$

2.0788 руб.

2.4500 руб.

Р (100)

3.1389 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Исследования

Глаза боятся, а руки делают©

15.12.2015

Объем нелегальных доходов в нашей стране составляет около 33% ВВП, а нелегальных покупок граждан – примерно 4,9% ВВП. К таким выводам пришли аналитики Белорусского института стратегических исследований (BISS) в работе «Теневая экономика Беларуси в региональной перспективе».

Исследовательский консорциум с участием BISS, работавший в мае–июне 2015 г. под руководством Литовского института свободного рынка в странах Балтии, Польше, Швеции и Беларуси, провел опрос общественного мнения о восприятии теневой экономики и вовлечении в нее граждан. При этом под теневой экономикой авторы исследования понимают рыночное производство законных товаров и услуг, которые намеренно скрываются от государственных органов ради уклонения от уплаты налогов и взносов на социальное страхование, от соблюдения требований трудового и иного законодательства. В основном рассматривались лишь те легальные, но не регистрируемые виды деятельности, которые могли бы учитываться при расчете валового национального продукта.

ПО МНЕНИЮ авторов исследования, теневой сектор является производным от качества регулирования в экономике. А потому борьба с ним должна заключаться не столько в «ампутации» проблемных зон, сколько в создании благоприятных законодательных условий для легализации деятельности.

Рост теневой экономики стимулируют 4 «драйвера»:

– налоговое бремя и размер социальных отчислений;

– «налоговая мораль» (осознание морального долга перед обществом платить все налоги);

– качество государственных институтов;

– интенсивность регулирования.

При этом чем больше административных и технических барьеров, чем они сложнее, тем выше транзакционные издержки экономически активных субъектов и стимулы работать «в тени».

Белорусская экономическая модель с высокой централизацией управления, значительной долей госпредприятий, наличием мягких бюджетных ограничений и субсидирования отличается от стран, с которыми проводилось сравнение. «Фискальный контракт» – «налоги в обмен на представление интересов», по мнению авторов исследования, у нас менее эффективен. Государство, имеющее самостоятельные неналоговые источники доходов (разнообразные ренты), является скорее донором побочных платежей населению и в меньшей степени перераспределяет налоговые поступления.

Согласно исследованию страха быть уличенными в нелегальной деятельности у белорусов гораздо больше, чем в соседних странах. Например, 46% белорусских респондентов считают вероятность быть пойманными в работе без официального трудоустройства или получении зарплаты «в конверте» высоким или очень высоким, тогда как в Польше – всего 32%, Латвии – 39% Эстонии – 41%, Литве – 43%. Правда, в Швеции этого боятся 63% респондентов, но там действует несколько иная мотивация. Интересно, что у нас те, кто имеет опыт занятности в «серой» экономике, оценивают риск наказания, как очень низкий.

Вероятность быть пойманным, покупая что-либо у продавца, который не регистрирует продажу или не платит налоги, 53% белорусских респондентов оценили как низкую или очень низкую, а 46% – как высокую или очень высокую. Для сравнения в Польше такие оценки распределились в соотношении 42 к 24%, Литве – 21 к 33%, а Швеции – 71 к 14%. Покупку в легальных магазинах с оплатой «мимо кассы» у нас готовы оправдать 38% участников опроса.

В то же время если в Беларуси половина респондентов оценили наказание за «работу в тени» как суровое, а за нелегальные покупки – 54% назвали его мягким,  то в Польше – 41 и 48%, Литве – 56 и 37%, в Швеции – 27 и 36% соответственно. Зато у нас 40% опрошенных оправдывают нелегальные заработки, а 51% – частичную выплату зарплаты «в конверте», тогда как в Польше с этим готовы мириться 39 и 32% респондентов, Литве – 24 и 43%, Латвии – 42 и 58%, Эстонии – 23 и 34%.

