06.03.2015 9 мин на чтение мин

РИСКИ - ДЛЯ ОБВИНЕНИЯ,ЗАЛОГ - ДЛЯ ЗАЩИТЫ©

Вступивший в силу в январе т.г. Закон от 5.01.2015 № 241-З скорректировал многие нормы уголовного и уголовно-процессуального законодательства, а также законодательства об административных правонарушениях, регулирующие правоотношения в сфере экономических преступлений.

В частности, в УК и КоАП введена новелла, в соответствии с которой не является преступлением обоснованный экономический (деловой) риск в случае, когда цель могла быть достигнута и не рискованными деяниями (решениями), но с меньшим экономическим результатом (ст. 39 УК и ст. 5.4 КоАП).

Требования об обеспечении защиты права руководителей предприятий на деловой риск, пересмотре системы мер уголовной ответственности за правонарушения в области предпринимательской деятельности, обеспечении соразмерности ответственности характеру правонарушения и степени причиненного вреда были предусмотрены в Директиве от 31.12.2010 № 4 «О развитии предпринимательской инициативы и стимулировании деловой активности в Республике Беларусь». Новая норма, по мнению разработчиков Закона, должна защитить руководителей субъектов хозяйствования, иных должностных лиц от уголовного преследования в случае совершения ими действий (принятия решений), связанных с риском возможного причинения вреда.

В подобных ситуациях планируется учитывать, что такие действия совершаются в интересах службы и направлены на достижение экономического результата, который не мог быть достигнут без риска, но достаточные меры для предотвращения вредных последствий были приняты.

На первый взгляд, это весьма прогрессивное новшество, способное раскрепостить инициативу отечественных руководителей, особенно госпредприятий, которые сейчас находятся в довольно стесненных, если не сказать экстремальных условиях. Каждый боится сделать шаг вправо или влево, зная, что всякая инициатива в любой момент может стать наказуемой. Поэтому проще и безопаснее отсиживаться на своих местах, не решая никаких глобальных вопросов, связанных с развитием, поскольку никаких гарантий, что проекты окупятся, не существует.

Однако сама формулировка нормы, как считают специалисты, предполагает наличие очень серьезной экспертизы и специальной деятельности следственных и судебных органов. Норма «Обоснованный риск» была в УК и ранее, но применялась субъективно — в оценке прокурора, следователя, судьи. Новая норма не менее сложна, и ее применение может стать очень спорным. Уже сейчас многие руководители задаются вопросом о том, как реально упомянутые статьи УК и КоАП повлияют на уже идущие и будущие следственные действия и судебные разбирательства, а главное — какие критерии лягут в основу оценки риска.

По мнению заместителя председателя Верховного Суда, председателя судебной коллегии по уголовным делам Валерия Калинковича, в данном случае следует исходить из прямых предписаний УПК. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, а орган, ведущий уголовный процесс, обязан эту виновность доказать — в контексте рассматриваемой проблемы — что в данном конкретном случае экономический риск не был обоснован. Это потребует глубокого исследования всех обстоятельств, при которых допускался риск. Придется внимательно и скрупулезно вникать в обстоятельства дела и защитные доводы, выдвигаемые обвиняемым, проверять их и давать им непредвзятую оценку. По уголовным делам такой категории, как правило, проводятся сложные экономические экспертизы, что должно способствовать тому, чтобы под суд не отдавали невиновных. В качестве критериев обоснованного экономического риска могут рассматриваться: выполнение всех требований законодательства, регулирующего финансово-хозяйственную деятельность, максимальная проработка форс-мажорных оговорок в договорных обязательствах: изменение актов законодательства, блокады, эмбарго, забастовки, сложившиеся неблагоприятные условия, изменение конъюнктуры товарных и финансовых рынков, цен, валютных курсов и т.п. Главное, чтобы у человека не было здесь корыстного мотива, хотя ущерб есть и состав преступления налицо.

Кроме того, отнюдь не все руководители чувствуют себя стесненными в принятии решений, связанных с предпринимательскими рисками, отмечает В.Калинкович. Об этом свидетельствует, в частности, статистика, согласно которой в прошлом году за хищение путем злоупотребления служебными полномочиями осуждено 120 человек. С одной стороны, для страны с 9-миллионным населением это немного. С другой — не все руководители стесняются путать свой карман с государственным или общественным, обратил внимание судья.

Интересно изменение подхода к применению меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении лиц, обвиняемых в совершении нетяжких преступлений, в виде залога. Залог — относительно молодой вид меры пресечения для Беларуси. Если учесть, что по его применению до недавнего времени не было четкого алгоритма действий, неудивительно, что правоприменительная практика здесь весьма скромная. В Концепции совершенствования законодательства Республики Беларусь, утв.Указом Президента от 10.04.2002 № 205, было указано на целесообразность уменьшения минимального размера суммы залога в целях расширения круга лиц, к которым он мог бы быть применен. В подп. 16.9 п. 16 Концепции совершенствования системы мер уголовной ответственности и порядка их исполнения, утв. Указом Президента от 23.12.2010 № 672, также указывается на необходимость расширить применение меры пресечения в виде залога в качестве альтернативы заключению под стражу. Предполагается, что у обвиняемого, находящегося на свободе, будет больше возможностей реально возместить ущерб, причиненный преступлением.

Поскольку залог применялся на стадии предварительного расследования, на новации должна отреагировать следственная практика, считает В.Калинкович. Корректировка уголовно-процессуального законодательства позволяет расширить применение меры пресечения в виде залога (ст. 124 УПК) в качестве альтернативы заключению под стражу, в т.ч. по экономическим преступлениям, за исключением тяжких и особо тяжких, при отсутствии полного возмещения ущерба. Если такие лица не скрываются от следствия и суда, имеют постоянное место жительства в Беларуси, заключение под стражу не будет применяться (ст. 126).

В качестве залога сейчас могут быть внесены не только денежные средства, но и ценности, движимое и недвижимое имущество на сумму, соразмерную причиненному вреду. При этом сумму залога предлагается определять с учетом размера причиненного имущественного вреда.

По ранее действовавшей редакции УПК с предметом залога практически ничего нельзя было сделать до окончания разрешения дела по существу, после чего залог возвращался. Сейчас залог, внесенный обвиняемым, может быть обращен в счет возмещения ущерба по приговору суда, если он не возмещен в ходе следствия. Если же сумма залога вносилась не обвиняемым, а родственниками, то же самое можно сделать с их письменного согласия. Эти новеллы должны стимулировать применение данной меры пресечения, потому что она стала более приближена к реалиям жизни и вопросам, возникающим в ходе расследования и суда. В ряде случаев добровольное возмещение ущерба имеет важное значение для определения размера наказания за содеянное, подчеркивает В.Калинкович. Если учесть, что в каждом конкретном случае инициатива применения залога исходит со стороны защиты, именно она должна активно использовать эту меру.

Татьяна АБРАМОВИЧ