Авторизуйтесь Чтобы скачать свежий номер №49(2545) от 05.07.2022 Смотреть архивы

USD:
2.5329
EUR:
2.6533
RUB:
4.7397
Золото:
148.81
Серебро:
1.74
Платина:
75.82
Палладий:
152.69
Назад
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений

Надо ли бояться продуктов С ИЗМЕНЕННЫМИ ГЕНАМИ?

В Палате представителей обсуждается проект закона "О безопасности в генно-инженерной деятельности"...
В Палате представителей обсуждается проект закона "О безопасности в генно-инженерной деятельности".
 
Понятно, что на Западе подобное законодательство давно существует. В Соединенных Штатах употребление в пищу растений, выращенных с использованием методов генной инженерии, стало обычным явлением. Правда, в Европе к модифицированным продуктам относятся с некоторой долей недоверия, и Европарламент сейчас обсуждает законопроект о необходимости маркировки товаров даже с небольшим содержанием трансгенных компонентов. Огромные средства на исследовательские работы в данной области тратит Китай, надеясь решить продовольственную проблему.
 
Как идет работа над документом? Какие в нем заложены правовые нормы? На эти вопросы "НЭГ" попросила ответить депутата Владимира ЗДАНОВИЧА.

-- HЕ СЕКРЕТ, что у генной инженерии есть свои плюсы и минусы. К положительным относим появление перспектив в решении таких глобальных проблем человечества, как голод и болезни, -- благодаря созданию высокопродуктивных сортов растений и пород животных, а также биологически активных лекарственных препаратов. Однако экологи утверждают, что наука пока не обладает достаточным запасом знаний и не может дать гарантию, что генетически измененные растения и их семена не представляют угрозы для людей или окружающей среды. Высказываются опасения, что появляется возможность создания на основе модифицированных микроорганизмов и вирусов принципиально нового -- биологического оружия.

Пока в республике выращиваются только натуральные продукты, но в нашу страну уже ввозились и испытывались семена трансгенных сахарной свеклы и картофеля. Экспертиза же проводилась лишь единожды, да и то по просьбе немецкой компании, производящей трансгенную свеклу.

Так как соответствующего лабораторного контроля у нас нет, то нельзя гарантировать, что в магазинах и рыночных киосках не торгуют продуктами питания, изготовленными из трансгенного сырья. Кроме того, импорт трансгенных продуктов в соседнюю Россию за три последних года вырос в два раза, туда официально поставляются трансгенный картофель, кукуруза, соя. А границы между странами открыты.

Становится очевидным, что без контроля за генно-инженерной деятельностью со стороны государства, без создания законодательной базы в области биобезопасности нам не обойтись. Тем более что Беларусь присоединилась к Картахенскому протоколу, который требует создания такого законодательства.

ПОЭТОМУ проект закона "О безопасности в генно-инженерной деятельности", разработанный Национальной академией наук, согласно его преамбуле должен определить правовые и организационные основы обеспечения безопасности, способствовать выполнению нашей страной международных обязательств, обеспечивать защиту здоровья человека и охрану окружающей среды при создании, испытании и использовании генно-инженерных организмов. Принципы, продекларированные в проекте закона, важны и своевременны.

Хотелось, чтобы наши граждане после принятия этого закона чувствовали себя защищенными, были уверены в благополучии будущих поколений. Скажем прямо, после тщательного знакомства с его содержанием, такой уверенности у членов нашей комиссии не появилось.

Депутаты обратили внимание, что в обосновании к Закону указывается, что на его реализацию не потребуются финансовые средства, не планируется создание и финансирование специальных структур в дополнение к существующим. Это означает, что несмотря на отсутствие надлежащей лабораторной базы в ближайшее время службы контроля не будут оснащены современным оборудованием и методиками тестирования ввозимых товаров на трансгенность и безопасность для здоровья потребителей.

МЕЖДУ ТЕМ, согласно законопроекту, ввоз-вывоз такой продукции предполагается легализовать, то есть открыть для нее государственную границу. Возникает вопрос: как же наше государство без финансовых затрат справится с обработкой предполагаемого огромного потока генно-модифицированного материала? Не превратим ли мы республику в полигон для опытов, забыв о том, что она уже несет чернобыльский крест?

В статье 7 проведена четкая градация генно-инженерной деятельности по четырем уровням риска. К первому уровню разработчики отнесли непатогенные генно-инженерные организмы, для простоты назовем их абсолютно безвредными. Второй уровень -- условно-патогенные, способные лишь при определенных условиях вызывать болезни и распространять инфекцию. Организмы третьего уровня риска могут вызвать серьезные болезни человека, в том числе инфекционные, но имеются эффективные меры их профилактики и лечения. Самый высокий уровень -- четвертый, предусматривающий работу с возбудителями особо опасных быстро распространяющихся инфекций, против которых не разработаны ни меры профилактики, ни способы лечения. Так можем ли мы давать законодательное разрешение на осуществление подобных разработок, а тем более на высвобождение таких опаснейших генно-инженерных организмов в окружающую среду для проведения испытаний?

В проекте закона нет даже указания на то, какие организации -- государственные или частные -- могут заниматься подобного рода деятельностью, особенно в отношении организмов третьей и четвертой групп. Правильно ли, что юридические лица, занимающиеся генно-инженерной деятельностью, сами проводят оценку риска и принимают меры безопасности? Достаточно ли полномочий одного лишь Министерства здравоохранения Беларуси на выдачу лицензий и заключений о безопасности, а Национального координационного центра биобезопасности -- на выдачу разрешений на высвобождение организмов в окружающую среду?

Депутаты считают целесообразным к процедуре выдачи лицензий и разрешений подключить другие заинтересованные министерства и ведомства, в том числе Минобороны и Комитет государственной безопасности, и ни в коем случае не отдавать этот вид деятельности на откуп частным структурам.

Следует предусмотреть, что заключение и сертификат Минздрава на использование генно-инженерных организмов для производства продуктов питания должны выдаваться по результатам серьезных лабораторных исследований и клинических испытаний, подтверждающих их безопасность.

Своевременным было бы включить в проект нормы об обязанности производителя проставлять маркировку на упаковке продуктов питания в случае их изготовления с применением генных технологий или непосредственного использования генно-модифицированных организмов в продуктах. Кстати, такое предложение выдвигает и Министерство здравоохранения в своем заключении по законопроекту. Его специалисты считают необходимым маркировать продукты, которые содержат в своем составе более 5% таких компонентов. Напомню, что в странах ЕС цифра иная -- 1%, а сейчас обсуждается вопрос о снижении этой нормы до 0,5%.

НО, ПОЖАЛУЙ, больше всего вопросов и споров вызвала статья 10 -- о государственном регулировании ввоза и вывоза генно-инженерных организмов. По мнению депутатов, статья в подобной редакции дает право на торговлю биологическим оружием. Она разрешает ввоз в страну и вывоз из нее патогенных для человека генно-инженерных организмов. Для вывоза достаточно лишь наличия разрешения уполномоченного органа страны назначения. Для каких целей нужно вывозить из страны и ввозить на нашу территорию возбудителей инфекций третьего и четвертого уровня риска?

Никто не спорит: закон необходим. Но, думается, в документе следует установить мораторий или хотя бы упорядочить ввоз -- вывоз генно-модифицированных организмов и продуктов на их основе (ограничившись первым и вторым уровнем риска). Это, во-первых, соответствует Монреальскому протоколу по биобезопасности, а во-вторых, не будет препятствовать проведению научных исследований белорусскими учеными в области генной инженерии.
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений