$

2.1449 руб.

2.4102 руб.

Р (100)

3.1690 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ГОТОВНОСТЬ К ПРОГРЕССУ©

17.07.2015

в переговорах и реформах

Белорусские власти и миссия МВФ, работавшая в Минске 8–15 июля, не смогли согласовать ключевые условия новой кредитной программы. За обтекаемыми фразами итогового сообщения фонда явственно просматривается камень преткновения — нежелание властей республики гарантировать проведение реальных рыночных реформ, которые являются основным условием сотрудничества.

Опубликованный фондом пресс-релиз предельно лаконичен. Целью визита стало обсуждение политики властей Республики Беларусь и планов реформ, а также изучение возможности реализации программы МВФ в их поддержку. Группа экспертов провела конструктивные переговоры с властями Республики Беларусь о достигнутом прогрессе в реализации политики и планировании по важнейшим направлениям, в том числе и в области структурных реформ. Эксперты МВФ и власти Республики Беларусь договорились продолжить диалог по ключевым существенным и техническим вопросам, которые необходимо доработать для того, чтобы обеспечить подготовку программы. При условии, что в данной работе будет достигнут достаточный прогресс, визит миссии для проведения официальных переговоров по программе может быть запланирован позже в этом году.

Таким образом, чтобы продолжить переговоры о новой кредитной программе на сумму около 3,5 млрд. USD, придется представить МВФ более убедительные аргументы, чем те, которыми запаслись власти республики. Ранее сотрудники фонда заявляли, что Беларусь может получить новый кредит только в случае готовности двигаться по пути глубоких реформ, направленных на повышение эффективности национальной экономики. При этом обнаружилось некоторое расхождение между Минском и фондом в понимании содержания реформ и готовности к ним.

Еще весной правительство Беларуси при поддержке Всемирного банка подготовило и передало МВФ «дорожную карту» по структурному реформированию экономики. В ней декларировалось намерение сократить финансирования госпрограмм, сократить объемы директивного кредитования, перейти к распределению ресурсов на рыночных условиях, реформировать госпредприятия, пересмотреть политику занятости и социальной защиты населения, включая повышение пособий по безработице, и ряд других мер. Некоторые из них одновременно закреплены в проекте Основных направлений социально-экономического развития на 2016– 2020 гг., а иные заимствованы из меморандума, подписанного в 2009 г. при получении кредита stаnd-by. Однако, по имеющейся скудной информации, МВФ не устраивает, что «дорожная карта» представляет собой скорее перечень нормативных актов, которые неясно когда и в каком виде будут приняты, чем конкретный план действий. Кроме того, на реализацию некоторых мер отводится слишком много времени. Например, реформирование системы поддержки уязвимых слоев населения планируется осуществлять в течение 3 лет (2016–2018 гг.), повышение тарифов на ЖКХ — 5 лет (2016–2020 гг.). Таким образом, нарушается один из основных принципов проведения реформ — скорость, которая, как показывает мировая практика, является обязательным условием успешности и необратимости реформ.

Фонд желает видеть ясный и четкий график проведения кардинальных реформ, проводимых в достаточно короткие сроки (в течение 6–18 месяцев). Именно этого белорусские власти стремятся любой ценой избежать — в надежде, что деньги вновь удастся получить под обещания, которые потом можно будет не выполнять. В прошлый раз вовремя восстановившийся российский рынок позволил отказаться от некоторых обязательств под предлогом утраты их актуальности.

