$

2.1431 руб.

2.4151 руб.

Р (100)

3.1746 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Факты, комментарии

Как укрепить национальную экономику?

26.01.2007

Правительство и Президент заявляют о незыблемости планов и прогнозов как на год, так и на пятилетку. Выросшие цены на энергоносители этому помешать не должны, утверждают чиновники самого высокого ранга. Правда, признают, что кое-какие изменения в путях достижения целей могут быть. На первый план выходят прагматизм, рационализм и точность. При этом руководство страны обещает поддерживать все перспективные проекты. «Президент Беларуси Александр Лукашенко поставил правительству задачу обеспечить прирост иностранных инвестиций и поддержал предложения об усилении роли частного бизнеса в экономике страны», — пишет Интерфакс.

Мнение государственных аналитиков в какой-то мере разделяют и независимые эксперты. Помимо заявлений, что все будет хорошо, имеются у них и свои предложения по поводу того, как сделать, чтобы белорусская экономика смогла безболезненно перейти на рыночные цены на энергоносители, чтобы не пострадали при этом кооперационные российско-белорусские связи. «ЭГ» приводит мнения экспертов, высказанные ими на разных мероприятиях, но по одному и актуальному вопросу: как не потерять то, что есть, и укрепить национальную экономику.

Доктор экономических наук Станислав БОГДАНКЕВИЧ:

«У нас есть крупный задел»

Чтобы увидеть перспективу, необходимо оценить ситуацию, которая есть на сегодняшний день. Какая наша экономика? Здорова ли она? Насколько повышение цен на энергоносители усложнит внутреннюю экономическую ситуацию?

Если посмотреть статистику, то мы видим, что на макроуровне в целом по стране экономика развивается вполне успешно. За прошлый год ВВП составил 37 млрд. USD и по сравнению с 2005 г. увеличился на 7 млрд. USD. Впечатляет рост инвестиций — 31%, или почти 9 млрд. USD в объемных показателях, а это 24% к ВВП. Инфляция сократилась до уровня менее 7%, рост производительности труда — 9,7%, среднемесячная заработная плата достигла в прошлом году 273 USD. Срочные вклады приросли еще на 43% и достигли 2,9 млрд. USD. Профицит бюджета — 2,2 трлн. Br, более 1 млрд. золотовалютных резервов, которые не позволят допустить обвала рубля.

То есть у нас есть крупный задел в экономике и никакие цены не грозят немедленным обвалом. Разумеется, есть и другая сторона медали, которая свидетельствует о болезни нашей экономики. Это дефицит в торговле товарами почти 2 млрд. USD, задолженность банкам выросла на 52% в условиях, когда ВВП — на 10%. За год внешний долг увеличился на 1 млрд. 200 млн. и достиг 6,4 млрд. USD, что тоже слишком много при росте внутреннего долга на 52%.

Тем не менее, на мой взгляд, трудности текущего года вполне посильны для экономики Беларуси в сложившихся условиях. Для понимания ситуации нам необходимо помнить, что рост цен — это не временное явление, а значит и сегодня решения должны быть стратегическими. Цены на энергоносители будут расти. Россия вступает в ВТО и должна перейти на рыночные отношения и внутри страны, и тем более в отношениях с соседями. При разумной политике население действительно может не почувствовать тех проблем, которые сегодня наметились.

Что же можно сделать? Например, привлечь извне инвестиции в размере 2 млрд. USD. Еще один резерв — низкий уровень задолженности правительства по внешним займам. Долг 500-700 млн. USD — незначительный, и он свидетельствует о кредитоспособности страны. Беларусь способна получить кредиты и в России, и на Западе. Ну и, конечно, нужны реформы. Если реформирования экономики не будет, если не поступят ресурсы в страну, это создаст серьезнейшие проблемы для белорусской экономики.

Первый секретарь посольства РФ в Беларуси Андрей КУЗНЕЦОВ:

«Не только топливно-энергетический сектор определяет наши отношения»

Мы много говорим о строительстве Союзного государства, но на самом-то деле не живем ни в каком едином государстве. Более того, налицо разновекторность нашего движения.

Так, в российской экономике доля частного сектора составляет 70%, а государственного 30%, в Беларуси — наоборот. У стран, декларирующих стремление к единому экономическому пространству, разное налоговое, таможенное и др. законодательства, соответственно бизнесы стран вынуждены играть по разным правилам. Расходятся и позиции правительств по внешнеэкономическим вопросам. Беларусь предлагает в рамках Союзного государства защищать общими усилиями рынки от продукции третьих стран. В то время как Россия намерена выходить на эти рынки и завоевывать их своей продукцией.

Российский капитал мог бы в большей степени присутствовать в Беларуси, но предприятиям здесь «навешивают» такой социальный груз, что хозяйственная деятельность становится не только не прибыльной, но зачастую даже убыточной. По мнению российских инвесторов, в Беларуси чрезвычайно зарегулирован рынок труда, существует слишком много ограничений для бизнеса, искусственно сдерживается безработица. Нас настораживает, что сотрудничество складывается только между крупными предприятиями. Малые же не идут на контакт. Наши предложения встречают непонимание.

Мы не дошли до формирования равных условий. Это данность, с которой необходимо считаться. Имеющуюся между двумя нашими странами ступень интеграции можно оценить как низкую. Мы сотрудничаем на уровне простого товарообмена. Что же касается более перспективного в настоящее время сотрудничества в сфере высоких технологий, то здесь мы не представляем друг для друга никакой ценности. Россия и Беларусь находятся примерно на одном технологическом уровне и являются импортерами высоких технологий.

Теряет от отсутствия более тесного сотрудничества в первую очередь белорусская экономика. Норма прибыльности белорусского производителя на российском рынке имеет тренд падения, а российского на белорусском — роста.

Несмотря на это сотрудничество между странами-соседками могло бы быть более плодотворным. Есть много точек соприкосновения, где мы могли бы взаимодействовать, но неизбежно возникает вопрос собственности: «Кому будет принадлежать конечный продукт?», «Как будет делиться прибыль?».

Тем не менее нужно искать пути, чтобы двигаться вперед. Уверен, что не только топливно-энергетический сектор определяет наши отношения.

Доктор экономических наук Александр КОВТУНЕНКО:

«Жизнь подсказывает»

За годы независимости Беларуси не удалось создать научно-технологический производственный потенциал, который бы позволил расширять рынки сбыта. Более того, имеющаяся база ставит под вопрос даже возможность сохранить наши позиции по отношению к российским производителям.

Для белорусской модели экономического развития характерна высокая доля государственных расходов в ВВП. И хотя на 2007 г. планируется снижение этого показателя до 45,4%, мы остаемся в компании таких благополучных и сытых стран, как Швеция (53,9%), Франция (51,2%), Дания (51,3%). Даже у них при большом государственном регулировании возникают определенные сложности. В то же время в тех странах, которые демонстрируют активное развитие, а это Корея, Ирландия и др., доля государственных расходов не превышает 30%.

Как же у нас перераспределяются централизуемые средства? В 2007 г. запланировано только адресно направить 870 млн. USD субъектам хозяйствования, что составляет 6% консолидированного бюджета. Среди получателей этих средств в основном наши флагманы — МТЗ, МАЗ и др. В то же время, если сопоставить эту сумму с размером средств, которые требуются для серьезного техперевооружения, то окажется, что сумма-то эта сама по себе несущественная. В лучшем случае ее хватит на модернизацию отдельных переделов. Ведь только одному тракторному нужно порядка 300 млн. USD, Горизонту — 150 млн. USD и т. д.

Не так давно принята Программа развития радиоэлектронной промышленности на 2006-2010 гг. В нее включены ранее благополучные оборонные предприятия, которые должны обеспечить инновационность белорусской экономики. Между тем средства, которые предполагается затратить на ее реализацию, тоже незначительны (таблица 1). Правда, и отдача ожидается небольшая — прирост продукции на рубль инвестиций — 8-12 коп.

Хороший прирост должна продемонстрировать телевизионная техника — 5,3 коп. на рубль, хотя средств в телевизионные системы и отображения информации вкладывается гораздо меньше. Правда, если учесть, что на каждом телевизоре «Горизонт» предприятие имеет убыток порядка 150 USD и мы при этом продолжаем их активно поставлять на российский рынок, то смысл капиталовложений, хоть и небольших, становится проблематичным. Их явно не хватит для обеспечения конкурентоспособности на российском рынке после открытия границ для зарубежных производителей.

На науку мы тоже можем потратить мало. В 2007 г. это всего 159 млн. USD. Отраслевые инновационные фонды составляют лишь 98,6 млн. USD.

Очевидно, что у нас нет средств, чтобы сохранять производство в том виде, в котором оно было раньше. Тем не менее мы продолжаем держать эти предприятия, пролонгируя их жизнедеятельность скромными дотациями. С такими реалиями сложно говорить о формировании инновационной экономики. Это что касается объекта модели.

Не лучше обстоит дело с развитием субъекта модели. Проводимая политика не формирует у белорусов навыков предпринимательской деятельности. Мы не стимулируем кадры к тому, чтобы они думали не только об окладе, а продолжаем централизованно увеличивать повременную оплату труда. Не развивается инфраструктура. Руководители не стремятся заниматься маркетингом, осваивать новые методы хозяйствования.

Слабость проводимой политики и в том, что государство не способствует развитию малого и среднего бизнеса, его инфраструктуры. В 2007 г. на фонд финансовой поддержки предпринимательства выделено только 79,7 тыс. USD…

Все свои усилия мы сосредоточили на сохранении промышленности и той структуры хозяйства, которая осталась с прежних времен, и не стремимся развивать сферу услуг. В то время как эта сфера дает в 2 раза больше добавленной стоимости, чем промышленность. Мы продолжаем активно дотировать сельское хозяйство. В 2007 г., например, этому сектору будет выделено 1 млрд. 640 млн. USD, а это 9,8% бюджета. При этом товарной продукции будет получено на 2 млрд. 421 млн. USD. Если же «снять» бюджетные и другие дотации, то окажется, что мы получаем на это вложение товарной продукции всего на 330 тыс. USD. И это еще без учета затрат тех средств, которыми располагают сами хозяйства. Мы продолжаем наращивать экспорт продовольствия в Россию, игнорируя экономику (таблица 2).

Вместе с тем на развитие отраслей сферы услуг, которые могли бы дать хороший добавленный продукт, допустим, образование, здравоохранение, бюджет выделяет 76,4 и 15 млн. USD соответственно.

Избранный путь развития не позволил нам вписаться в систему мирового разделения труда и организовать полноценные кооперационные связи даже с Россией. Невозможно создать ни ФПГ, ни объединения, поскольку в России другая структура экономики. Как частному капиталу вступать в альянс с госпредприятиями?

Очевидно, что изменение условий хозяйствования требует корректировки осуществляемой в республике экономической политики. Мы должны перестать сохранять неэффективно работающие предприятия, отказаться от практики «спасать» их от инвесторов, предоставить больше экономической свободы субъектам хозяйствования, дать дорогу малому бизнесу, который «поглотит» высвободившуюся с промышленных предприятий рабочую силу. Без принятия настойчиво подсказываемых жизнью мер Беларусь не сможет обеспечить адекватное другим постсоветским государствам социально-экономическое развитие.