$

2.1058 руб.

2.4052 руб.

Р (100)

3.1947 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Проблемы и решения

Место крайнего

27.04.2010

Белорусским аудиторам рекомендуется брать на себя ответственность за убытки, причиненные некачественным оказанием их услуг, особенно в связи с налоговыми нарушениями. Такие нормы внесены постановлением Минфина от 23.03.2010 № 33 в Правила аудиторской деятельности «Порядок заключения договоров оказания аудиторских услуг», утв. постановлением Минфина от 31.10.2001 № 106.

В частности, в примерной форме договора оказания аудиторских услуг п. 4 «Ответственность сторон и порядок разрешения споров» дополнен подпунктом 4.41, предусматривающим, что в случае виновного неисполнения обязательства по качественному оказанию аудиторских услуг исполнитель несет ответственность в соответствии с гражданским законодательством, а также возмещает убытки, причиненные заказчику в результате указания неверной информации либо отсутствия необходимой заказчику информации в итоговых документах аудита, в соответствии с законодательством (в случае проведения аудита). Кроме того, исполнитель возмещает убытки, связанные с применением мер ответственности к заказчику контролирующими органами, в случае выявления ими фактов неуплаты или неполной уплаты заказчиком налогов, сборов (пошлин) за аудируемый период, не отраженных в итоговых документах аудита при проведении обязательного аудита достоверности годовой отчетности. Возмещению также подлежат причиненные заказчику убытки в случае оказания сопутствующих аудиту услуг.

Разумеется, принятие на себя подобных обязательств существенно увеличивает профессиональный риск аудиторов. Ведь целью аудита является не проверка правильности исчисления и уплаты налогов, а выражение мнения о достоверности бухгалтерской отчетности и соответствии совершенных хозяйственных операций законодательству. Поэтому в мировой практике от аудитора ждут прежде всего оценки финансового состояния компании и ее способности выполнять свои обязательства. Но в Беларуси задача обеспечения пользователей достоверной информацией, позволяющей принимать обоснованные решения, неизменно уступает фискальным приоритетам.

С ОДНОЙ СТОРОНЫ, п. 32 Правил аудиторской деятельности «Аудиторское заключение по бухгалтерской (финансовой) отчетности», утв. постановлением Минфина от 17.09.2003 № 128, требует от аудитора при выражении мнения, отличного от безусловно положительного, указать конкретные причины модификации аудиторского заключения и дать суммовую оценку их влияния на бухгалтерскую отчетность аудируемого лица или указать причины невозможности произведения такой оценки. Эта информация включается в аудиторское заключение до части, содержащей аудиторское мнение, или отказ от выражения аудиторского мнения. Но мало кому из клиентов понравится такая откровенность. И находятся такие, кто требует не указывать подобные факты в заключении. А порой — не упоминать их и в письменной информации (отчете) — на случай, если она попадется на глаза контролирующим органам. И хотя ст. 14 Закона «Об аудиторской деятельности» обязывает клиента своевременно оплачивать услуги аудиторов, в т.ч. если выводы аудиторского заключения ему не нравятся, на практике вопрос оплаты нередко напрямую увязан с содержанием итоговых документов. А уж о том, какая информация в них необходима заказчику, остается только гадать. Иным, кроме самого заключения в связи с обязательностью аудита, вообще ничего не нужно, а другие хотят видеть его положительным — чтобы контролирующие органы пореже приходили. Между тем помимо заказчика есть и другие пользователи отчетности, например, инвесторы, которые по аудиторскому заключению судят о возможности иметь дело с данным предприятием. Ошибка аудиторов может им дорого обойтись. Именно на этом основано большинство претензий к аудиторам в странах с рыночной экономикой — но не у нас.

Заметим, что форма договора, приведенная в постановлении № 106, является примерной, а не типовой, а потому его условия могут быть и иными. Но появление новой формулировки дает заказчикам серьезный стимул ее требовать, оставляя аудиторам куда меньше места для маневра. Полагаю, что при проведении тендеров на выбор аудитора подобное обстоятельство сыграет не последнюю роль. Ведь, не соглашаясь брать на себя всю полноту ответственности, аудитор тем самым наводит на подозрение, что может провести проверку не столь тщательно, как обещает. Правда, при этом не совсем ясно, что считать причиненным убытком в случае привлечения заказчика аудита к ответственности за налоговые нарушения. Ведь если он неправильно исчислил и уплатил налоги, то виновен в этом он сам, а не аудитор (если, конечно, последний не давал ему вредных советов, скажем, по уклонению от уплаты налогов). Именно поэтому в ст. 15 Закона прямо указано, что проведение аудита не освобождает аудируемое лицо от ответственности за нарушение порядка осуществления хозяйственной деятельности, несоответствие представляемой бухгалтерской (финансовой) отчетности требованиям законодательства. Однако требование возмещения убытков практически перекладывает ответственность за налоговые нарушения на аудиторов. Причем если проверяемый субъект не захочет оспаривать выводы контролирующих органов, рассчитывая взыскать наложенные санкции с аудиторской фирмы, той оспаривать их будет вдвойне сложнее. Ведь Налоговый кодекс подобной процедуры не предусматривает, а потому придется сформулировать в судебном иске претензии о неправомерности или ошибочности взысканных с третьего лица санкций и доказать свою правоту, порой не рассчитывая на поддержку и содействие бывшего клиента.

Правда, ст. 14 Закона обязывает аудируемых лиц устранять выявленные аудитором нарушения законодательства и вносить соответствующие изменения в отчетность в установленные сроки. Но ст.12.31 КОАП теперь ответственности за неисполнение этого требования не предусматривает.

К ПРИМЕРУ, в главе 11 проекта Указа Президента «О лицензировании отдельных видов деятельности» грубым нарушением лицензиатом установленных требований и условий осуществления лицензируемой деятельности признаются три случая и более в течение года проведения аудитором — ИП или аудиторской организацией обязательного аудита достоверности годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности и выдачи аудиторского заключения с выражением безусловно положительного аудиторского мнения при выявлении налоговыми и иными органами установленных вступившим в законную силу постановлением о наложении административного взыскания (приговором суда) фактов неуплаты или неполной уплаты аудируемым лицом сумм налогов, сборов (пошлин) за аудируемый период в размере, превышающем 250 базовых величин, при наличии у аудитора — ИП или аудиторской организации нарушений законодательства об аудиторской деятельности, приведших к выявлению такой неуплаты или неполной уплаты при проведении аудита. Такой проступок может повлечь прекращение действия лицензии аудиторской фирмы (аудитора — ИП) по решению лицензирующего органа. В случае принятия этого проекта аудитору, проглядевшему ошибки в налогообложении своих клиентов, придется не только возмещать им убытки, но и уйти из бизнеса. Исключить подобный исход может лишь особая тщательность проверки. Между тем для многих крупных предприятий предлагаемый в проекте предел в 8,75 млн. Br будет намного ниже уровня существенности, а операции, способные повлечь подобные доплаты налогов и санкции, попросту не попадут в выборку. Но всегда ли удастся объяснить это оштрафованным клиентам и контролирующим органам? Позволю себе усомниться в этом. Получается, что методология аудита, основанная на международных стандартах, как и его установленная законом цель, нам ни к чему — на кону лицензия.

ТАКИМ ОБРАЗОМ, риски аудиторов растут по мере ужесточения требований к их ответственности. В теории это должно повлечь рост цен на аудиторские услуги и затягивание проверок на 2–3 месяца и более. Но в реальности непросто объяснить заказчикам такую зависимость и уговорить платить больше и ждать дольше. С другой стороны, учитывая сложность налогового законодательства, очень трудно признать, что у проверяемого субъекта все в порядке — особенно зная, кто в случае чего окажется крайним...

Леонид ФРИДКИН
 
ТЕМ ВРЕМЕНЕМ
В ходе недавнего исследования, проведенного экспертами Института присяжных бухгалтеров Англии и Уэльса (ICAEW), оказалось, что пользователи, при всем уважении к аудиторам, не видят особого прока от результатов их работы.
Отчет «Audit of banks: Lessons from the crisis» («Аудит банков: уроки кризиса») составлен на основе ряда интервью с влиятельными финансистами, инвесторами, директорами банков и регуляторами. Как оказалось, большинство из них cчитает аудиторское заключение документом, просто подтверждающим соответствие действующим стандартам финансовой отчетности, но приносящим мало пользы в плане анализа качества аудиторской работы и дифференциации на основе этого различных аудиторских компаний. Некоторые респонденты полагают, что более краткие аудиторские отчеты были бы полезнее, а наличие избыточных сведений только повредит. Ведь тогда станет труднее обнаруживать расхождения и нестыковки в информации, предоставляемой директорами компаний. Эту точку зрения разделяют финансовые директора банков, полагающие, что истинная ценность аудита выходит за рамки заключения, и не считают, что чем отчет подробнее, тем лучше.
Инвесторы давно призывают аудиторов не загромождать заключения, отмечают эксперты ICAEW, но при этом по-прежнему желают ясности — большей, чем сейчас.
Источник:
www.icaew.com