ЛЕВЫЕ экономисты обожают ругать МВФ за его реформаторские рецепты, которые, по их мнению, несут развивающимся странам только беды и нищету. При этом старательно замалчивается, что эти рецепты выписываются экономикам, уже доведенным до весьма грустного состояния «уникальными» экспериментами. Более того, многие меры, упомянутые в «дорожной карте», приходится реализовывать уже сейчас, без всяких советов и кредитов МВФ. Например, количество и объемы госпрограмм приходится сокращать не для того, чтобы угодить фонду, а из-за нехватки средств в бюджете. По этой же причине приходится искать пути ликвидации бюджетного и перекрестного субсидирования, отказываться от спасения неэффективных предприятий и отраслей. Правда, для поддержки самых крупных заводов приходится находить ресурсы, поскольку агрессивный рост безработицы может взорвать столь долго удерживаемую стабильность. Но сохранение рабочих мест не позволяет надеяться на существенный рост зарплаты до некогда обещанных средних 500–1000 USD. Опять-таки не по указке МВФ белорусские власти взяли на вооружение тезис опережающего роста производительности труда по сравнению с зарплатой. Но вслед за торможением заработков и сокращением численности занятых тянется обострение финансирования пенсий и пособий. Так что в той или иной форме придется реформировать пенсионную систему, и чем дольше власти пытаются оттянуть этот процесс, тем болезненнее он будет протекать.

Пока правительство Беларуси надеется обойтись без радикальных перемен и построить «полноценную многоукладную экономику» с помощью совершенствования работы госаппарата, повышения эффективности госуправления, разделения функций государства как регулятора и собственника, оптимизации структуры государственных активов, усиления роли министерств в стратегическом развитии отраслей, рыночного доступа к ресурсам на конкурсных условиях независимо от формы собственности. На одном из последних заседаний Совмина было объявлено, что это и есть те структурные реформы, благодаря которым темпы экономического роста Беларуси к концу будущей пятилетки станут выше среднемировых, причем без макроэкономических дисбалансов и накапливания внешних долгов.

ПРОВОДИТЬ подлинные структурные реформы или нет — вопрос преодоления принципиального диалектического противоречия. С одной стороны, чтобы сохранить прежние темпы роста (точнее, попытаться к ним вернуться), нужно существенно повысить эффективность предприятий и экономики в целом.

Привычные административно-командные методы тут бессильны, хотя признаваться в этом власти не хотят. Еще меньше их привлекает рыночная и финансовая западная модель, поскольку она, хоть и высокопроизводительна, но несовместима с нынешней социально-политической системой. Ведь запуская рыночные преобразования, правящая бюрократия неизбежно теряет контроль над экономикой, собственностью, финансовыми и материальными потоками, а следом — большую часть своего влияния. Поэтому широкой приватизации государственного имущества, целью которой (как декларировалось первоначально в 1992—1993 гг.) было бы создание многочисленного класса частных собственников, в Беларуси предпочтительнее считается «точечная». Ее преимущество (с точки зрения чиновников) в том, что отдельные активы передаются узкому кругу лиц, которые, во-первых, готовы хорошо заплатить, а во-вторых, согласны владеть и пользоваться имуществом с целым рядом ограничений. Но в МВФ, по-видимому, хорошо запомнили, как белорусские власти «заболтали» приватизацию во время предыдущего кредита. За чередой обещаний и заведомо неприемлемых условий остался нереализованным даже пилотный проект продажи пяти отнюдь не стратегических предприятий. Между тем в 2010–2013 гг. возможности продажи активов были куда благоприятнее — рынки стран с переходной экономикой казались перспективными. Но у белорусских чиновников не было политической воли, чтобы начать реформирование собственности. Теперь куда меньше шансов на привлечение частных инвесторов для крупных предприятий: западных не устраивают риски и уровень корпоративного управления, российский бизнес потерял доступ к западным кредитам, а свой разорен очередной девальвацией. Впрочем, расставаться власти обещают лишь с теми предприятиями, поддерживать которые уже не в состоянии — да и то по достаточно высоким ценам в сочетании с весьма обременительными обязательствами, которые должен взять на себя инвестор. В остальном приватизация подменяется хитроумным тезисом о разделении функций государства как регулятора и собственника (с сохранением этих функций за государством). Вероятно, в МВФ оценили всю лукавость такой политики, а потому готовы ждать, пока состояние экономики и уровень жизни населения не вернут белорусских чиновников от социалистических фантазий к рыночной реальности.

Леонид ФРИДКИН


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях