$

2.1431 руб.

2.4151 руб.

Р (100)

3.1746 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Факты, комментарии

Откуда берется прибыль

24.07.2009

Мировой финансовый кризис оказывает влияние не только на экономическое положение субъектов хозяйствования, но и на бухгалтерский учет. Вместе с тем бухгалтерский учет должен быть «зеркалом» финансового состояния организаций, а не механизмом формирования желаемого результата. К сожалению, у нас порой происходит наоборот. Но не по халатности или злому умыслу бухгалтеров, а в строгом соответствии с нормативными актами.

Сергей КОРОТАЕВ, генеральный директор ЗАО «АудитКонсульт», кандидат экономических наук

Например, Указом Президента от 27.02.2009 № 116 «О некоторых вопросах переоценки основных средств, не завершенных строительством объектов и неустановленного оборудования» субъектам хозяйствования разрешили не проводить по состоянию на 1.01.2009 г. ежегодную переоценку объектов основных средств. Это позволяет уменьшить налог на недвижимость, суммы амортизации, относимые на себестоимость, а в итоге должно было улучшить финансовые результаты предприятий. Но вместо этого мы получили лишь недостоверные данные о стоимости своих активов.

Второй пример. В соответствии с постановлением Совмина от 18.03.2009 № 327 организациям и индивидуальным предпринимателям разрешили не начислять амортизацию по всем или отдельным объектам основных средств и нематериальных активов, продлевая нормативные сроки службы и сроки полезного использования таких объектов на время, когда амортизация не начислялась. Таким путем авторы документа надеялись сократить затраты и соответственно повысить прибыль. Что получилось на самом деле?

Амортизация в цене продукта — это та сумма, которая по факту оплаты остается в составе оборотных средств организации. Она представляет собой часть возмещаемых расходов, ранее произведенных в связи с приобретением амортизируемых объектов. Отказавшись от амортизации, мы лишаем себя права на такое возмещение, откладывая его на следующий год. На бумаге прибыль вырастает. В реальности придется платить больше налога на прибыль.

С другой стороны, формально продлевая нормативный срок службы и срок полезного использования основных средств, мы не можем увеличить реальный период их физического использования. Ведь нормативный срок службы потому и признается таковым, что он в свое время был определен на основе научно обоснованных расчетов и специфики работы предприятия. Если срок службы увеличивается, соответственно должна уменьшаться годовая норма амортизационных отчислений, чего по факту быть не должно. Если же нормативный срок службы не увеличивается, а продлевается, то это подразумевает, что амортизация будет начисляться, хотя объекты уже фактически самортизированы. При совпадении физического и нормативного срока службы объектов это означало бы, что мы в течение года должны начислять и относить на себестоимость амортизацию по уже списанным объектам. Но по ним амортизация не начисляется, поскольку в момент списания недоамортизированная стоимость должна быть списана на финансовые результаты. Следовательно, при списании объекта, по которому срок службы продлен, придется списать и «отложенную» сумму амортизации. А это, конечно, ухудшит финансовый результат отчетного периода.

Похожая ситуация возникнет и при реализации внеоборотных активов до истечения сроков их службы. Их остаточная стоимость будет завышена, поскольку в 2009 г. амортизация не начисляется, что также приведет к ухудшению финансовых результатов отчетного периода.

Таким образом, отказ от начисления амортизации не улучшает финансовое состояние организаций, а приукрашивает результаты их работы. В какой-то мере «фактор амортизации» способен повлиять на цены, но куда меньше, чем проблемы сбыта, обусловленные сокращением платежеспособного спроса на рынке.

