$

2.1222 руб.

2.4045 руб.

Р (100)

3.1973 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ОСТРОВ ДЕПОЗИТОРЕЗОВ©

26.03.2013

Ситуация вокруг финансовой системы Кипра в течение последних 10 дней остается в центре внимания финансового сообщества. Остановка на неделю всех банковских операций, угроза конфискационного налога на депозиты, неопределенность грядущих событий заставляют изрядно понервничать как тех, кто хранит деньги в кипрских банках, так и тех, кто так или иначе связан с финансами. Перед миром возник новый опасный прецедент: экспроприация денег частных вкладчиков становится оружием не только левых радикалов, но и респектабельных буржуазных правительств.

Правительство Кипра изначально планировало обложить налогом все депозиты в местных банках, но это вызвало панику среди вкладчиков и не получило одобрения парламента. Однако теперь его депутаты наверстывают упущенное. В ночь на 23 марта принят пакет из 9 законов по оздоровлению финансовой системы. В частности, был одобрен закон, который дает центробанку страны особые полномочия. Будет создан специальный фонд из активов страховых фондов на 5,8 млрд. EUR, под залог которых будут выпущены облигации, что не приведет к долгосрочному росту уровня долга страны. Также появится возможность блокировать движение капитала на случай массового оттока вкладов из банков, которые должны открыться 26 марта. Кроме того, подготовлен законопроект о введении разового налога на депозиты свыше 100 тыс. EUR (предположительно по ставке от 22% до 25%). Налог может коснуться только вкладов в одном крупнейшем банке страны — Bank of Cyprus и должен дать 3 млрд. EUR. В воскресенье завершились переговоры кипрских властей с руководством ЕС и МВФ, которые предоставят острову 10 млрд. EUR помощи. Условия соглашения суровы: один из двух крупнейших финансовых учреждений страны — Народный банк Кипра будет закрыт, а все депозиты до 100 тыс. EUR переведены в Bank of Cyprus. Он же и получит средства, направленные странами еврозоны и МВФ. Депозиты, которые превышают 100 тыс. EUR и не являются защищенными согласно законодательству ЕС, будут заморожены. Их обложат налогом и направят на спасение экономики.

Без такого налога Кипру пришлось бы где-то занимать 17,2 млрд. EUR вместо 10 млрд., что увеличило бы госдолг страны до неподъемных 160% ВВП (впрочем, 130% ВВП тоже немало). Если нынешний «план Б» удастся, то госдолг Кипра к 2020 г. снизится до 100% ВВП, но для этого необходимо фискальное ужесточение и льготные займы. Отметим, что ЕС мог бы изыскать и всю сумму помощи — стабфонд союза составляет более 780 млрд. EUR, а долги правительства Кипра — менее 1% от общей задолженности Евросоюза. Но время раздачи бесплатной помощи закончилось — за свои долги проблемным государствам придется платить весьма неприятную цену. Ключевые страны еврозоны, видимо, не желают спасать плохо управляемые банковские системы, особенно служащие оффшорными гаванями для сомнительных капиталов. Банковский союз ЕС не начнет действовать, пока не будут исправлены прежние ошибки и установлены новые порядки. Это важный урок для другого интеграционного проекта — ЕЭП. Конечно, пока можно попросить у России еще 2–5 млрд. USD на модернизацию, потом еще пару-тройку — на рефинансирование имеющихся долгов и т.д. Но рано или поздно придется платить — ростом цен, повышением налогов, продажей активов. И планы создания в рамках ЕЭП единого рынка капиталов при существующей разнице финансовых потенциалов обречены на перекосы, подобные кипрским.

Кстати, меры, принимаемые на Кипре, не так уж уникальны. В 2008 г. в ходе нараставшего всемирного финансового кризиса ограничения на движение капиталов были введены в Исландии и оказались достаточно эффективным антикризисным инструментом. Правда, там было одно отличие — у северного острова не было репутации «всесоюзной прачечной».

