$

2.1222 руб.

2.4045 руб.

Р (100)

3.1867 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Социум

Образование и богатство:

27.04.2010

До недавнего времени считалось, что для достижения определенного благосостояния необходимо прежде всего выучиться, получить специальность, приобрести опыт работы, постоянно совершенствовать профессиональные навыки и т.д. Но столь долгий путь молодежи сегодня кажется слишком сложным: зачем тратить время, если так много примеров успеха и обеспеченности и без диплома о высшем образовании? О том, существует ли зависимость размера доходов от уровня образования, мы беседуем со специалистом по экономике труда PhD университета г. Сиены (Италия) нашей землячкой Алиной ВЕРЕЩАГИНОЙ.

— Алина Леонидовна, многие сегодня задаются вопросом «есть ли экономические выгоды от образования»? Что можно сказать?

— Понять, какова эта зависимость, экономисты пытаются уже более 50 лет. Ведь на получение денежных преимуществ, помимо образования, влияют также опыт работы, сектор занятости, регион проживания, пол, семейное положение и т.д. Возможность приобретать профессиональный опыт и повышать индивидуальный доход ограничивают наличие маленьких детей, состояние здоровья. Таким образом, для полноценного анализа уровня доходов необходимо одновременно учесть влияние всех этих факторов и лишь потом определить вклад каждого их них.

Образование объясняет около 20% разницы в доходах. Условно говоря, если потратить дополнительно несколько лет на обучение, скажем, в магистратуре, то лишь пятая часть конечного прироста дохода будет следствием повышения уровня знаний. «Выставленный» на биржу труда диплом представители промышленного предприятия и исследовательского центра оценят по-разному только из-за отличий в доходах на уровне секторов. В регионах, где спрос на высококвалифицированную силу выше, отдача от образования, как правило, больше. Это одна из причин, побуждающая людей перемещаться в большие города.

— Можно ли оценить отдачу от образования в Беларуси?

— Результаты наших исследований свидетельствуют, что выпускники белорусских вузов, при прочих равных условиях, зарабатывают в полтора раза больше, чем не имеющие диплома. Показатель в 10% прироста в год лишь за счет высшего образования (полученный путем деления 50% на 5 лет — стандартный срок обучения в вузе) свидетельствует о достаточно высоких экономических стимулах к получению диплома в Беларуси. Он сравним с рядом стран Западной Европы, таких, как Германия и Великобритания, и превышает отдачу от образования, например, в Италии.

Оценки, которыми мы располагаем, позволяют проследить стабильный рост отдачи от высшего образования в нашей стране начиная с середины 90-х. При этом низшие ступени (профессионально-техническое, базовое образование) теряют свою экономическую значимость.

— Что определяет рост или снижение отдачи от образования?

— В условиях рыночной экономики отдача от образования имеет тенденцию к снижению по мере увеличения общеобразовательного уровня населения. Но есть исключения из правил. Так, например, в США, несмотря на увеличение предложения квалифицированной рабочей силы, долгое время наблюдался рост отдачи от образования, вызванный стремительным технологическим прогрессом и, соответственно, потребностью в новых кадрах.

Хотелось бы верить, что в нашей стране высокий спрос на квалифицированную рабочую силу также связан с технологическим ростом. При этом надо понимать, что отдача от образования в Беларуси не является проявлением действия рыночных сил в чистом виде. Немаловажную роль играют нерыночные методы установления зарплаты, а именно тарифная сетка, которая, с одной стороны, сдерживает рост доходов, с другой — формирует соотношение между квалификацией и уровнем дохода.

— Есть ли способы повысить уровень собственного благосостояния, помимо миграции, о которой мы уже говорили?

— Прежде всего — это накопление опыта и повышение квалификации в соответствии с меняющимися требованиями рынка труда. Однако если по основному месту работы эти меры не дают ожидаемого результата, люди прибегают к альтернативным способам повышения благосостояния — ищут дополнительный заработок, при этом нередко трудятся сверх установленных норм времени. Для некоторых семей материальным подспорьем являются дачные участки.

— Может ли выбор альтернативной стратегии интерпретироваться как естественная реакция на снижение отдачи от образования?

— Хоть мы и не располагаем оценками отдачи от образования в первой половине 90-х, возможно как раз ее снижение и было основной причиной выбора альтернативных стратегий повышения благосостояния. Дальнейшее развитие событий скорее объясняется спецификой сложившегося рынка труда. Ведь должно же быть объяснение тому, что регистрируемый уровень безработицы в Беларуси остается низким. Ее панически боятся и предпочитают менее рисковые стратегии, которые, правда, со временем способны завести в тупик.

— Коль речь зашла о специфике белорусского рынка труда, выгоднее ли, на ваш взгляд, занятость в частном секторе с точки зрения заработков? Есть ли отраслевые преимущества?

— Занятость в частном бизнесе, как правило, более выгодна. К сожалению, сведения, которыми мы располагаем по Беларуси, настолько скудны, что судить по ним о преимуществах работы в частном секторе по сравнению с государственным я не берусь. Проблема также в том, что люди, занятые частным бизнесом, нередко отказываются предоставлять информацию об уровне своих доходов. Поэтому ответить на этот вопрос можно лишь, проанализировав данные налоговых деклараций. Но и тут остается риск сокрытия доходов.

Межотраслевые преимущества действительно есть. Однако если в середине 90-х коммерческая деятельность приносила доход в 2,5 раза выше, чем в среднем по республике, то сегодня ее перевес лишь немногим больше, чем в промышленности. Лидируют секторы информационных и компьютерных услуг, операции с недвижимостью.

— Имеются ли оценки отдачи от образования в Беларуси по отдельным специальностям?

— Да. Примечательно, что экономическое образование падает в цене. Если в середине 90-х оно обеспечивало прибавку к зарплате выше среднего по республике, то всего за 5 лет, к 2001 г., отдача от него сократилась на 25%. Такая же участь постигла и медицинское образование. Это тревожный сигнал, если учесть, что отдача от образования обладает определенной долей инертности и в целом меняется не так быстро. Стабильно высокими сохраняются показатели отдачи от инженерного образования, растет в цене естественно-научное. К сожалению, вопрос о типе приобретенного образования был исключен из последних раундов обследования домашних хозяйств, проводимого Белстатом, поэтому изменения последних лет проследить невозможно.

— Чем объясняется подобная тенденция? Неужели перепроизводством экономистов?

— Причина не столько в перепроизводстве экономистов, сколько в неспособности белорусской экономической школы поспевать в ногу со временем. Мне часто приходится слышать претензии выпускников экономических специальностей к объему и качеству полученных знаний. Даже в сравнении с российской экономической школой, не говоря о мировой, мы отстаем лет на 10. Поэтому неприятие рыночных реформ меня не удивляет. Ведь большинство выпускников и специалистов не способны моделировать, прогнозировать ситуацию, не владеют инструментами, позволяющими «обуздать» рынок.

Более того, со временем становится очевидным, что далеко не все выпускники вузов могут быть финансистами и экономистами. Все это свидетельствует о негибкости системы образования, слабой увязке ее с потребностями рынка труда. Потому поворот в сторону более традиционных профессий — естественный, хотя и несколько запоздалый шаг.

В любом случае не совсем правильно ориентироваться лишь на профессии, которые сегодня позволяют получать высокий уровень дохода, поскольку ситуация на рынке труда очень быстро меняется. Кроме того, есть множество примеров, когда люди добиваются успеха в самых разных областях. При этом их отличает одно — им нравится то, что они делают.

Беседовала Елена ПЕТРОШЕВИЧ