И, наконец, самое важное. Если мы признаем тот факт, что амортизация — это возмещаемая в цене сумма затрат, связанных с приобретением амортизируемых внеоборотных активов, которые нами уже приобретены и эксплуатируются, то эти затраты практически ничем не отличаются от затрат на приобретение материалов. Единственное отличие: последние списываются в затраты на производство сразу по мере использования, внеоборотные активы в течение срока своей службы — через начисление амортизации. Соответственно и возмещение этих затрат производится в одном случае сразу — при продаже продукции (работ, услуг), в другом — частями, в течение срока эксплуатации внеоборотного актива. Тогда возникает искушение отложить при случае на будущее и списание в затраты на производство стоимости используемых материалов, а там и зарплаты, да и любых других затрат. Ведь суть процессов в итоге одинакова. Вот где резерв улучшения финансового состояния организаций! Есть только выручка, а все затраты отложены до лучших, послекризисных времен! Есть лишь одно препятствие. Это, как и «отложенная» амортизация, — нарушение основополагающих принципов бухучета. Во-первых, допущения временной определенности, требующие, чтобы факты хозяйственной деятельности отражались в учете и отчетности в том отчетном периоде, когда они совершены. Во-вторых, нарушен принцип осмотрительности, не допускающий завышения величины активов и доходов, а также занижения обязательств и расходов. А ведь именно занижение расходов мы получаем в текущем году благодаря неначислению в этом году амортизации. И нарушение бухгалтерских принципов оборачивается утратой здравого экономического смысла.

Еще одно следствие постановления № 327 — сокращение забалансовых амортизационных фондов. Это увеличивает возможности для льготирования прибыли (при ее наличии), направляемой на осуществление капвложений. Впрочем, полагаем, что в условиях дефицита оборотных, в частности денежных, средств, усугубляющегося ростом дебиторской задолженности, мало кто из субъектов хозяйствования будет думать о своем развитии. Соответственно многим предприятиям не до этой льготы. Куда актуальнее становятся задачи поддержания текущей хозяйственной деятельности и обеспечения социальной защиты работников.

В целом можно констатировать, что возможность не начислять в 2009 г. амортизационные отчисления никакого реального эффекта, по нашему мнению, не даст. Оборотных средств у предприятий станет еще меньше (на сумму налога на прибыль, приходящуюся на сумму не начисленной амортизации, не включенной в затраты). Единственный плюс такого «революционного» решения — «бумажное» улучшение результатов хозяйственной деятельности. Такой возможностью охотно пользуются прежде всего госпредприятия, которым это позволяет рапортовать о выполнении прогнозных показателей рентабельности, а их руководителям — получать на законном основании премии и повышать тарифные ставки. Такова истинная цена нашей системы оплаты и стимулирования труда. Частнику же такая «бумажная результативность» не нужна.

Третий пример целенаправленного искажения финансовых результатов — постановление Совмина от 21.01.2009 № 59 «О переоценке производственных запасов», которым было разрешено произвести переоценку производственных запасов, находящихся на бухучете на 1.01.2009 г., до цен последнего приобретения, «если это не приведет к увеличению стоимости таких запасов, с отнесением результатов за счет добавочного фонда». Иными словами, было разрешено уценить стоимость материалов за счет собственных источников.

Такое решение полностью нарушает не только принципы бухучета, но и экономики в целом. Проведенная уценка материалов позволяет уменьшить фактические затраты на их приобретение и соответственно уменьшить фактическую себестоимость производимой продукции. В итоге мы получаем «улучшение» финансовых результатов за счет уменьшения собственных источников организации. По сути такой подход аналогичен практиковавшемуся у нас до 2006 г. покрытию убытков отчетного года за счет добавочного фонда. Уменьшение фактических затрат за счет собственных источников говорит о полном непонимании сути активов (в данном случае — запасов) и пассивов, служащих источником их наличия.

Не допускается подобный подход и в международных стандартах финансовой отчетности, где в случае снижения рыночных цен производственных запасов сумма уценки (которая проводится регулярно) списывается в убыток в том отчетном периоде, в котором это событие имело место. Белорусское же «ноу-хау» позволяет в очередной раз «улучшить» финансовый результат, на сей раз за счет уменьшения собственных источников. В результате не исключено, что фактически убыточному предприятию придется платить налог на прибыль.

Как видим, рассмотренные выше нормативные правовые акты ориентированы не на реальное улучшение финансово-хозяйственной деятельности организаций, а на приукрашивание результатов их работы.

Между тем в условиях мирового финансового кризиса как никогда требуется достоверная информация о финансовом состоянии предприятий, чтобы принимать эффективные управленческие решения. Но в таких условиях это становится достаточно проблематичным.