$

2.1222 руб.

2.4045 руб.

Р (100)

3.1867 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

Обратная дорога на хутор

16.01.2009

В нашей стране планируется возродить хуторские хозяйства. С такой инициативой выступил Минсельхозпрод. «Министерство ставит перед собой задачу растить хозяина на земле, и возрождение хуторского ведения сельского хозяйства — один из способов достижения этой цели», — пояснила первый заместитель министра Надежда КОТКОВЕЦ.

Комментируя «ЭГ» инициативу, она отметила, что «в свое время мы с презрением начали относиться к людям, которые проживали на хуторе». А между тем хуторяне оставили в белорусской аграрной истории яркий след. «Когда-то сельскохозяйственное производство в Беларуси велось в основном на хуторских хозяйствах», — подчеркнула первый замминистра.

В самом деле, отечественная история, связанная с хуторами, богата и печальна. Как поселения, они известны со времен Великого княжества Литовского. После того, как белорусские земли вошли в состав царской России, массовое появление хуторов связывают с земельной реформой 1861 года и Столыпинской аграрной реформой, начавшейся в ноябре 1906 г.

Итогом стало, как свидетельствует экономическая история, появление к 1916 г. на территории Беларуси свыше 129 тыс. новых хуторских хозяйств. В результате посевные площади увеличились на 11%, поголовье крупного рогатого скота выросло на 10%, свиней — почти на 10%.

Не менее яркая страница в истории хуторского ведения хозяйства на Беларуси связана и с именем Дмитрия Прищепова (в 1924-1929 годах нарком земледелия БССР). Это ему принадлежит выражение: «Беларусь в развитии сельского хозяйства должна идти по пути Дании и должна стать Данией на Востоке Европы». При нем народный комиссариат составил Пятилетний перспективный план развития лесного и сельского хозяйства БССР на 1925-1929 гг., который предусматривал переселение на хутора и в мелкие поселки 130 тыс. крестьянских хозяйств.

Поэтому к концу 20-х годов прошлого столетия хуторская система в Беларуси составляла больше 25% крестьянского землепользования. Причем, как отмечают экономисты, этот этап хуторизации не был насильственным.

Увы, увидеть «превращение БССР в Данию» Д.Прищепову не довелось, так как в 1930 г. идеолога хуторизации арестовали как «врага народа», а в аграрной сфере БССР началась активная принудительная коллективизация.

До ХХІ столетия хуторская система в Беларуси практически не дожила. Лишь в западных регионах страны, которые до 1939 г. входили в состав Польши, сохранились поселения, которые являются живым свидетельством драматической истории единоличного хозяйствования в нашей стране.

Например, к концу 30-х прошлого века одним из «самых хуторских» регионов в Беларуси была Миорщина. С тех пор этот уголок внешне сильно изменился — население переселили в деревни. Что касается хуторов, то их на сегодняшний день насчитывается здесь 121. «Но во многих из них уже никто не живет», — сообщила «ЭГ» председатель Миорского районного Совета Раиса Парфененко. Сегодня бывшие хуторяне, многие из которых пенсионного возраста, прижились на новом месте, и вернуть их в родительские усадьбы вряд ли возможно. «Рассчитывать можно разве что на молодежь, — считает Р.Парфененко. — Но для этого нужны привлекательные условия».

«Я не знаю энтузиастов, которые бы согласились поехать на наши хутора и что-то там производить, — мнение первого заместителя председателя Миорского райисполкома Вячеслава Белько. — Их можно найти только пообещав высокую зарплату — в два раза больше, чем в городе». А кроме того, по его словам, трудозатраты на хуторе, например, по уходу за живностью выше, нежели на механизированной животноводческой ферме сельхозпредприятия, что вызывает сомнение в целесообразности возрождения хуторского хозяйствования.

Иначе рассуждает председатель Круглянского райисполкома Дмитрий Гоборов. «Я считаю, что возрождать следует, — сказал он «ЭГ». — Это хорошая идея, и я за нее двумя руками. На земле должен быть хозяин, а им может быть прежде всего частник».

Кстати, на сегодняшний день в Круглянском районе нет ни единого хутора. Как и в целом по стране, на Круглянщине продолжается убыль сельского населения. Только по итогам 2008 года, как сообщил Д.Гоборов, его численность сократилась на 100 человек. Местная молодежь пополняет ряды горожан, что обостряет для этого аграрного района проблему трудовых ресурсов. Поэтому председатель райисполкома и одобряет инициативу Минсельхозпрода, надеясь, что идея хуторизации позволит, если не в ближайшее время, то в будущем иметь в лице хуторян серьезную опору в сельском хозяйстве.

Надо сказать, энтузиасты борются за сохранение хуторской системы и без инициативы Минсельхозпрода. Например, в том же Миорском районе на хуторе Навалока живет семья Маркевичей. Их здесь знают как фермеров, население и местные власти относятся с уважением. «Мы здесь с 1991 года, — рассказал корреспонденту «ЭГ» глава хозяйства Зенон Маркевич. — Начинали хуторскую жизнь с палатки, потом приступили к строительству дома, которое, правда, до сих пор еще не завершили. Кстати, судя по летописям и надписям на старинных могилах, и до нас на протяжении лет пятисот здесь жили люди…».

Нынешний хозяин хутора — бывший школьный учитель математики и физики. Ему еще не было и тридцати, когда подался в единоличники. Сегодня размеры хуторской земли выросли до 33 га. Хозяйство специализируется на животноводстве, в частности производстве молока, которое поставляется государственным заготовителям. Благодарит судьбу или сожалеет о своем выборе 46-летний бывший педагог? «Трудный вопрос», — уклоняется от ответа З.Маркевич.

Дело в том, что все эти годы помощь жителям Навалоки со стороны государства была мизерной. Например, хутор телефонизировали всего лишь несколько лет назад. А обустроенной дороги до усадьбы до сих пор нет, из-за чего возникают проблемы с реализацией молока.

Но Навалокам еще повезло: сюда провели электричество. А вот хутору Устизерье, что в Островецком районе, нет. В родительскую усадьбу вернулся Владимир Рипинский с женою, мечтал ее оживить — завести хозяйство, заняться агротуризмом, но… «Там электричества до сих пор нет», — подтвердила «ЭГ» информацию секретарь исполкома Гервятского сельсовета Елена Гульбинович.

Да, возрождение хуторского хозяйствования потребует инвестиций. И немалых. Альтернатива — упор на агрогородки, как это имеет место сегодня. Но тогда вслед за хуторами начнут вымирать деревни. Впрочем, они уже угасают, что в перспективе чревато для АПК губительными последствиями. Поэтому стоит остановить неблагоприятную тенденцию. В этом смысле возрождение хуторов — благо.

Кстати, соседняя Польша так ведь и осталась «хуторской державой», где современные коттеджи окружают ухоженные поля. Там государство сделало ставку на единоличников — именно они обеспечивают основной вал в сельхозпроизводстве.

Разумеется, бросаться в крайности от агрогородков к хуторам не следует, но золотую середину искать надо. «Главная цель, которую преследуют организаторы создания хуторов, — дать людям право осознанного выбора: жить в деревне, на хуторе или в агрогородке», — так прокомментировал инициативу министр сельского хозяйства и продовольствия Семен Шапиро. Что и говорить, правильные слова! И, похоже, это как раз тот случай, когда цель оправдывает средства.

Конечно, практическое воплощение хуторизации, в чем стоит согласиться со «скептиком» В.Белько, уже на начальном этапе может столкнуться с трудностями, связанными с поиском «первопроходцев». Ведь, кроме желания, кандидаты должны быть умелыми хозяйственниками, чтобы расплатиться за помощь, которую им обещает государство в виде льготных кредитов на строительство хуторов, приобретение сельхозтехники. Также бессмысленно начинать дело, чтобы через год-другой сняться с места, бросить «гнездо» и убежать в город. Где найти ответственных и одновременно влюбленных в землю? «Сотня достойных в короткий срок может и не объявится, но единицы обязательно будут», — уверен «оптимист» Д.Гоборов.

Михал СТЕЛЬМАК


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях