$

2.1226 руб.

2.4584 руб.

Р (100)

3.1356 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ОЦЕНИТЬ БЕСЦЕННОЕ С ПОЗИЦИИ РЫНКА

01.07.2011

Республиканская программа развития страховой деятельности на 2011–2015 годы, утв. постановлением Совмина от 20.05.2011 № 631, в качестве приоритетного направления обозначила сектор страхования жизни. Такой акцент, впрочем, делался и в предыдущую пятилетку, однако по результатам 2010 г. доля взносов, собранных работающими в секторе страхования жизни компаниями, составила лишь 5,9% от всех премий отрасли по договорам прямого страхования и сострахования. О том, что мешает развиваться и как достичь желаемых результатов, беседуем с первым заместителем генерального директора ОАО «Белорусский народный страховой пенсионный фонд» Сергеем ЧЕРКЕСОМ.

— Сергей Николаевич, от представителей страховой отрасли часто приходится слышать нарекания на сильную зарегулированность их бизнеса. Согласны ли вы с такими утверждениями?

— Страхование жизни, хотя и является специфическим направлением, все же подчиняется одним и тем же экономическим законам и находится в одинаковой внешней среде с другими отраслями экономики. Приоритеты развития государственного сектора на определенном этапе жизни страны сыграли достаточно положительную роль. Но требуется дальнейшее развитие. В мире происходит глобализация, складываются мощные транснациональные холдинги, конкурировать с которыми достаточно тяжело. Экономике и страхованию, в частности, необходимы инвестиции, причем не только денежные, но и технологические: новые методики производства и выхода на рынок, формирование реализационных сетей. Здесь одними директивными методами обеспечить дальнейшее развитие невозможно. Жесткое лоббирование интересов отдельных предприятий на законодательном уровне только потому, что в состав акционеров наравне с другими лицами входит государство, не способствует дальнейшему развитию отраслей, в т.ч. страхования. Наверное, поэтому назревает необходимость либерализации рынка. Утверждены мероприятия по реализации Директивы № 4 в части внесения изменений в Указ № 530 «О страховой деятельности». Срок исполнения — II квартал. Надеемся, что ожидаемая редакция указа закрепит для страховых компаний «жизни» равные права и условия работы на рынке, даст больше самостоятельности в организации бизнес-процессов, расширении инвестиционной составляющей.

Страхование, как и банковский сектор, требует постоянного контроля со стороны государства и умелого, своевременного управления макроэкономическими показателями и процессами. На деле получается наоборот. Одним из примеров может служить директивное доведение до страховых компаний планов по сбору страховых премий (как основного показателя работы). В краткосрочном планировании это приемлемо, но не с точки зрения долгосрочной перспективы. Продавать действительно стали больше, но это отрицательно повлияло на качество оказываемых услуг. Многие страховые компании начали демпинговать, продавая страховые услуги ниже их реальной стоимости, в результате чего получили устойчивые и значительные убытки. Об этом свидетельствуют официальные данные финансовой отчетности страховых компаний. Вывод простой: что бы мы ни говорили, страхование развивается по экономическим законам, в основе которых рынок. Без рыночных преобразований и либерализации, как нам кажется, в ближайшей перспективе страну ожидает период значительного сворачивания страховой деятельности, ухудшение условий страхования и исполнения договоров, снижение доверия потенциальных клиентов, падение сбора страховых премий, дальнейшее вытеснение с перегретого рынка частных инвесторов.

Не хватает, на мой взгляд, понимания законов развития страховой сферы, и, как следствие, умения управлять рынком, выстраивать правильные приоритеты и добиваться их соблюдения. Республиканской программой развития страховой деятельности в Республике Беларусь на 2006–2010 годы страхование жизни также было определено как приоритетное направление. Однако программа не получила полноценного развития и фактически не исполнена. На очередную пятилетку страхование жизни и дополнительной пенсии опять определено как основное направление развития страховой отрасли. Но, думаем, и этот документ не будет исполнен в полной мере.

— Создается впечатление, что рынок рисковых видов страхования остается более привлекательным для инвесторов. На нем работают порядка двух десятков компаний, а в секторе жизни — только 4. Почему?

— Тому есть несколько причин. Во-первых, мешают значительные инфляционные процессы и ожидания. К сожалению, в таких условиях при помощи только финансовых инструментов очень сложно сделать привлекательным накопительное страхование.

Во-вторых, люди помнят неисполненные договоры страхования жизни Госстраха СССР, не без оснований считая, что их «уже один раз обманули». Теперь без массированной государственной пропаганды о преимуществах страхования жизни заслужить доверие у потенциальных страхователей крайне тяжело, да и низкая страховая культура сказывается.

В-третьих, грани между условиями договоров рискового страхования и страхования жизни размылись. Все страховые компании ищут свободные ниши на рынке и стараются использовать любые законодательные возможности для расширения продуктовой линейки. Например, страховой случай «смерть» законодательно закреплен за страхованием жизни, но «несчастный случай, повлекший смерть», относится в т.ч. к рисковым видам. И таких примеров много.

Так в чем же разница между рисковыми страховыми компаниями и компаниями по страхованию жизни? В том, что условия проведения страхования жизни на самом деле на порядок хуже, чем условия «нежизни».

Компании по страхованию жизни должны «заморозить» на счетах эквивалент 2 млн. EUR, а рискового страхования — 1 млн. EUR, обеспечив неснижаемый остаток денежных средств на своих счетах в сумме минимального размера предписанного уставного капитала. Зачем ввели эту норму — непонятно, ведь платежеспособность и исполнение обязательств компании обеспечивается за счет средств страховых резервов, которые четко регулируются и контролируются действующим законодательством.

Компании по страхованию жизни должны «заморозить» на счетах эквивалент 2 млн. EUR, а рискового страхования — 1 млн. EUR, обеспечив неснижаемый остаток денежных средств на своих счетах в сумме минимального размера предписанного уставного капитала. Зачем ввели эту норму — непонятно, ведь платежеспособность и исполнение обязательств компании обеспечивается за счет средств страховых резервов, которые четко регулируются и контролируются действующим законодательством.

Также различны условия формирования страховых резервов: в «жизни» — более 100% страховых взносов должно резервироваться под выплаты, а у «рисков» — около 60–80%. При этом суммы резервов подлежат инвестированию только в предписанном порядке и, к сожалению, часто без соблюдения основного принципа их инвестирования — прибыльности. Причины просты: сохранность и диверсификацию сумм страховых резервов регулятору легко проверить по балансу и оштрафовать за их неисполнение, а чтобы доказать несоблюдение прибыльности, надо построить специальную методику, требующую знания и постоянного мониторинга финансовых рынков. Но страховые компании всегда выплачивают по «жизни» суммы большие, чем берут у людей, и они вынуждены зарабатывать на инвестиционной деятельности, а у рисковых компаний выплаты редко достигают 100% к сумме сбора страховых премий.

Различны нормативы расходов на ведение дела. Страховые компании дополнительно ограничены в суммах, которые они могут относить на затраты. В секторе рискового страхования это 35%, а у компаниях по страхованию жизни — 12%. Продавать «жизнь» гораздо сложнее, этот рынок считается тяжелым по сравнению, скажем, с «Каско». В секторе «жизни» специалисты должны быть более подготовленными, дольше сроки разработки договора, а расходы на ведение дела ограничены. Многие издержки приходится покрывать из прибыли, что не только уменьшает дивиденды акционеров, но и ухудшает условия страхования. Выход — полная отмена данного норматива.

Из-за того, что страховой бизнес зарегулирован, к нам не спешат иностранные инвесторы. Между тем наша компания к их возможному приходу в сектор страхования жизни относится очень положительно. Мы были бы только рады тому, чтобы рынок обрел четкие границы как по страховому полю, страховым продуктам, так и по количеству страховых компаний, занимающихся личным страхованием. Конкуренция будет мощным стимулом для роста рынка, позволит динамично и устойчиво развиваться, создавать востребованные страховые продукты, увеличить емкость рынка.

— Каковы результаты работы вашей компании?

— Несмотря на ряд объективных сложностей, ОАО «Белорусский народный страховой пенсионный фонд» является устойчивой страховой компанией, полностью исполняющей свои обязательства, в т.ч. в иностранной валюте. Мы формируем необходимый объем страховых резервов для обеспечения выплат и обязательств. По состоянию на май 2011 г. у нас сформированы резервы в эквиваленте 87 млрд. Br. 5 581 человек получают в нашей компании дополнительную пенсию. Мы заработали определенную положительную репутацию, и люди нам доверяют. У фонда устойчивый рост заключаемых договоров страхования и сумм сбора страховых премий. Сформирована клиентская база, используются передовые технологии по сопровождению договоров страхования и исполнению взятых обязательств. По результатам четырех месяцев 2011 г. фонд имеет прибыль в размере 3,46 млрд. Br. Это пятый результат среди всех страховых компаний республики. Планируется получение значительной прибыли за полугодие. Мы смогли организовать филиалы и пункты продаж во всех областных городах, а также в ряде крупных районных центров — всего более 3,5 тыс. точек.

— Как вы оцениваете потенциальную емкость рынка страхования жизни в Беларуси?

— Рынок страхования жизни в республике очень перспективен, но развит слабо. В нашей стране услугами накопительного страхования пользуются 3–4% трудоспособного населения, в то время как, например, в Великобритании — 95%. В целом в мире на долю «жизни» приходится 60% страховых сборов. Как показывают результаты проведенных маркетинговых исследований, потенциальный объем сегмента страхования жизни в Беларуси составляет более 80 млн. USD ежегодно собираемых премий. На такой объем можно выйти, заключив 700 тыс. договоров долгосрочного страхования. При достижении уровня охвата населения Беларуси 80-х годов — до 3 млн. граждан — сумма может возрасти как минимум до 350 млн. USD в год. Это будут «длинные» ресурсы, которые не только подпитают национальную финансовую систему, но и послужат источником для долгосрочных капиталовложений. Благодаря этим средствам страна вполне могла бы отказаться от части внешних заимствований.

Но для этого страховым компаниям должна быть предоставлена возможность работать на стабильных, равных и инвестиционно привлекательных условиях.

Беседовал

Алесь ГЕРАСИМЕНКО

Наши соседи

Стоимость человеческой жизни в России сегодня в среднем составляет 4,5 млн RUB, выяснили специалисты Центра стратегических исследований компании «Росгосстрах», опросив 5 200 респондентов в 36 крупных и средних российских городах. Под стоимостью жизни понимается «справедливый и оправданный» объем материального возмещения в связи с гибелью человека на транспорте, производстве, в силовых структурах или в других обстоятельствах. В сопроводительной записке исследователи замечают: «Стоимость жизни нельзя понимать буквально — очевидно, что человеческая жизнь не является товаром и бесценна с общественной, гуманитарной точки зрения».

Судя по данным исследования, российские мужчины считают себя вдвое дороже прекрасного пола: оценка стоимости жизни у них в среднем составляет 5,7 млн. RUB, тогда как у женщин — 3,1 млн. Выше других свою жизнь также ценят россияне в возрасте от 40 до 50 лет (в среднем 6 млн.), тогда как молодежь в возрасте от 18 до 30 лет — только в 3,2 млн. RUB. В профессиональном разрезе жизнь более всех дорога руководителям и владельцам бизнеса (до 7 млн. RUB). Их заместители ценят себя чуть ниже (6,9 млн.), специалисты с высшим образованием без руководящих функций — еще скромнее (4,5 млн.), рабочие — 3,7 млн., обслуживающий персонал и домохозяйки — 3,5 млн., неработающие пенсионеры — 3,4 млн., «офисный планктон» без высшего образования — 2,8 млн., студенты — 2,6 млн. Меньше всех дорожат жизнью специалисты, ведущие частную практику, — 2,4 млн.RUB. А вот российские безработные оценили свою жизнь в 4,8 млн. RUB. Видимо, надежда умирает последней...



Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях