктов.

Экономический кризис

В 90-е гг. экономика Литвы имела серьезные собственные макроэкономические проблемы: инфляция в 1992г. составляла 2000%, а в 1995г. -- 30%; дефицит счета текущих операций и фискальный дефицит (7,8% от ВВП). Эти проблемы усугубил дефолт российской экономики, поскольку 25% всей произведенной продукции Литва экспортировала в Россию. В результате дефицит бюджета составил более 8%. Внешний долг составил 500 млн. USD, но кредиты МВФ не попали в Литву, так как были размещены на счетах в банках США и служили залогом для эмиссии литов.

С 1998г. базовая заработная плата в бюджетной сфере в Литве существенно не менялась, заморожены доходы -- такова цена независимости экономики Литвы. Чтобы избежать девальвации собственной валюты, Литва продавала неприкосновенный запас. Во время кризиса доля расходов домашних хозяйств на питание составляла 57--62%, на жилище -- 15--17%, на энергию -- 8--10%. Потребление мяса снизилось с 89 кг в 1990г. до 49 кг в 1997г., а молочных продуктов -- с 476 кг до 187 кг.

Однако в целом кризис положительно повлиял на экономику соседей. Лит, "перепривязанный" от доллара к евро, стал сильной валютой. В стране утвердилась и рыночная экономика, и рыночная идеология. Социальные стандарты повысились. Доля безработных снизилась до 9%, хотя в восточных районах Литвы безработица осталась еще на уровне 15%.

Минимальная зарплата составляет 450 литов, а средняя -- более 1170 литов, среднее пособие по безработице -- 69 USD, налоги на заработную плату (изъятия) -- 33%, начисления на заработную плату -- 31%, проценты по кредиту -- 3--4%. ВНП на душу населения -- 5700 USD. Средняя продолжительность жизни мужчин 67 лет, женщин -- 78.

Вступление в ЕС

В мае Литва станет членом Европейского союза и завершит переходный период к рыночной экономике. Страна получила немалые выгоды, поскольку "выбила" для себя очень большие квоты, которые гораздо выше имеющегося сегодня уровня производства. В целом финансовая помощь Литве превысит ее взносы в ЕС в три раза.

Одним из требований ЕС было сокращение занятых в сельском хозяйстве с 28--30% до 5--6%. Роспуск колхозов в 90-е гг. был довольно болезненным и вызвал 20-процентную безработицу на селе. В сельскохозяйственном секторе помощь ЕС также составит 80%, но поступит только после того, как Литва инвестирует в отрасль свои средства.

Со вступлением в ЕС, полагают литовские специалисты, сохраняются две угрозы экономике. Первая -- отток наиболее квалифицированного и работоспособного населения в связи со свободным перемещением через границы. Уже в 2002--2003гг. за рубежом работали 240 тыс. литовцев. Поэтому государство должно создать условия, при которых уехавшие захотят вернуться -- страна переживает тяжелый демографический кризис. Во-вторых, в Литве понимают, что ЕС не является экономическим чудом: в странах Союза немало своих забот. А это значит, что экономических проблем у Литвы не станет меньше -- просто они будут несколько иными. Хотя выход на европейские рынки, где концентрируются новые технологии и ресурсы, крайне важен для маленькой трехмиллионной страны, не имеющей своих полезных ископаемых.

* * *

Так случилось, что Литва, пусть и ценой немалых социальных издержек, опередила своих соседей по дороге к рынку. Конечно, ничего не стоит абсолютизировать. Например, 70 лет назад Аргентина занимала 6-е место в мире, а теперь затерялась где-то в первой сотне. А Литва даже к 2015г. не достигнет того уровня, который имеет сейчас Кипр. России при сегодняшних темпах потребуется 30 лет, чтобы догнать по уровню жизни Португалию, не самую богатую страну ЕС. Но крайне важно, что наши соседи идут по трудной дороге реформ, а результат обязательно будет.

Но может ли подобная риторика укрепить дух белорусских предпринимателей или обнадежить пенсионеров? Разумеется, может, если мы не отстанем, если будем тянуться за лидерами. А пока очевидно, что ограничение экономических свобод административными рычагами управления вселяет апатию в умы и поведение деловых людей, подтачивает желание рисковать. А еще ведет то к слепому копированию, то к отрицанию чужого опыта, что одинаково вредно.