$

2.0788 руб.

2.4500 руб.

Р (100)

3.1389 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

ВЭД

ПРИТЯЖЕНИЕ ПОДНЕБЕСНОЙ©

26.04.2013

Как гласит официальная позиция Беларуси, Китай является нашим стратегическим партнером. Во всем мире сегодня наблюдается повышенный интерес к КНР в связи со сменой ее руководства. С прежним республике удалось выстроить взаимоотношения, которые исходя из устоявшейся точки зрения чрезвычайно выгодны для отечественной экономики. Но так ли это? С такого вопроса началась беседа обозревателя «ЭГ» с Андреем ЕЛИСЕЕВЫМ, аналитиком Белорусского института стратегических исследований (BISS), завершившим недавно специальное исследование по данной тематике.

— Белорусская сторона преувеличивает уровень взаимоотношений с Китаем, говоря о достигнутом «стратегическом партнерстве» между странами. Однако ни в одной из двусторонних деклараций словосочетания «стратегическое партнерство» нет. Китайское руководство придерживается более скромной формулировки уровня отношений, упоминая «стратегическое сотрудничество». А эта формула не является идентичной — китайская дипломатия очень щепетильно относится к обозначению уровня отношений со своими партнерами. При этом настоящее стратегическое партнерство в китайской дипломатической иерархии у КНР складывается с Россией, Польшей и Украиной.

— Ваше мнение о глубоком экономическом партнерстве Москвы с Пекином некоторые читатели «ЭГ», полагаю, захотели бы оспорить. Впрочем, возможно, у вас есть убедительные аргументы? Что же касается других наших соседей, то об украинско-китайском или польско-китайском сотрудничестве белорусы, на мой взгляд, слышали мало.

— Выше речь шла об оценке не экономических, но политических отношений с Китаем. Что касается экономических российско-китайских отношений, то там действительно есть ряд проблем. Несмотря на активный политических диалог последних лет, развитие отношений Москвы и Пекина, в т.ч. в энергетической сфере (Китай — крупнейший в мире импортер энергоресурсов, а Россия — крупнейший экспортер), до сих пор сдерживает недоверие друг к другу. К примеру, Россия потратила на миллиарды долларов больше, чтобы вместо более короткого нефтепровода напрямую в Китай соорудить путь от сибирских месторождений к побережью Тихого океана. Но для сравнения: в 2011 г. доля объема торговли с Китаем в общем российском товарообороте составила 10,1%, а в белорусском — 3,3%.

В последнее время Польша и Украина значительно активизировались в отношениях с Китаем. В июне 2011 г. КНР подписала совместную декларацию об установлении и развитии отношений стратегического партнерства с Украиной, в декабре того же года — с Польшей. И Киев, и Варшава, так же как и Минск, конкурируют за звание китайского «плацдарма» на европейском рынке. Однако это фантомное понятие, и Китай в такого рода плацдармах просто не нуждается.

Но в целом Украина и Польша обладают рядом преимуществ в сравнении с Беларусью. При этом наша страна не имеет даже базового соглашения о торговле с Евросоюзом, в то время как Украина к концу 2013 г. может запустить с ЕС Соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли, а Польша — это крупнейшая экономика региона ЦВЕ, которая поддерживает привлекательный кредитный рейтинг.

— Вернемся к белорусско-китайским взаимоотношениям в торгово-экономической сфере. Экспортно-импортный дисбаланс с отрицательным сальдо наблюдается и в текущем году. В январе, например, при экспорте в объеме 87,1 млн. USD наш импорт составил 213,9 млн. USD. Мы на самом деле закупаем у них необходимые товары или это всего лишь своеобразная плата за «стратегическое партнерство»?

— В прошлом году экспорт из Беларуси в Китай составил 455 млн. USD, а импорт из Китая — 2,36 млрд. USD. При этом около 80% белорусского экспорта составляют природные ресурсы и продукция с малой добавленной стоимостью — калийные удобрения и азотные гетероциклические соединения. Лишь около 20% приходится на остальные товары, в т.ч. продукцию машиностроения и химической отрасли. Китай же поставляет нам очень широкую линейку товаров — и пищевые продукты, и одежду, и обувь, и различное оборудование, и технику. Часть продукции закупается в рамках обязательств по «связанным» китайским кредитам. При этом ставки по кредитам Экспортно-импортного банка Китая и Эксимбанка ниже, чем по российским и западным кредитам. Зато фирмами-экспортерами в обязательном порядке должны быть китайские компании и не менее 50–70% оборудования и материалов для реализации проекта необходимо закупать в КНР.

Поскольку полноценных открытых тендеров не проводится, это приводит к ряду проблем. Во-первых, может страдать качество оборудования. Во-вторых, вполне реальны коррупционные сделки. На Филиппинах несколько лет назад вокруг одного крупного проекта, на реализацию которого Эксимбанк выделил крупный «связанный» кредит, разгорелся скандал, едва не стоивший поста президенту этой страны. Филиппинской общественности стало известно про коррупционную сделку между местными чиновниками и китайской корпорацией ZTE в рамках проекта.

— Одна из наиболее тяжелых макроэкономических проблем Беларуси — дефицит прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Активно ли помогают ее преодолеть китайские партнеры?

— Далеко не активно. Например, в 2011 г. весь объем китайских прямых иностранных инвестиций составил 9,4 млн. USD, или менее 1% от всего объема привлеченных ПИИ. Те огромные цифры, о которых периодически сообщают чиновники (кредитные линии на сумму 16 млрд. USD), — это не ПИИ, а возможный объем долгосрочных кредитов на конкретные проекты, прибыль от реализации которых и будет обеспечивать выплату долговых обязательств.

Столь огромные суммы не должны вводить нас в заблуждение. В первую очередь отметим, что Беларуси просто не удастся предоставить китайской стороне необходимое число проектов. Но даже если бы удалось найти, куда «пристроить» эти деньги, их реализация привела бы к еще более значительному внешнеторговому дефициту с Китаем, так как Беларусь обязалась бы закупать китайское оборудование как минимум на половину предоставленной суммы, что означает еще большее увеличение внешних заимствований.

— На днях состоялись презентации Китайско-Белорусского индустриального парка (КБИП) в Харбине и Гуанчжоу. В нашей стране к этому проекту довольно противоречивое отношение. Оппоненты сомневаются в его успехе и значительной пользе для белорусской экономики. Что вы думаете по этому поводу?

— Не исключено, что польза для белорусской экономики со временем будет, но необходимо понимать, что не в краткосрочном периоде времени. Белорусская сторона в своих презентациях отмечает, что моделью КБИП служит Китайско-сингапурский индустриальный парк. К настоящему времени совместный проект Китая и Сингапура действительно стал очень успешным. Но стартовал он еще в первой половине 90-х годов прошлого века и даже через 6–7 лет своей работы был убыточным и едва ли не находился на грани закрытия. Потребовалась смена собственников парка и большая «работа над ошибками», чтобы Китайско-сингапурский парк достиг нынешнего успеха. Это очень показательная история, которая дает представление о сложностях реализации подобных проектов. Также следует подчеркнуть, что основные риски и работа по поиску иностранных инвесторов для КБИП лежат на Беларуси.

— Китай — один из мировых лидеров по производству высокотехнологичной продукции, в то время как Беларусь — в числе аутсайдеров. Может быть, нашей стране стоило бы «раскрутить» китайцев на предмет сотрудничества в этой сфере?

— Все же правильней сказать, что Китай — один из мировых лидеров по сборке, так как две трети его импорта составляют промежуточные товары из стран Восточной Азии. Из них Китай и производит конечную продукцию. «Раскручивать» Китай на предмет сотрудничества в этой сфере — бессмысленное и бесперспективное занятие. Гораздо полезней и эффективней начать «домашнюю работу». Беларуси нужны инновации и новые технологии, обеспечить приток которых может развитый частный сектор в условиях верховенства права и прозрачных правил игры на рынке, а не неповоротливый в современных условиях государственный сектор. Следует улучшить инвестиционный климат в стране, который не удовлетворяет и представителей Поднебесной. Так, несколько месяцев назад «накрылась» сделка между предприятием «Луч» и потенциальным китайским инвестором по причине вынужденной передачи акционерами части акций государству.

— И все же есть ли, на ваш взгляд, сектора экономики, в которых белорусско-китайское сотрудничество, если оно будет продолжено в период нахождения во главе КНР Си Цзиньпина, могло бы принести нашей стране реальную пользу?

— Исследование белорусско-китайских отношений показывает, что надеяться на какие-либо поблажки со стороны Китая в экономическом и инвестиционном сотрудничестве не приходится. Без структурных экономических реформ в Беларуси смены экспортной номенклатуры с природных ресурсов на продукцию с высокой добавленной стоимостью не произойдет никогда.

Беседовал

Михал СТЕЛЬМАК