$

2.5038 руб.

2.9744 руб.

Р (100)

3.4369 руб.

Ставка рефинансирования

9.25%

Проблемы и решения

Коронавирус: продолжаем с этим жить

05.03.2021
Коронавирус: продолжаем с этим жить
Фото: freepik

Пандемия пришла в Беларусь год назад, и две острые волны, казалось, позади. Но белорусский бизнес по-прежнему испытывает ее последствия. По оценкам мировых финансовых институтов, исключений здесь не бывает: пока болезнь не удастся обуздать, хозяйственная деятельность продолжит страдать на всех уровнях. И дилемма, спасать население или экономику, остается ложной.

О том, что COVID-19 оказал негативное влияние на деятельность 80% малых и средних предприятий в Беларуси, говорят результаты исследования, проведенного офисом международной компании KPMG. Оно состоялось в рамках проекта ПРООН, в опросе приняли участие 420 представителей малых и средних предприятий из 82 районов.

Наибольший отрицательный эффект почувствовали предприниматели в Гродненской области и в Минске – здесь о негативном влиянии распространения коронавируса заявили 92% и 87% опрошенных соответственно.

Оно в первую очередь было связано с сокращением выручки: о ее значительном снижении сообщили 62% опрошенных, при этом 55% респондентов столкнулись с ощутимой потерей клиентов. Сильнее всего пострадали компании, занятые пассажирскими перевозками, туризмом, общественным питанием, сдачей в аренду помещений, рекламой, а также грузоперевозками.

Результаты показали, что пандемия отрицательно повлияла и на деятельность производственного ма­лого и среднего бизнеса. На снижение объема собственного производства указали 47% представителей средних компаний, 50% малых, 64% микропредприятий (с численностью работников до 15 человек) и 66% ИП, занятых выпуском продукции.

 

Господдержки не хватило

Эти данные во многом схожи с материалами другого проекта, который реализовала компания SATIO. Сопоставив итоги проведенного в ноябре 2020 г. опроса предпринимателей с данными официальной статистики, специалисты делают вывод, что падение в промышленном производстве, транспортной сфере и торговле во многом связано с последствиями пандемии, но не только с ними: снижение показателей в масштабах страны было бы значительно меньшим, если бы не сокращение внешней торговли нефтепродуктами и не падение экспортных цен на калийные удобрения.

Некоторые отрасли из-за своей специфики, наоборот, в период коронакризиса стали чувствовать себя увереннее. Так, производство основных фармацевтических продуктов и фармацевтических препаратов увеличилось в январе-сентябре 2020 г. по отношению к аналогичному прошлогоднему периоду на 11,6%. Некоторые предприятия переориентировались: легпром начал производить медицинские маски, ликероводочные заводы – антисептики, что также несколько снизило темпы падения в промышленности.

Анализируя меры, предпринятые властями в части поддержки экономики в связи с COVID-19, в SATIO пришли к выводу об их низкой эффективности из-за незначительного размера поддержки в расчете на организацию и незначительного охвата ими бизнеса.

Более 80% компаний оценили предпринятые государством меры как неверные и недостаточные. По мнению участников исследования, наиболее эффективными инструментами экономической поддержки стали бы рассрочка или снижение налогов (34% опрошенных) и взносов в ФСЗН (25%), а также упрощение доступа к финансированию (24%).

Ряд решений касался распределения курсовых разниц на будущие периоды, смягчения требований к банкам со стороны НБРБ (в части директивного кредитования госсектора), поддержки экспортеров. Также госорганизациям была предоставлена рассрочка по перечислению дивидендов в бюджет. Таким образом, меры были направлены в основном на поддержку государственного бизнеса, а в частном секторе организации получали незначительные средства либо же справлялись с последствиями COVID-19 самостоятельно.

 

«Удаленка»: и легко, и сложно

Авторы исследования отмечают значительное влияние пандемии в целом на рынок труда в Беларуси, несмотря на то, что жесткие карантинные меры у нас не вводились. В частности, с марта по май 2020 г. наблюдалось сокращение спроса на рабочую силу (количество уволенных значительно превышало количество принятых на работу, число вакансий служб занятости в мае сократилось до 72 тыс., тогда как в апреле составляло 86 тыс.).

Отношение количества принятых на работу к уволенным последовательно сократилось со 102% в феврале до 78% в мае 2020 г. С июня наблюдалось определенное восстановление: в целом за период июнь–сентябрь на работу было принято уже больше людей, чем уволено.

Более всего в этом плане пострадали сферы образования, а также творчества, спорта и развлечений (отношение принятых на работу к уволенным за март-май составило 45% и 37% соответственно). Потери наблюдались и в секторе услуг (временное проживание и питание, здравоохранение), транспортной деятельности.

Также по итогам апреля увеличились потери рабочего времени из-за неполной занятости и простоя: согласно данным Минтруда и соцзащиты, показатель вынужденной неполной занятости тогда вырос в 4,3 раза по сравнению с аналогичным периодом 2019 г., в 4,7 раза возросло количество работников, находящихся в простое. В то же время механизм установления неполного рабочего дня позволял сохранить за человеком рабочее место и его социальные гарантии.

Но ситуация стабилизировалась достаточно быстро. И, как отмечают авторы, вынужденный ускоренный переход на удаленную занятость и связанное с этим быстрое внедрение цифровых технологий стало одним из неожиданных положительных эффектов пандемии как для бизнеса, так и для населения в целом.

Хотя и здесь есть нюансы. Согласно опросу SATIO, в ноябре 2020 г. 2,6% респондентов полностью работали удаленно, 10,8% – частично. При этом у большей части, по их же признаниям, возникли сложности, связанные с невозможностью сосредоточиться, мотивировать себя и не отвлекаться на бытовые и семейные вопросы, а также с рабочим временем.

 

А как у них?

Материалы с оценкой влияния пандемии на мировую экономику обнародовал Международный валютный фонд. 2020 год с падением основных показателей завершили 90% стран, что является худшим показателем в мирное время (по данным Белстата, напомним, ВВП в прошлом году снизился на 0,9%).

Но последствия могли быть ощутимее, если бы не «согласованные действия центробанков и финансовых властей». В частности, власти стран ЕС обеспечили масштабную фискальную поддержку – более 3 трлн EUR для компаний и домашних хозяйств. По оценкам МВФ, благодаря этому в ЕС удалось сохранить занятость более 54 млн человек.

По линии фонда для преодоления последствий COVID-19 85 государствам выделено более 100 млрд USD.

Беларусь также запрашивала «быстрый кредит» у МВФ на 940 млн USD, но стороны так и не смогли договориться о его выделении. Официальная формулировка финансового института: «не нашли способов преодолеть существенные разногласия в отношении надлежащих мер реагирования на нынешние трудности». Не стоит исключать, что причиной мягкого отказа могло быть не только отсутствие многих общепринятых противоэпидемиологических мер в стране, но и развитие внутриполитической ситуации во второй половине 2020 г.

Тем не менее в МВФ считают, что 2021 год станет годом восстановления. Эксперты фонда прогнозируют рост мировой экономики в текущем году на 5,5% (официальный прогноз белорусских властей предполагает увеличение ВВП на 1,8%).

Одновременно аналитики фонда среди новых вызовов, характерных для нынешнего года, называют рост неравенства между странами и социального неравенства внутри стран. При этом, уверены в МВФ, для преодоления кризиса поддержка предприятий и домохозяйств не должна прекращаться.

Использование материала без разрешения редакции запрещено. За разрешением обращаться на op@neg.by

Автор публикации: Алексей АЛЕКСАНДРОВ


***
Макроэкономика: рубрики
Важно
Мы в соцсетях
Архивы «ЭГ»
Подборки
Полезное