$

2.1226 руб.

2.4814 руб.

Р (100)

3.1356 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ГОРИЗОНТЫ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ©

04.09.2012

Новый Закон от 13.07.2012 № 415-З «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон) вступает в силу 25.01.2013 г. Комплексный документ в серьезной сфере уже изучается экономистами, юристами, а также специалистами по антикризисному управлению. Закон призван решить ряд плохо совмещаемых задач: во-первых, закрепить традиционные правила, во-вторых — не противоречить особенностям белорусской экономической модели и, в-третьих, скорректировать формы, способы и методы правового регулирования банкротства в соответствии с современными требованиями.

Елена КОРНУШЕНКО, старший юрист юридической фирмы «Сысуев, Бондарь, Храпуцкий»

С древних времен банкротом признавался неплатежеспособный должник. Как бы ни менялись критерии оценки, общий подход сохранился до наших дней — банкрот всегда устойчиво неплатежеспособен.

Когда-то человек отвечал за свои экономические решения личной свободой не перед государством, а перед кредитором — вплоть до личной свободы. Государство было здесь не экономическим участником, а гарантом законности применяемых к должнику мер в лице судьи (и при необходимости полиции для поиска и поимки должника). Поскольку невозврат долга причинял ущерб, его возмещение чаще всего производилось тем, что должнику приходилось работать на кредитора. Банкротство было инструментом, обеспечивающим стабильность отношений собственности и соответствующую той эпохе эффективность оборота активов.

Позже должника стали заключать в долговую тюрьму, как правило, до тех пор, пока его долги кто-то не погасит, что сопровождалось потерей социального статуса. Так в отношения банкротства стало активно вмешиваться государство и третьи лица, а его механизм начал формироваться как сложная совокупность элементов. Он стал еще сложнее с развитием промышленности и торговли. Должниками стали признаваться не только физические, но и юридические лица. Увеличились возможности должников по сокрытию своей полной несостоятельности через перекредитование у различных кредиторов или по избежанию ответственности путем миграции в другой регион, другую страну или даже на другой континент. Банкротство помогало осваивать новые земли и привлекать в экономический оборот дополнительные ресурсы. Кредиторы стремились защитить свои интересы, система кредитования усложнялась, становились строже уголовные законы, принимались меры по розыску и наказанию должников. Банки и государство стали важными участниками формирования системы регулирования в сфере экономической несостоятельности.

В эпоху глобализации банкротство стало не просто инструментом перераспределения собственности или реструктуризации активов, а превратилось в один из институтов рыночной экономики.

Глобализация экономики, развитие информационных технологий, электронной коммерции и документооборота, возникновение монополий и ужесточение конкуренции привели к тому, что взаимодействие в сфере экономической несостоятельности стало осуществляться с учетом множества ограничений. В разных странах стал формироваться институт банкротства с учетом национальных особенностей. Он кооптирует в себя регулирование банкротства как инструмента, механизма и системы.

За кредитора

или должника

Существуют две системы банкротства. Одна из них — «прокредиторская» — представляет собой систему, целью которой является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов. При этом интересы должника могут существенно или полностью не приниматься во внимание, причем обеспечивается быстрая ликвидация должника и жесткий контроль за сохранностью его активов. Такая модель присуща практически всем европейским странам, за исключением Франции.

«Продолжниковская» система (США, Франция) позволяет должнику, попавшему в тяжелое финансовое положение, освободиться от долгов и получить возможность нового старта. Суды принимают решения, не заботясь об интересах кредиторов, которые вынуждены подстраиваться под условия, предлагаемые судом в целях восстановления платежеспособности должника. Эта система либо вообще не допускает продажу бизнеса на ранних этапах банкротства, либо оговаривает условия, направленные на соблюдение интересов должника.

Каждая из моделей имеет свои плюсы и минусы. Но сам факт такой дифференциации говорит о том, что нельзя стандартно и упрощенно подходить к решению проблем в сфере экономической несостоятельности, просто заимствуя какую-то модель. Зарубежный опыт следует адаптировать с учетом национальных особенностей развития экономики.

Выбор модели

В отечественном Законе, с одной стороны, соблюден баланс интересов участников дела о банкротстве. Однако имеется крен в сторону защиты интересов «особенных» должников. Наибольшую защищенность от применения процедур банкротства получили естественные монополисты, режимные организации, государственные предприятия, особенно имеющие оборонное значение, или стратегически значимые. К этим субъектам хозяйствования применяются только меры по предупреждению экономической несостоятельности (банкротства). Такая защита распространяется фактически на все валообразующие предприятия, на которые приходится более четверти ВВП страны.

Поэтому регулирование в сфере экономической несостоятельности в Беларуси носит ограниченно-рыночный характер.

Такой подход, на наш взгляд, имеет положительную сторону: обеспечивается стабильность и поступательное, пусть и неспешное, развитие. Государство позиционирует себя как сильного участника в решении кризисных вопросов. Прямой запрет на применения процедур банкротства к значимым организациям — это четкий сигнал о том, что криминального передела собственности, в т.ч. использования банкротства как инструмента для разорения конкурентов, государство не допустит. Но есть и отрицательная сторона: риск излишних инвестиций в неэффективных должников, что может тормозить развитие экономики и не позволит своевременно принять сигналы о снижении конкурентоспособности на микро- и макроуровне.

Понятно, что столь осторожный подход в регулировании банкротства характерен для социальной направленности белорусской экономической модели. Он призван допустить нестабильность, возникающую в результате устранения государства от участия в решении проблем значимых организаций, отказа от системного подхода в регулировании проблем в сфере экономической несостоятельности. Оправдано ли такое недоверие к рыночным механизмам, в т.ч. и к механизму банкротства?

Что нельзя

доверить рынку

Считается, что «недостаточная рыночность» снижает качество применения процедур банкротства, замедляет или вообще не допускает уход с рынка неэффективных предприятий. Часть экспертов полагают, что необходимо снять имеющиеся ограничения в отношении «особенных» должников — рынок все расставит на свои места.

На наш взгляд, это спорная точка зрения. Все виды рынков (ресурсов, труда, финансов) в любой стране испытывают деформирующее влияние глобализации. Кризис, начавшийся в 2008 г., дал возможность наблюдать фиаско рынка, который оказался не способен обеспечить выбор наиболее эффективных вариантов решения экономических проблем. Процесс временный, но он весьма показателен. Правительства стран с развитой рыночной экономикой для преодоления последствий кризиса вынуждены были прибегать к «ползучей национализации», предоставляя господдержку в обмен на акции спасаемых компаний. Результаты этих действий до сих пор неясны. Но очевидно, что регулирующая роль государства в этих странах возросла, а его влияние на решение экономических проблем усиливается.

Существует мнение, что рыночные подходы не могут быть универсальными, поскольку на рынке господствуют в основном краткосрочные интересы. Это подтверждается и ситуацией в Евросоюзе. Безусловно, его новые члены обеспечили небывало быстрое расширение рынков продукции, товаров, услуг и трудовых ресурсов. Но остальные виды ресурсов в сопоставимом объеме для развития не поступали. В итоге возник ряд проблем, нерешенность которых грозит банкротством государств.

Банкротство государств

Неплатежеспособность государств встречается не столь уж редко. Вспомним про российский дефолт в 1998 г., аргентинский в 2002-м, Ньюфаундленда — в 1949-м и т.д. Сегодня некоторые считают, что банкротство государств и компаний ничем по своей сути не отличается. Более того, оно служит не только борьбе с будущими кризисами, но и способствует установлению контроля за государственным долгом и осторожности игроков финансовых рынков.

Безусловно, ситуация в ЕС и порожденные ею угрозы позволяют сделать однозначный вывод: чрезмерная незаслуженная доступность ресурсов, несвоевременное реагирование на экономические ошибки снижают конкурентоспособность любого экономического агента — как малых фирм, так и транснациональных корпораций и даже государств. В этом смысле Закон потребует скорого совершенствования в части обеспечения более эффективного использования всех видов ресурсов значимыми субъектами хозяйствования, защищенными от банкротства.

Интеграция против банкротства

Беларусь является участницей экономических межгосударственных союзов, что предусматривает унификацию законодательства, в т.ч. в сфере экономической несостоятельности. Поэтому нелишним будет познакомиться с законодательством о банкротстве в России, где уделяется большое значение вопросам работы саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. Их деятельность строится на несколько иных принципах, чем у нас. В частности, именно саморегулируемые организации вырабатывают правила деятельности управляющих, осуществляют контроль и т.п. Еще одно существенное отличие — в российском законе предусмотрено банкротство физических лиц. Правда, эта норма пока имеет формальный характер, поскольку требуется отдельный закон, регулирующий вопросы банкротства граждан, который может быть принят в 2013 г. Есть также необходимость урегулировать вопросы трансграничного банкротства.

Можно предположить, что в этих направлениях будет совершенствоваться и наше законодательство.

Принятие нового Закона — безусловный шаг вперед в регулировании данной сферы и в дальнейшем формировании института банкротства в соответствии с требованиями времени. Закон несет в себе мощный антирейдерский заряд, что, несомненно, положительно скажется на практике. Но уже сейчас очевидно, что ряд вопросов не урегулирован вообще либо урегулирован в недостаточной степени.

В частности, должна получить развитие норма о возможности привлечения инвесторов в ходе досудебного оздоровления (ст. 17 Закона). Простого упоминания о такой мере по предупреждению экономической несостоятельности явно недостаточно. В целом не хватает и нормативного закрепления формирования инфраструктуры в применении процедур банкротства. Первые шаги здесь сделаны, но нужно принять во внимание стремительное развитие информационных технологий и фактор глобализации. Важно услышать эти сигналы и оперативно на них отреагировать.

(Продолжение темы на с. 2–16 Информбанка)


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях