$

2.1102 руб.

2.3950 руб.

Р (100)

3.1973 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

РЕЕСТР НЕДОВЕРИЯ©

30.10.2012

Пожалуй, ни один из новых нормативных правовых актов не изучался нашими читателями столь внимательно, как Указ от 23.10.2012 № 488 «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств» («ЭГ» № 81, с. 2–4 Информбанка). Мало кто станет оспаривать необходимость сокращения теневого сектора экономики и борьбы с нелегальными схемами минимизации налогов. Вопрос лишь в том, какими методами все это осуществляется и к каким последствиям приведет.

Уход от налогов имеет четыре основные формы: занижение или сокрытие базы налогообложения (выручки), перенос срока уплаты налога и ликвидация налогового долга (например, путем искусственного создания вычетов по НДС). Не секрет, что для этих целей у нас (как и во многих других странах) существует нелегальный сегмент бизнеса, где поставлено на поток создание фиктивных предприятий, ведущих хозяйственную деятельность исключительно на бумаге. Их услугами пользуются крупные солидные компании, которые, работая через сеть «однодневок» и «прокладок», переносят часть налоговых обязательств на эти структуры, формально с ними никак не связанные. В определенный момент фиктивные фирмы лопаются, крупная компания декларирует расходы и убытки, с которых налоги не возьмешь. А долги перед бюджетом имеют фиктивные предприятия, открытые на подставных лиц, благо действующее законодательство максимально облегчило создание нового бизнеса. Разумеется, это весьма подняло республику в рейтинге Всемирного банка, но заодно дало дополнительный импульс для лжепредпринимательства и существенно затруднило работу контролирующих органов.

Существует масса операций, которые влияют на базу налогообложения прибыли и вычеты по НДС. Эффективно контролировать их законность традиционными методами не всегда удается, а встречные проверки — дело хлопотное и трудоемкое. Раскрыть настоящих выгодополучателей, имеющих порой высоких покровителей, еще сложнее. Вероятно, контролирующие органы примерно знают организаторов схем минимизации в стране. Но доказать их причастность к конкретным схемам с соблюдением всех процессуальных норм — задача мало реальная. Тут требуется кропотливая целевая работа, которая заставит лжепредпринимателей свернуть свой «бизнес». Указом № 488 власти пытаются заставить клиентов подобных структур отказаться от их услуг — но не созданием стимулов для выгодности вывода из тени большей доли финансовых потоков, а увеличением рисков нелегальных схем. Заодно часть контрольных функций перекладывается на самих субъектов хозяйствования, которым придется проверять благонадежность своих контрагентов — в целях собственной безопасности.

ОКАЖЕТСЯ ли такой подход эффективным? Однозначный ответ пока найти трудно. Дело в том, что некоторые нормы Указа № 488, в частности основания для включения в реестр коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей с повышенным риском совершения правонарушений в экономической сфере, выглядят порой довольно противоречиво. Бесспорно, передавать кому попало печать и бланки строгой отчетности не следует. Но некоторые читатели «ЭГ» недоумевает, зачем включать в реестр фирму, в деятельности которой судом установлены признаки лжепредпринимательства или которая уличена в использовании бланков строгой отчетности и банковских счетов для незаконной предпринимательской деятельности, наказуемой по ст. 233 УК? Не проще ли ликвидировать такую структуру и навеки избавить от нее рынок?

Здравомыслящему бухгалтеру трудно представить жулика, глупого настолько, чтобы получать на свой расчетный счет выручку и одновременно ставить прочерки в декларациях по НДС и налогу на прибыль. Если некто так поступает, то лишь для совершения в течение 1–2 месяцев разовых крупных операций, после которых «однодневка» исчезает — в реестр включать будет уже некого. А вот представить себе директора, который не в курсе всех деталей сделок, общая сумма которых за месяц превысила 5000 базовых величин, можно довольно легко. Если для руководителя мелкой фирмы контракт на 80 тыс. USD — сделка века, навсегда запечатленная в памяти со всеми деталями, то на крупном предприятии счет таких сделок идет на сотни — всех не упомнишь. Позволят ли директору сделать звонок другу-бухгалтеру или обратиться за помощью к залу, где лежат архивные документы, чтобы ненароком в реестре не оказались флагманы отечественной индустрии?

Столь же любопытно выглядит норма о подтверждении для целей налогообложения факта совершения хозяйственной операции первичным учетным документом, имеющим юридическую силу, причем только в случае действительности совершения отраженной в нем хозяйственной операции. До сих пор Налоговый кодекс допускал, что затраты и прочие элементы для целей налогообложения определяются на основании документов бухгалтерского учета. При этом необходимость подтверждения факта хозяйственной операции в бухучете первичным учетным документом установлена как ст. 9 Закона от 18.10.1994 № 3321-XII «О бухгалтерском учете и отчетности», так и Указом Президента от 15.03.2011 № 114 «О некоторых вопросах применения первичных учетных документов», причем последний весьма существенно либерализовал вопросы применения «первички». Теперь же ее наличие не гарантирует от претензий — в полном соответствии с принципом приоритета содержания над формой.

При этом контролирующие органы наделяются правом признавать первичный учетный документ не имеющим юридической силы в случае наличия доказательств, опровергающих факт совершения отраженной в нем хозяйственной операции. Гражданское законодательство предполагает, что недействительность сделки определяет суд. Внесудебный характер, вводимый Указом № 488, существенно повышает риск ведения бизнеса и одновременно — вероятность произвола и коррупции при проведении проверок. Кстати, в Директиве № 4 говорилось о необходимости запретить действия, направленные на лишение (прекращение) имущественных прав субъектов предпринимательской деятельности при отсутствии вступившего в законную силу решения (постановления) суда.

ЧТОБЫ обезопасить от подобных неприятностей субъектов хозяйствования, Указ № 488 обязывает их обеспечить проверку первичных учетных документов на предмет соответствия требованиям законодательства, а в случае их оформления от имени организации или индивидуального предпринимателя РБ — также на предмет принадлежности отправителю товара и действительности бланка такого документа, информация о котором размещается в электронном банке данных бланков документов и документов с определенной степенью защиты и печатной продукции. Бизнес-союзам, предлагающим отменить включение накладных в электронный банк данных и либерализовать обращение бланков строгой отчетности, теперь есть о чем поговорить. А каждой фирме, по-видимому, придется отныне отправлять за товаром не только водителя с экспедитором (которые часто совмещаются в одном лице), но и бухгалтера с опытом судебной экспертизы, чтобы случайно не получить «неправильные» накладные. Футуристический прогноз этих отношений смоделировал один из завсегдататев сайта buh.by в виде своеобразной «инструкции»:

Водитель, направленный за получением ТМЦ, должен иметь на автомобиле доступ в Интернет, чтобы на месте сличать накладные при помощи сайта http://www.bisc.by. При соединении со Всемирной сетью он должен сделать запись в прошнурованном, пронумерованном и скрепленном сургучной печатью журнале учета работы в Интернете о цели и времени работы в сети. При обнаружении «липовых» накладных, следует незаметно нажать тревожную кнопку, спрятанную в салоне автомобиля, для вызова сотрудников контрольных (надзорных) органов. При отсутствии тревожной кнопки или ее неисправности водитель должен включить аварийный сигнал, завести двигатель, запереться в машине, не подавая вида, что заподозрил неладное. Одновременно нужно незаметно отправить сообщение на e-mail доверия, а также информацию нанимателю об обнаружении «левых» накладных и пункте их выписки и ждать приезда сотрудников упомянутых органов.

ЕЩЕ ЛУЧШЕ выглядит пожелание — перед заключением сделки проверить, не числится ли потенциальный партнер в реестре. С одной стороны, это дает шанс надеяться, что в дальнейшем проблем не будет. Но с другой — создает атмосферу тотальной подозрительности и недоверия, которая вряд ли украсит бизнес-климат. Остается подкорректировать основополагающий тезис о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений с поправкой на принцип «доверяй, но проверяй». Впрочем, те, кто пользуется услугами «однодневок», обычно прекрасно знают, с кем имеют дело. К тому же «отмыть» деньги в больших объемах можно и через операции нетоварного характера, скажем, с помощью эмиссий и перепродаж «мусорных» облигаций, оказания липовых информационных и маркетинговых услуг (благо они нынче не нормируются для целей налогообложения) и т.п.

А вот особенности налогообложения хозяйственных операций, оформленных не имеющими юридической силы первичными учетными документами, изложенные в Указе № 488, откровением не стали: во многом они дублируют нормы действующего законодательства, за исключением, пожалуй, налогообложения операций по договорам комиссии и поручения. Однако и тут возникает вопрос: если хозяйственная операция оформлена не имеющими юридической силы первичными учетными документами, т.е. произведена с нарушением законодательства, то что мешает признать ее в судебном порядке ничтожной с последствиями, установленными ст. 170 ГК? Или обложить ее налогами проще, чем отвлекать внимание суда на такие мелочи и утруждать контролеров соблюдением процессуальных норм?

Несомненно, нормы Указа № 488 выполнят «санитарную» функцию: пострадают самые глупые и наглые нарушители, которые легкомысленно относятся к формальным требованиям законодательства, не умеют как следует принять проверяющих и «отвести им глаза» от сомнительных аспектов своей деятельности. Остальные будут вдвойне осторожны, но от теневых схем, к сожалению, не откажутся...

Леонид ФРИДКИН


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях