$

2.1222 руб.

2.4045 руб.

Р (100)

3.1867 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Проблемы и решения

МАСТЕР-КЛАСС О КЛАСТЕРАХ

11.03.2011

Ряд отраслей белорусской экономики приблизились в своем развитии к тому, что на Западе принято называть кластерами. Положение дел в отдельных секторах позволяет говорить об их определенном инвестиционном и производственном потенциале. В чем он состоит и что мешает его реализации — попытались разобраться эксперты Всемирного банка, которые на днях презентовали доклады по этой теме в Бизнес-союзе нанимателей и работодателей им. М.Кунявского.

Исследование проведено в прошлом году по заказу белорусского правительства Венским отделом по привлечению инвестиций Всемирного банка. Объектом изучения стали АПК, машиностроительный комплекс, а также сфера информационных и коммуникационных технологий.

«Млечный путь» АПК

Эксперты ВБ, в частности, обратили внимание на достаточно развитый сектор агропромышленного производства, где функционирует около 700 предприятий, на которых задействовано порядка 435 тыс. человек, или 9,4% всей занятой рабочей силы Беларуси. С 2000 г. добавленная стоимость в сельском хозяйстве постоянно увеличивалась с ежегодным темпом роста от 1,4% до 13,2%. Однако, как отмечается в докладе, данная динамика дорого обошлась казне — финансовая помощь отрасли в последние годы составляла порядка 4% к ВВП, или 9% от всех государственных расходов. Одновременно производительность капитала упала с 2000 г. по 2007 г. на 27%. Иными словами, вложенные в АПК средства не давали той отдачи, которую они принесли в других отраслях народнохозяйственного комплекса.

Вопросы вызывает и конечный финансовый результат отдельных направлений сельхозпроизводства. Так, если выращивание зерновых аналитики ВБ оценили как экономически эффективное, то по остальным культурам аграрии в значительной своей массе несли убытки, в т.ч. при выращивании картофеля, рапса, сахарной свеклы и кукурузы. Не менее проблемным оказалось и животноводство, где с 2003 г. по 2007 г. доля хозяйств, которые без учета субсидий могли работать рентабельно, не превышала 13%. Тем не менее именно на базе животноводства образовались два наиболее развитых сегмента, близких по своей структуре к кластеру, — молочная и мясная переработка. Сегодня в этих двух кластерах совокупно работает треть пищевых перерабатывающих предприятий страны.

Несмотря на многочисленность субъектов хозяйствования в мясной и молочной промышленности, потенциал этих отраслей используется далеко не полностью, в то время как риски деятельности здесь достаточно велики. В частности, эксперты ВБ обратили внимание на проблему «тяжелой руки» областей, которые, используя административное влияние, ограничивают доступ мясных и молочных товаров из других регионов в местную розничную сеть, сужая рынки сбыта и искажая конкуренцию. Рискованным является и однонаправленный характер экспорта продуктов питания (не только мясомолочной группы) в Российскую Федерацию, чей рынок нестабилен, а власти склонны к развязыванию продуктовых войн. Одновременно в докладе отмечается катастрофическая потеря рынков ЕС — если в 2000 г. на долю ЕС приходилось до 48% экспорта белорусской сельхозпродукции, то в 2008-м только 0,2%. Такую тенденцию аналитики объясняют отсутствием скоординированной политики по продвижению белорусских продуктов на рынки Европы, в частности, в вопросах качества товаров. К примеру, только 3% белорусского молока класса «экстра» соответствуют требованиям ЕС.

Впрочем, как показало обсуждение доклада в БСПН, по мнению белорусских бизнесменов, список фундаментальных проблем АПК, обозначенный ВБ, далеко не полный. Так, директор НП ООО «Продукты питания» Сергей Ланевский указал на проблему неравных условий работы для государственных и частных компаний. По его словам, государство, выполняя роль активного бизнесмена, воспринимает представителей частного бизнеса как конкурентов. На торговлю оказывается административное давление, с тем чтобы на полках размещались товары госкомпаний, они в первую очередь получают сырье, причем по более низким ценам. Равные цены и свободный доступ к сырью не могут получить даже экспортно ориентированные частные проекты. Облисполкомы и Минсельхозпрод, озабоченные выполнением заданий по экспорту, продают за рубеж животные и растительные масла с относительно невысокой добавленной стоимостью. Хотя, к примеру, компания «Продукты питания», переработав их в маргарины и спреды, могла бы принести стране больше валютной выручки.

Пятое колесо

Эксперты ВБ отметили достижения отечественного автотракторостроения, которое в настоящий момент формирует до 5% белорусского ВВП. Его результаты заметны не только в национальном, но и в глобальном масштабе. Так, на долю МТЗ приходится 10% мирового производства тракторов, БелАЗа — 30% глобального рынка карьерной техники, МАЗ входит в двадцатку крупнейших мировых производителей грузовых автомобилей.

Вместе с тем, по мнению аналитиков, потенциал отрасли используется также далеко не в полной мере. Работа вне рамок транснациональных корпораций не позволяет привлечь прямые иностранные инвестиции, а исключение Беларуси из системы преференций ЕС ограничивает доступ на европейские рынки. Чтобы преодолеть этот барьер, белорусским предприятиям приходится инвестировать в создание сборочных производств в ЕС.

Кроме того, страна не проводит целенаправленной политики по привлечению иностранных инвесторов для создания производств автокомпонентов, что могло бы значительно повысить отечественный экспорт. Не получает должного развития и идея производства легковых автомобилей. Авторов доклада не смущает прошлый отрицательный опыт «Форда» в Беларуси и нынешний не самый удачный — иранской «Кходро». В противовес в докладах приводится ряд примеров создания автокорпорациями производств в странах Восточной Европы, а также в Турции. Инвесторов не смутили ни относительно малая емкость внутреннего рынка этих стран, ни отсутствие инженерной школы легкового автомобилестроения. Принципиальным для них оказалась близость рынка объединенной Европы и СНГ. По данному критерию Беларусь вполне подходит для создания крупных производств, однако чтобы реализовать подобный проект, правительству необходимо приложить усилия — и в первую очередь сформулировать инвестиционное предложение иностранным компаниям. Сами производители вряд ли проявят подобную инициативу, поскольку в регионе высока конкурентная борьба за привлечение ПИИ и инвесторы могут выбирать из нескольких предложений.

Искусственный интеллект

Представители Всемирного банка также сосредоточились на секторе информационных и коммуникационных технологий (ИКТ). По мнению авторов доклада, перспективность этого направления обеспечена наследством, доставшимся Беларуси от СССР. В советское время Минск был крупнейшим производителем компьютеров и полупроводников, что позволило сформировать кадровый задел, а со становлением рыночной экономики — дать почву для появления многочисленных частных фирм. В настоящий момент в сфере ИКТ работает почти 3 тыс. субъектов хозяйствования, на которых трудится около 25 тыс. программистов и других специалистов IT. Штат таких компаний, как EPAM Systems и IBA превышает 1 тыс. сотрудников в каждой, эти компании находятся в числе крупнейших поставщиков IT-услуг в Центральной и Восточной Европе.

Среднегодовой темп роста IT-кластера в 25–30% значительно превышает средний экономический рост по стране. Производительность труда в этой сфере, по оценкам ВБ, достаточна, чтобы отрасль была конкурентоспособной в мировом масштабе. Уровень доходов специалистов IT, с одной стороны, более чем в два раза превышает средний по республике, что делает его привлекательным для притока туда наиболее трудоспособных кадров, а с другой — эти доходы ниже, чем в развитых странах, что интересно инвесторам.

Определенный эффект дало создание преференциального налогового режима для IT-бизнеса и его объединение под эгидой Парка высоких технологий. Правда, как считает ВБ, это не позволило в полной мере решить проблему теневого бизнеса. Официальные данные по экспорту IT-услуг значительно отличаются от расчетов представителей отрасли, с которыми проводились интервью в ходе подготовки доклада. К примеру, если, согласно официальной статистике, в 2009 г. экспорт IT-услуг составил 159 млн. USD, то, по оценкам экспертного сообщества, показатель достиг 490 млн. USD. От 200 до 400 микрокомпаний сохраняют свои доходы в тени.

Как показал опрос представителей отрасли, основной причиной, почему бизнес не спешит легализовывать свои доходы и пользоваться льготным налоговым режимом ПВТ, является банальное недоверие к государству. Многие бизнесмены, руководствуясь народной поговоркой о том, что халявный сыр бывает только в мышеловке, опасаются того, что в будущем им придется дорого заплатить за пользование некоторыми нынешними льготами.

Между политикой и маркетингом

Кроме того, как отметил в ходе обсуждения докладов консультант ВБ Дэвид Браун, изученным кластерам свойственен ряд общих системных проблем. Одна из них — негативный имидж Беларуси в глазах западных бизнесменов. Это затрудняет продвижение белорусских товаров на глобальный рынок и является серьезным сдерживающим фактором в привлечении ПИИ. Бороться с проблемой сложно, поскольку имидж определяется действующей политической системой, негативно воспринимаемой мировым сообществом. Тем не менее правительству следует усилить целенаправленную работу по созданию положительного имиджа и развитию странового маркетинга, убежден представитель ВБ.

Еще одна болевая точка — недостаточная подготовка маркетинговых отделов белорусских компаний. Нехватка языковых знаний (прежде всего — английского языка) у сотрудников предприятий не позволят полноценно диверсифицировать работу.

Наконец, крайне низкой остается кластерная культура. Несмотря на формальную схожесть некоторых отраслей с кластерами, неумение участников рынка организованно отстаивать свои интересы ослабляет их общий потенциал. Многие белорусские фирмы смотрят на своих коллег по цеху исключительно как на конкурентов. Отраслевые ассоциации все еще слабы и не объединяют в своих рядах достаточного количества предприятий. А без сильных органов самоорганизации упомянутые отрасли рискуют так и не дорасти до оформившихся кластеров.

Алесь ГЕРАСИМЕНКО