$

2.0788 руб.

2.4500 руб.

Р (100)

3.1389 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ЛИМИТ РУБЛЕВОЙ ЛОЯЛЬНОСТИ©

23.12.2014

Прошлая неделя надолго запомнится белорусскому бизнесу и населению страны. В происходящем хочется видеть позитивные явления. Едва ли не впервые власти не стали ждать, когда ситуация на валютном рынке станет критической. Вместо привычной мантры «все прекрасно, все под контролем, никакой девальвации не будет» они приняли превентивные меры, пытаясь управлять процессом, а не плыть по течению.

Еще недавно ситуация на валютном рынке была относительно ровной. Всплеск девальвационных ожиданий начался лишь с обвалом российского рубля. Для экспортеров он стал настоящим бедствием, но их призывы ослабить национальную валюту оставались неудовлетворенными. Тому были свои основания: уровень инфляции в стране не оставляет властям почти никакого поля для монетарных маневров.

Благополучие Беларуси давно и чрезмерно зависит от экспорта на российский рынок, поставок нефти и газа из РФ по ценам намного ниже мировых и периодических финансовых вливаний. С созданием Евразийского экономического союза эти преимущества должны были стать еще ощутимее. Но обещания бурного роста благодаря интеграции не сбываются. Напротив, имперские амбиции, масштабная коррупция, «гибридная» война с Украиной, западные санкции, попытка ответных мер и падение мировых цен на нефть загоняют российскую экономику в рецессию все глубже. Этот кризис неизбежно должен был перекинуться через открытую границу, а «черный вторник» валютного рынка в Москве — обернуться «черной пятницей» в Минске.

Еще за несколько месяцев до нее поставки в РФ становились с каждым днем все более убыточными, а претензии Роспотребнадзора на этом фоне выглядели откровенным издевательством. Неудивительно, что лимит лояльности к союзнику тает все больше. Дошло до того, что на совещании по экономическим проблемам в Минске Президент Александр Лукашенко заявил, что «колебания на российском валютном рынке не поддаются никакому осмыслению», и потребовал от правительства вести расчеты с Россией в долларах или евро, а также активнее искать новые рынки сбыта. «Так как мы платим России за энергоресурсы не в рублях, а в долларах, — заявил глава государства. — Это, кстати, недостаток в работе правительства России — надо было давно работать и требовать с них, чтобы они нам тоже платили в твердой валюте — в долларах и евро».

НЕДОСТАТОК этот родился не случайно. В последние несколько лет чиновники, политики и ученые постоянно смущали умы бизнеса расширением применения в расчетах национальных валют, что сводилось на практике к использованию именно российского рубля. Ему прочили роль сначала региональной, а потом мировой валюты, которой суждено потеснить на глобальном уровне доллары и евро. Пока же экспорт из Беларуси в Россию с января по октябрь т.г. снизился на 5,4%. При этом белорусский рубль укрепился к российскому с 1 января до 19 декабря на 52%. В результате предприятия, получающие выручку в российских рублях, закупающие сырье и материалы и взявшие кредиты в СКВ, понесли двойные убытки. Спрос на рынке РФ продолжает падение, а потому планы наращивания экспорта оказываются несбыточными. «Мы не можем все время молиться на одну Россию, хоть это и братская нам страна. Потому что, видите, один этот рынок обвалился и мы следом полетели», — заявил А.Лукашенко 15 декабря, обращаясь к новоназначенным представителям местной вертикали власти. — Да, у нас когда-то 85% продавалось на российский рынок, сегодня уже 40–45%. Да, мы уменьшили зависимость от одного рынка, но, как видно, это еще мало. Плюс добавилась Украина. Не думаю, что лучшая обстановка и в Казахстане. Поэтому любой ценой мы должны выходить на новые рынки».

К сожалению, разговоры о диверсификации рынков сбыта идут не первый год, но реальных подвижек здесь немного. А потому «полет» следом за братской страной стал неизбежен. Конечно, к таким катаклизмам белорусам не привыкать — всего неделю назад мы формально сбросили груз гиперинфляции, тянувшийся с 2011 г. Однако сегодня ситуация принципиально иная: 3 года назад кризис был порожден нашими внутренними причинами, и девальвация во многом помогла улучшить позиции на процветавших тогда российском и украинском рынках. Сейчас на них самих положение весьма тяжелое и никакими «растворительными схемами» торговый и платежный баланс не поправить.

В субботу заместитель премьер-министра Михаил Русый сообщил, что Беларусь и Россия договорились, «чтобы цены на продукцию, которую мы поставляем в Россию, были фиксированы в долларах по факту предоплаты по курсу Центробанка РФ». Но удастся ли договориться об этом отдельным предприятиям со своими российскими контрагентами, он не уточнил.

СОБЫТИЯ на белорусском валютном рынке стали логичным результатом односторонней ориентации на Россию и евразийскую интеграцию. Платой за них стал налог на продажу валюты и сопутствующие потери выручки, прибыли, личных доходов и уровня жизни граждан.

Правительство и Нацбанк проявили немалое мужество: очевидно, что объявленные меры никому не понравятся и повлекут весьма деструктивные действия со стороны бизнеса и населения. Удастся ли их пресечь с помощью замораживания цен и требований насытить рынок отечественными товарами под угрозой увольнения директоров «по дискредитирующим основаниям» (т.е. с «волчьим билетом на 5 лет)? Хватит ли у Минторга и других контролирующих органов сил заставить всю торговлю вернуться к ценам на 18 декабря, учитывая, что все новые производства и закупки оказываются убыточными на сумму налога на покупку валюты? Ведь если в магазинах полки в воскресенье остались пустыми, то на рынках цены уже поднялись, причем не на 30%, а в 1,5 раза. Впору вспомнить венесуэльский опыт «регулирования» ритейла с помощью армии.

Напомним, в республике, по данным статистики, всего 3,2% предприятий имеет рентабельность свыше 30%. Желающих производить и продавать продукцию в убыток найдется немного, а руководить компанией с перспективой близкого банкротства — еще меньше. Проблему существенно облегчило бы неукоснительное соблюдение объявленного постановлением № 1207 замораживания цен, прежде всего — монополистов. Однако уже в субботу–воскресенье было видно, что многие предпочитают вести дела по принципу «умри ты сегодня, а я — завтра».

                 В разных странах применяются различные меры борьбы с валютным кризисом. Порой они напоминают то, что происходит сегодня у нас.

Украина–2014

Сбор при покупке иностранной валюты по ставке 0,5% был введен в Украине 1 апреля т.г. законом с красноречивым названием «О предотвращении финансовой катастрофы и создании предпосылок для экономического роста». Собранные средства направляются в пенсионный фонд. На прошлой неделе Кабмин Украины предложил повысить с 1 января сбор до 2%, освободив от его уплаты юрлиц, покупающих наличную и безналичную валюту для своих потребностей. Таким образом, плательщиками сбора останутся только физлица, которые покупают наличную валюту, и юрлица, которые приобретают ее с целью продажи населению.

Предполагается, что такой сбор позволяет сбить спекулятивный спрос на валюту. Он делает невыгодными краткосрочные операции по ее покупке с последующей продажей. Когда курс сравнительно стабилен, то любая подобная операция будет убыточной, если к моменту продажи курс вырастет меньше чем ставка сбора. Однако при высокой волатильности курса национальной валюты влияние сбора минимально и рыночный спрос не сокращает. По-видимому, белорусские власти учли этот опыт, «зарядив» ставку сбора на уровне весьма приличной девальвации и сделав плательщиками как физических, так и юридических лиц.

Кстати, в Украине обязательная продажа 50% валютной выручки была введена еще 19.11.2012 г. — сначала на 6 месяцев, а затем неоднократно продлевалась. Затем с 21 августа т.г. обязательной продаже подлежала вообще вся валютная выручка, а постановлением местного Нацбанка от 22.09.2014 № 591 этот порог понижен до 75%.

Аргетина–2013

Эта латиноамериканская страна во многом похожа на Беларусь — например, развитым сельским хозяйством (особенно животноводством), занимающим 10% в экономике, обрабатывающей промышленностью (30%), экспортом продовольствия и зависимостью от внешнеэкономической конъюнктуры. Высокий внешний долг сочетается там с неэффективным использованием внешних займов. Любая проволочка с новыми вливаниями (например, отказ МВФ дать очередной кредит из-за невыполнения условий предыдущего и подтасовки макроэкономической статистики) с начала 2000-х вызывает череду кризисов и дефолтов. В феврале 2013 г., столкнувшись с очередным обвалом местной валюты — песо и 28-процентной инфляцией (официально — всего 11%), правительство президента Кристины Киршнер издало декрет о 2-месячном замораживании розничных цен в супермаркетах. При этом гражданам было рекомендовано сохранять чеки и в случае повышения цен закладывать преступных торговцев в компетентные органы. Затем был введен запрет на рекламу ритейлеров в СМИ и публикацию экономических обзоров и прогнозов.

Кроме того, был введен ряд ограничений на валютные операции. Аргентинцы могут купить иностранную валюту по официальному курсу лишь по разрешению налоговых органов, в ограниченном количестве и только для выезда за границу. Покупка долларов в целях накопления запрещена. Естественно, это породило расцвет черного рынка, где доллары покупаются и продаются свободно, но уже по «уличному» курсу. Чтобы ограничить онлайн-шопинг за границей (в котором участвовало 1/4 населения) и утечку капитала из страны, власти ввели 35-процентный сбор на продажу валюты и на любые зарубежные операции по кредитной карте. В феврале этого года сбор был снижен до 20% — после девальвации песо за месяц 18%.

Леонид ФРИДКИН


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях