$

2.1336 руб.

2.4185 руб.

Р (100)

3.1868 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Итоги

Красная матрица квартальных показателей

22.04.2016

Принимая 18 апреля отчет правительства об итогах I квартала текущего года, Президент Александр Лукашенко потребовал эффективного решения задач социально-экономического развития. При этом чиновникам напомнили об ответственности за выполнение доведенных заданий и пообещали, что при отсутствии положительной динамики и результатов будут приниматься кадровые решения.

Серьезную оценку работы правительства, Нацбанка, губернаторов и иных должностных лиц глава государства пообещал сделать по итогам полугодия. Но уже I квартал свидетельствует, что утвержденные планы развития страны могут сорваться. Поэтому Президент заранее предупредил, что за дальнейшие провалы придется отвечать.

«Матрица задач для вертикали власти у меня на столе. Красным цветом обозначено то, что не исполнено. Синий цвет – успехи в выполнении плановых заданий, – заявил А.Лукашенко. – Эта матрица в целом в красном цвете».

Пока оправданием для такой палитры на совещании послужили положительные тенденции, наметившиеся по ряду направлений, «несмотря на сложности с выполнением показателей социально-экономического развития», а также обеспечиваемая макроэкономическая стабильность и управляемость ситуации в целом. А потому речь идет лишь о выполнении ранее принятых решений – «не затягивая, не бюрократизируя ни один из процессов, не пропуская мимо ни одного из толковых предложений».

На это у правительства есть целый квартал. Так что досужие эксперты рано занялись обсуждением грядущих кадровых потрясений. К тому же опыт прошлых лет показывает, что за нелицеприятной оценкой итогов полугодия следует «разборка» за 9 месяцев и т.п.

Пробуждение темпов

Согласно прогнозу социально-экономического развития в I квартале т.г. допускается снижение ВВП на 1,1%. Однако в реальности произошла «осечка» – спад оказался втрое больше. За I ква­р­тал текущего года ВВП страны снизился, по данным Белстата, на 3,6% по сравнению с январем–мартом 2015 г. и составил 213,2 трлн. Br.

После такого спада достичь выхода по итогам I полугодия на запланированный рост на 0,1% будет весьма сложно. Правда, в марте наметились позитивные признаки. Об этом свидетельствуют не только годовые темпы ВВП, но и динамика показателей промышленности, а также некоторых других отраслей (см. рис. 1).

Так, объем промышленного производства уменьшился в I квартале по сравнению с январем–мартом 2015 г. на 4,3% – до 189 трлн. Br, в т.ч. в горнодобывающей промышленности – на 0,4%, обрабатывающей – на 4,9%. Противоречивы итоги работы инфраструктуры: по виду экономической деятельности «Водоснабжение; сбор, обработка и удаление отходов, деятельность по ликвидации загрязнений» спад составил 7,1%, а «Снабжение электроэнергией, газом, паром, горячей водой и кондиционированным воздухом» показа­ло рост на 0,3%.

В целом ситуация в промышленности улучшается уже второй месяц. Если в феврале по сравнению с январем т.г. был зафиксирован рост в сопоставимых ценах на 1,8%, то в марте к февралю – на 8,9%. В ряде обрабатывающих отраслей спад замедлился или сменился ро­стом. Например, в пищевой промышленности удалось завершить I квартал с ростом в 1,8%, производстве текстильных изделий, одежды, изделий из кожи и меха – 3,2%, вычислительной, электронной и оптической аппаратуры – 4,4%, фармацевтике – 13,1%. В то же время производство кокса и продуктов нефтепереработки сократилось на 0,3%, химических продуктов – на 13,3%, резиновых и пластмассовых изделий, прочих неметаллических минеральных продуктов – на 13,6%, металлургии и металлообработки – на 10,9%, электрооборудования – на 2,4%. Спад в производстве транспортных средств и оборудования замедлился с 8,2% по итогам 2 месяцев до 0,3% в I квартале т.г.

При этом запасы готовой продукции за март снизились с 36,8 трлн. Br до 36,3 трлн., а их отношение к среднемесячному объему промышленного производства – с 73,5% до 69,6% против 38,9 трлн. (84%) годом ранее. Тем не менее оптовый товарооборот за 3 месяца т.г. сократился на 4,5%, до 152,7 трлн. Br.

В АПК темпы роста, напротив, снизились. Объем сельхозпроизводства вырос в I квартале по сравнению с январем–мартом 2015 г. на 2% (против 2,4% по итогам января–февраля), до 19,5 трлн. Br.

Слабую лепту в рост экономики внесли транспортники. В I квартале т.г. организациями и индивидуальными предпринимателями перевезено 96 млн. т грузов, что на 12,7% меньше, чем в январе–марте 2015 г., а грузооборот транспорта снизился на 1,4%, до 29,9 млрд. т × км. Зато в марте к февралю эти показатели выросли на 8,6 и 5,7% соответственно.

Пассажирооборот транспорта сократился на 3,7%, до 5225,9 млн. пассажиро-километров, а число пассажиров – на 6,8%, до 498,6 млн. человек, хотя в марте к февралю отмечен рост на 7,7% и 1,8%.

Денег нет на развитие…

Инвестиции в основной капитал не оправились от январского обвала. Их объем сократился в январе–марте т.г. по сравнению с аналогичным периодом 2015 г. на 26,3%, до 34,9 трлн. Br, а февральский рывок на 14,8% к предыдущему месяцу сменился в марте на скромные 1,6%. При этом объем строительно-монтажных работ сократился в I квартале на 23,9%, а затраты на приобретение машин, оборудования, тран­спортных средств – на 32,3%. Ввод в эксплуатацию жилья за счет всех источников финансирования сократился на 28,1%, до 1126,8 тыс. м2, а с господдержкой – на 52,8%, до 243,2 тыс. м2.

Отметим, что падение инвестиций в основной капитал продолжается уже не первый год. В 2014 г. по сравнению с 2013-м они снизились на 5,8%, в 2015-м – на 15,2%, а их доля в ВВП сократилась с 29% в 2014 г. до 23,7% в 2015-м, отмечается в годовом аналитическом обзоре Нацбанка. При этом в прошлом году капитальные расходы организаций, подчиненных республиканским органам госуправления, уменьшились по сравнению с 2014 г. на 4%, организаций, подчиненных местным властям, – на 25,5%, организаций без ведомственной подчиненности – на 18,9%.

Между тем для повышения производительности труда, создания рабочих мест и диверсификации экспорта необходимы значительные вложения. Нехватка собственных средств, сокращение бюджетной под­держки, дороговизна кредитов и минимальный приток ино­странного капитала ограничивают возможности создания новых производств и модернизации существующих. В таких условиях любые планы развития экономики становятся по­чти нереальными, а заложенные в правительственных программах способы поиска средств выглядят неубедительно.

… и на потребление

Росту экономики все больше мешает низкий уровень потребления (см. рис. 2).

Розничный товарооборот сократился за 3 месяца на 0,9% по сравнению с январем–мартом 2015 г. – до 83,4 трлн. Br, несмотря на рост в марте к февралю т.г. на 9,9%. Отметим, что в розничном товарообороте республики доля организаций торговли за год увеличилась с 81 до 84,7%, а их товарооборот вырос на 2,3% в сопоставимых ценах.

Товарооборот общественного питания снизился в I квартале по сравнению с январем–мартом 2015 г. на 0,5%, до 4,1 трлн. Br.

Как и в прошлом году, по­требление сдерживается из-за снижения реальных располагаемых денежных доходов населения (рис. 2). В январе–марте т.г. по сравнению с I кварталом 2015 г. они сократились вместо запланированных -1,5% на 6,6%, что является самым низким показателем за последние 8 лет. При этом темпы спада реальной заработной платы (-3,6%) были выше, чем производительности труда (-2,7% при плане -1%). Впрочем, такое «минусовое» соответствие вряд ли можно считать достижением: оно больше обусловлено уменьшением заработков, чем повышением эффективности производства.

Одним из проявлений этого процесса стало изменение стру­ктуры денежных доходов населения. В их общем объеме удельный вес оплаты труда сократился с 61,2% в I квартале 2015 г. до 60% в январе–марте т.г., доходов от предпринимательской и иной деятельности, приносящей доход, – с 9,1 до 7,8%. Зато доля трансфертов населению (пенсии, пособия, стипендии и т.п.) выросла с 24,1% до 25,8%, а доходов от собственности и прочих доходов – с 5,6% до 6,4%. Тенденция роста доли доходов, выплачиваемых государством, при снижении удельного веса заработков, полученных собственным трудом и бизнесом, возникла еще в 2013 г. В мировой практике это обычно служит признаком демотивации трудовой и деловой активности в обществе, а также од­ним из свидетельств ухода ча­сти доходов населения в теневую экономику.

* * *

Итоги I квартала выглядят довольно противоречиво. В марте произошло некоторое оживление, но в целом экономика страны остается в рецессии, которая способна продлиться гораздо дольше, чем планирует правительство. Такой затяжной спад может стать серьезным испытанием для белорусского общества. При отсутствии роста экономики государство не в состоянии обеспечивать привычные стан­дарты социального обслуживания. При этом рост тарифов ЖКХ и увеличение пенсионного возраста могут оказаться только первыми «цветочками». Но глубоких преобразований, связанных, прежде всего, с изменением структуры соб­ственности и ограничением роли государства, власти постараются избежать – даже ценой значительного ухудшения уровня жизни.

Здесь можно выделить две альтернативы. Одна из них – попытаться оживить экономику с помощью денежной эмиссии, используя «проверенные» рецепты 2000–2010 гг. Сторонников этого пути достаточно много, и их аргументы, заимствованные из старых программ и выступлений академика С.Глазьева, выглядят весьма соблазнительно – особенно если не вспоминать, к чему такие методы привели в прошлой пятилетке.

Другой вариант – попытаться дождаться восстановления на российском рынке – может оказаться еще менее успешным. Например, первый заместитель председателя  Центробанка РФ Ксения Юдаева, выступая на Апрельской конференции Выс­шей школы экономики, заявила, что потенциал темпов экономического роста в России резко снизился. По ее мнению, без серьезных реформ страна обречена на консервацию экономической структуры и «вечную стагнацию». При этом не поможет и увеличение цен на нефть. Даже если они вернутся к уровню 100 USD/барр., без структурных реформ и улучшения инвестиционного климата не удастся вывести темпы роста ВВП выше 1,5–2%, признала недавно председатель ЦБ РФ Эльвира Набиуллина. Схожие оценки дает и Минфин РФ: в его инерционном сценарии до 2030 г.  (без реформ и роста цен на нефть) прогнозируется 15 лет застоя с ростом на 1–1,3% в год.

Подобные угрозы маячат и перед нашей страной. Никакая эмиссия не заменит снижение административных барьеров и налоговой нагрузки, защиту прав инвесторов и частной соб­ственности, эффективную антимонопольную политику, развитие конкуренции и рынков капитала. Но для решения этих задач нужны реальные шаги, а не косметические поправки и туманные обещания.

Автор публикации: Вадим ЛЕБЕДЕВ