ДЛЯ белорусов оправданием обращения на теневой рынок чаще всего служат легкодоступность предлагаемых там товаров и услуг и невозможность найти их в легальном доступе. А вот цена, как ни странно, значимым стимулом здесь не названа. Оказалось, что белорусы тратят на теневые покупки всего 59 EUR в месяц на домохозяйство. При этом 17% отечественных респондентов признались, что иногда (до 10 раз в год) или регулярно (более 10 раз в год) совершают покупки и не получают чек от продавца, а 12% опрошенных – у нелегальных продавцов.

В Беларуси чаще всего нелегально оплачиваются одежда (46%), продукты питания (25%), транспортные услуги (20%), ремонт/сервис автомобилей (18%), бытовая техника, гаджеты, аудио- и видеотехника (15%), ремонт и строительство (13%), стройматериалы (10%) и аренда недвижимости (10%). Одновременно 9% участников опроса практикуют теневую занятость, а 29% знают, что в ней участвуют их друзья и знакомые. Наиболее популярны на нелегальном рынке труда, как у нас, так и в сопоставляемых странах, строительство и ремонт (48%), оптовая и розничная торговля (29%), ремонт/сервис автомобилей (22%), транспорт и логистика (14%). Структура секторов в данном исследовании схожа во всех странах.

ИНТЕРЕСНО, что белорусы наравне с поляками являются лидерами по признанию в нелегальной деятельности. Так, из признавшихся 50% когда-либо работали без соответствующего контракта/договора и получали всю зарплату «в конверте», 32% получали таким образом часть заработка, а 20% работали на себя, не декларируя весь доход или его часть. При этом на работу «в тени» наши респонденты отводят примерно 17% своего времени, а в среднем ежемесячный доход в этой сфере приносит 294 EUR на человека.

Мотивируют граждан к нелегальному трудоустройству низкие заработки и высокие налоги, отмечают авторы исследования. При этом такие настроения более всего характерны для наименее социально защищенных групп, особенно в сельской местности и среди молодежи, причем последняя обычно сохраняет такую привычку и в более зрелом возрасте. Утешает, что молодые люди менее склонны незаконно приобретать товары и услуги. Это дает возможность предположить, что эта практика станет когда-нибудь менее распространенной. Впрочем, потребители зачастую просто не знают, легально ли работает их поставщик, или вообще мало этим интересуются. Даже наиболее экономически активные и опытные люди склонны недооценивать вероятность выявления государственными органами незаконной деятельности, что еще больше стимулирует развитие теневой экономики. Другим важным ее драйвером является достаточно высокий уровень оправдания (восприятия как нормальной) не декларируемой экономической деятельности в нашей стране, не говоря уже о том, что предыдущий опыт участия в теневой деятельности также служит для ее существования стимулом.

СОГЛАСНО исследованию Беларусь опережает сопоставляемые страны по объемам теневой занятости и нелегальных покупок. При этом наши граждане вполне понимают риски разоблачения и тяжесть наказания, но это не отвращает их от теневого оборота наиболее распространенных потребительских товаров и услуг.

Хотя теневая экономика вредит государству, она создает экономическую стоимость, а потому служит населению существенным подспорьем для выживания в стагнирующей белорусской экономике, компенсируя издержки, связанные с установленными государством барьерами, и недостатки существующей модели перераспределения ресурсов. Поэтому в борьбе с теневой экономикой успех могут принести скорее снижение барьеров для бизнеса и нормализация деловой среды (налоговая реформа, дерегулирование ряда видов деятельности и т.д.), а также уменьшение цен и повышение доходов, чем ужесточение санкций и контроля. Изменение отношения граждан к теневой деятельности, вероятнее всего, произойдет, когда государство станет более открытым в том, что касается распределения бюджетов, повысит качество государственных услуг и попробует сделать налогоплательщиков партнерами, а не донорами денег.

Оксана КУЗНЕЦОВА

 

. От редакции

Результаты исследования, проведенного BISS, наглядно демонстрируют, что значительная часть белорусского общества весьма толерантно относится к различным проявлениям теневой экономики. Во многом это объясняется тем, что кое-кто сам не прочь получить левый заработок, а потому вполне снисходителен к аналогичным попыткам своих сограждан. Поэтому надежды властей победить, скажем, «зарплаты в конвертах» с помощью сообщений работников, как запланировано в знаменитом проекте указа, могут оказаться куда менее эффективными, чем ожидается.

С другой стороны, масштабы нелегальных приработков, судя по данным исследования, довольно скромны. Правда, по мнению некоторых экспертов, они могут быть гораздо выше, особенно, если приплюсовать к ним коррупцию. Конечно, это явление тоже существует, но подобные предположения пока не подтверждены соответствующими фактами и расчетами.

Как считает председатель Белорусского союза налогоплательщиков Анатолий Труханович, скромная доля теневого сектора в нашей стране отчасти объясняется доминированием государства в экономике. На государственных промышленных и сельскохозяйственных предприятиях хищения, вывод активов и другие нарушения если и случаются, то их суммы относительно невелики по сравнению с общим объемом. Скрывать выручку и заниматься нелегальной деятельностью по-крупному довольно рискованно при действующих в Беларуси законах и системе государственного контроля. Об этом свидетельствуют и «резонансные» дела, о которых сообщают пресс-службы правоохранительных и контролирующих органов. Как правило, здесь фигурируют суммы в несколько десятков или, реже, сотен тысяч долларов – более чем скромно по сравнению с миллионными и миллиардными махинациями, встречающимися в других странах. Это не значит, что в Беларуси теневой сектор так мал, что на него можно не обращать внимания.

Но его существование вызвано, прежде всего, слишком высокими издержками ведения легального бизнеса, а потому никакими санкциями положение не исправишь. К тому же именно теневые заработки помогают многим гражданам с низкими доходами свести концы с концами. В свою очередь, даже незаконно полученные средства все равно вливаются в легальный оборот, способствуя росту рынков товаров и услуг. Поэтому лучше некоторая доля теневой экономики, чем вообще никакой, полагает А.Труханович.

Серьезным сдерживающим фактором являются санкции за незаконный бизнес. Так, согласно п. 1-1 ст. 12.7 КоАП предпринимательская деятельность, осуществляемая без государственной регистрации либо без госрегистрации и специального разрешения (лицензии), когда оно обязательно, если в этом деянии нет состава преступления, влечет наложение штрафа в размере до 100 базовых величин (БВ) с конфискацией предметов административного правонарушения, орудий и средств его совершения, а также дохода, полученного в результате такой деятельности, или без конфискации. Незаконная предпринимательская деятельность, сопряженная с получением дохода в крупном размере (1000 БВ и более), наказывается согласно ст. 233 УК штрафом, или лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, или арестом, или ограничением свободы на срок до 2 лет, или лишением свободы на срок до 3 лет со штрафом или без штрафа, а в особо крупном (2500 БВ и более) – штрафом, или ограничением свободы на срок до 5 лет, или лишением свободы на срок до 5 лет со штрафом или без штрафа и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью или без лишения.

Тем временем

По официальным данным МВД РФ, средний размер взятки в России в январе-октябре 2015 г. составил 172 900 RUB, что почти на 35 тыс. меньше, чем годом ранее.

За 10 месяцев т.г. российские правоохранители возбудили 5800 уголовных дел, 600 из которых проходят по статье «взяточничество в особо крупном размере».

Сумма материального ущерба от взяток достигает 39,1 млрд. RUB, но, как уверяют в МВД, большую часть этих средств (31,4 млрд.) удалось вернуть. По статистике, за 2014 г. число обвиняемых во взяточничестве увеличилось на 13%, до 1700 тыс. человек.

По данным одного из российских изданий, в связи с девальвацией чиновники стали брать со своих «клиентов» в 2 раза больше. Например, в 2014 г. средняя сумма взятки достигала 109 тыс. RUB, а в 2015-м – уже 208 тыс. Дело в том, что некоторые политики берут в долларах.