Еще один урок кипрского кризиса: сохранность вкладов — вещь вполне условная. Кипрский разовый налог на депозиты выглядит как грабеж. Но как быть, если банки оказываются плохо капитализированными управляющими активами, хотя и обещают по первому требованию вернуть вкладчику деньги, которые они (вольно или невольно) вкладывают в сомнительные рискованные проекты? Тогда вернуть деньги они смогут лишь с помощью государства, которому нужно быть платежеспособным, раз уж между банковскими долгами и госдолгом ставится знак равенства. И если власти допускают создание рискованной финансовой системы, то налогоплательщикам придется нести часть расходов. Это стоит усвоить тем, кто строит планы процветания страны на рискованных операциях, стимулируемых низкими налогами.

Власти РФ после безрезультатных переговоров об участии в спасении Кипра уверяют, что российские интересы тут не пострадают. Однако весьма болезненная реакция на первую попытку введения налога на депозиты и последующие факты свидетельствуют об обратном. На прошлой неделе отток средств из фондов, инвестирующих в Россию, достиг 139 млн. USD — более чем втрое, а всего с начала года отток составил 489 млн. Впрочем, вывод средств с развивающихся рынков усилился во всем мире. К тому же из 68 млрд. EUR, хранящихся в кипрских банках, около 18 млрд. принадлежат россиянам. Не секрет, что значительная часть этих денег укрыта там от налогообложения на родине, как, впрочем, и многие другие суммы, принадлежащие гражданам остальных стран СНГ. Есть и иные оценки. По данным IIF, объемы депозитов нерезидентов в банках Кипра оцениваются в 37,6 млрд. EUR, преимущественно российского (от 1/3 до половины), украинского и ливанского происхождения. О суммах вкладов белорусов данных нет и публично признаваться о них никто, разумеется, не станет. Однако, учитывая, что Кипр занимает 3-е место в объеме иностранных инвестиций в Беларусь (по итогам прошлого года — 6,4% всех полученных инвестиций, 4,6% прямых и 14,4% накопленных ПИИ на 1.01.2013 г.), роль этого острова в отечественной экономике не стоит недооценивать (подробнее см. «ЭГ» № 13 от 19.02.2013 г., с. 4).

Помимо этого, Кипр не просто «крупнейший инвестор» в экономику СНГ, он используется как транзит. А потому «выпадение» острова из оффшорных рядов вызвало непроизвольную болезненную реакцию, которую не могут скрыть последовавшие заявления чиновников и банкиров о том, что проблемы Кипра не скажутся на экономике в целом и отдельных банков и компаний в частности. Развенчание иллюзии, что деньги, с риском уголовной ответственности выведенные в оффшор, вместо «тихой гавани» оказались в эпицентре тайфуна — тяжкая травма для бизнесменов СНГ. Пожалуй, куда больше, чем потеря денег, пугает раскрытие тайн, которыми окутано их происхождение: есть какая-то горькая ирония в том, что бизнесмены из России, Беларуси и других стран, которые участвовали в незаконной деятельности и отмывании денег, заплатят по счетам — но не у себя на родине, а Евросоюзу. Не случайно российский премьер-министр Д.Медведев заговорил о создании Россией собственного оффшора, который якобы «должен быть у каждой порядочной юрисдикции». Но дело в том, что сегодня общемировым трендом как раз является деоффшоризация экономики. Одно из ее проявлений — жесткое противостояние ЕС попытке России взять ключевые позиции экономики Кипра под свой контроль. Заявление канцлера Германии Ангелы Меркель «Кипр должен осознать, что его нынешняя бизнес-модель мертва» свидетельствует, что роль оффшорного хаба для зарубежных капиталов сомнительного происхождения сулит теперь больше неприятностей, чем выгод.

Вадим ЛЕБЕДЕВ


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях