$

2.0788 руб.

2.4500 руб.

Р (100)

3.1389 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Резонанс

НЕОБРАТИМАЯ КОНФИСКАЦИЯ©

31.07.2015

 

Указ от 23.07.2015 № 340 не предусматривает освобождения юридических лиц от административной ответственности в виде конфискации товара. Авторы указа считают, что возврат конфискованного имущества повлечет увеличение нелегального товарооборота.

Нарваться на конфискацию товара белорусскому предпринимателю проще простого. Чаще всего — за незаконную или безлицензионную деятельность (ст.12.7 КоАП) либо за хранение или перевозку товаров без предусмотренных законодательством сопроводительных документов (п. 4 ст. 12.17 КоАП). Иными словами, если на складе, в офисе, магазине или в машине обнаруживается товар, на который нет, скажем, накладной или в ней не заполнен какой-нибудь обязательный реквизит, — конфискация обеспечена. При этом совершено не важно, законно ли приобретен товар, что документы где-то задержались. Никакие объяснения не помогут: было ваше — стало государственное.

Раньше Указ от 17.10.2005 № 481 давал определенный шанс на возвращение конфискованного товара — если межведомственная комиссия войдет в положение и внесет на рассмотрение Президента проект соответствующего распоряжения. Надежда вернуть изъятый товар была для предпринимателей гораздо важнее, чем попытка освободиться от штрафа в 30–50 базовых величин по п. 4 ст. 12.17 КоАП. Теперь надеяться будет не на что. В официальном пресс-релизе поясняется, что конфискация товара исключается из видов административных взысканий, по которым может быть принято решение об освобождении от ответственности, поскольку, «как показала практика, возврат его заявителю влечет увеличение нелегального товарооборота». Звучит это не очень убедительно. Разумеется, всегда можно сослаться на то, что если требования по документальному оформлению не выполнены, то и оборот имущества становится незаконным. Но предприниматели могут рассказать множество случаев, когда вполне легально приобретенный товар конфисковывали лишь из-за отсутствия в момент проверки или неправильного оформления документов. Не случайно в бизнес-сообществе неоднократно ставили вопрос соразмерности наказания за такой проступок в виде конфискации ущербу, который это наносит государству и обществу, если нарушитель исправно уплатил все налоги и выполнил все остальные обязательства. В любом случае, если конфискованный товар возвращался, он обычно приходуется в установленном порядке, при его реализации уплачиваются налоги и ни о каком нелегальном товарообороте говорить не приходится.

Когда-то в п. 2 Директивы № 4 декларировалось намерение принимать самые серьезные меры по защите и развитию частной собственности, в т.ч. гарантировать добросовестным приобретателям имущества сохранение прав собственности и пользования этим имуществом. При этом обещалось исключить принятие (издание) нормативных правовых актов, предусматривающих возможность конфискации имущества при совершении административных правонарушений, если они не связаны с незаконным оборотом такого имущества, а также запретить конфискацию, иное изъятие имущества у субъектов предпринимательской деятельности, являющихся его добросовестными приобретателями. О том, как в реальности этот пункт выполняется, чиновники обычно скромно умалчивают. В проекте новой директивы «О дополнительных мерах по развитию предпринимательской инициативы и стимулированию деловой активности в Республике Беларусь» тоже обещается принять меры по кардинальному повышению защиты права собственности, но проблема конфискации там уже не упоминается — видимо ее сочли то ли несущественной, то ли неразрешимой.

Кстати, плоды конфискаций бывают весьма серьезными не только для бизнес-климата. Исследования, проведенные группой экономистов во главе с перуанским ученым Эрнандо де Сото, показали, что катализатором «арабской весны» стала череда самосожжений мелких предпринимателей. Например, в декабре 2010 г. поджег себя некий Мохаммед Буазизи, уличный продавец, у которого полиция отобрала товар. Сумма потерь кажется мизерной — всего-то около 225 USD — фрукты, корзины, весы. Но человек лишился возможности торговать, платить за кредит, стал банкротом и лишился надежд на будущее. Месяц спустя произошел аналогичный случай, а всего их в Алжире, Египте и других странах арабского мира набралось 64. Никто из погибших не занимался никаким подобием политической деятельности — попытки самоубийства совершались в тот день, когда власти забирали у них какое-нибудь имущество. Каждый из погибших надеялся скопить достаточно денег, чтобы от мелочной торговли перейти к более солидному, а главное — легальному бизнесу.

Право собственности, дающее возможность легально зарабатывать и пользоваться заработанным, — основа бизнес-климата. Без этого права никогда не завершится период первоначального накопления капитала, после которого начинается движение к инновационной экономике, продвинутым технологическим укладам и прочим вершинам развития цивилизации. По мнению де Сото, причину социальных конфликтов нужно искать не в происках западных спецслужб, а в отчаянии предпринимателей, осознавших, что каждый из них в любой момент под формальным предлогом может лишиться собственности — по закону, который чиновники легко переписывают под свои интересы, отождествляя их с государственными.

Леонид ФРИДКИН