$

2.1226 руб.

2.4814 руб.

Р (100)

3.1356 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Образование

ЕВРОПЕЙСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ЗА БЕЛОРУССКИЕ ДЕНЬГИ©

12.09.2014

В проекте Концепции развития системы бизнес-образования в Республике Беларусь в 2014—2015 гг. и на период до 2020 г. остались препятствия для частного инвестирования в сегмент, не соблюдается принцип равенства всех субъектов рынка. Каковы основные предложения профучастников по развитию системы бизнес-образования, рассказал корреспонденту «ЭГ» учредитель «Бизнес-школы ИПМ» Павел ДАНЕЙКО.

— Павел Владимирович, почему возникла необходимость пересмотреть регулирование рынка бизнес-образования?

— Основная причина — быстрое развитие бизнеса в частном секторе. Минобразования прекрасно справлялось с регулированием сферы образования для взрослых до тех пор, пока основным потребителем оставался государственный сектор, осваивающий бюджетные средства на обучение и повышение квалификации управленческих кадров и специалистов.

Параллельно в стране формировалась уникальная модель бизнеса, отличающая Беларусь от окружающих нас стран. В конце 90-х — начале 2000-х талантливые предприниматели, лишенные возможности участвовать в приватизации, занялись гринфилд-проектами, созданием бизнеса «с нуля». Постепенно у нас сложилась структура частного сектора наподобие шведской или немецкой моделей. Костяк бизнеса — средние экспортно-ориентированные производственные компании, сфокусированные на качестве продукции. Прошедшие за последние 5 лет изменения в бизнес-климате страны (реформа подняла Беларусь в рейтинге Всемирного банка «Ведение бизнеса» (Doing Business)) способствовали росту ритейла, сектора услуг и ИТ-бизнеса.

Сегодня официальная статистика не может дать точную оценку вклада нового частного сектора в ВВП страны. В экспертном сообществе обычно упоминается 30% — это оценка, данная Европейским банком реконструкции и развития почти 5 лет назад. Но по нашим предварительным расчетам, частный сектор формирует почти половину ВВП. Последние опросы бизнеса подтверждают произошедшие изменения в бизнес-климате страны, на первые места актуальных для бизнеса вопросов вышли проблемы, характерные для большинства европейских стран. Одна из основных — это нехватка квалифицированных кадров. Некоторые национальные предприятия уже вынуждены привлекать экспатов, европейских и американских менеджеров. Очевидно, что динамично развивающемуся частному сектору нужна эффективная система бизнес-образования, которую необходимо развивать.

— В частности, и ее структуру? В каком направлении и за счет каких инвестиций?

— Частный сектор готов инвестировать в создание бизнес-школ, в развитие бизнес-образования. Но по законодательству сейчас таким образованием могут заниматься только учреждения образования, т.е. некоммерческие организации, в которых прибыль не распределяется среди учредителей.

Поэтому одна из предложенных нами идей заключалась в том, чтобы разрешить бизнес-школам существовать в любой юридической форме. Это позволит привлечь деньги и стимулирует создание новых бизнес-школ, даст возможность разрабатывать совместные программы с зарубежными бизнес-школами.

— Кто наиболее точно оценивает качество образовательных программ?

— Лучшим «приемщиком» для бизнес-образования является рынок. Для собственника компании обучение персонала — это инвестиции. Соответственно, заказчик вправе ожидать от прошедших обучение сотрудников конкретных действий, направленных на повышение эффективности компании. Иначе интерес к инвестированию в персонал пропадет. Поскольку качество образования уже достаточно хорошо контролирует рынок, логично было бы постепенно отказываться от контроля государства.

— Сейчас субъекты рынка находятся в равных условиях?

— Нет. Лицензию и аккредитацию Минобразования, а соответственно, и некоторые льготы имеет всего одна частная организация — «Бизнес-школа ИПМ». В концепции по-прежнему прослеживается определенная дискриминация организаций, не имеющих аккредитации.

— А по-моему, там как раз и предлагается уравнять всех в правах посредством государственной аккредитации. Не так ли?

— Во всем мире аккредитацию бизнес-школ проводят ассоциации профучастников рынка. К примеру, в России качество бизнес-образования контролирует не Министерство образования и науки, а Российская ассоциация бизнес-образования (РАБО). Кстати, «Бизнес-школа ИПМ» является участником РАБО уже 20 лет. В 2011 г. РАБО инициировала создание Национального аккредитационого совета делового образования (НАСДОБР) — объединения, основу которого составляют ассоциации, представляющие реальный бизнес. На сегодняшний день НАСДОБР передано право аккредитации программ MBА и школ.

В Беларуси две ассоциации профучастников: Ассоциация бизнес-образования (входят Институт бизнеса и менеджмента технологий БГУ, Высшая школа управления и бизнеса БГЭУ) и Ассоциация развития менеджмента, в которую входят частные компании (Бизнес-школа ИПМ, КГ «Здесь и Сейчас», «XXI ВЕК-КОНСАЛТ», ООО «КР-Консалт» и ЧУП «САТИО»). Мы предлагаем создать общественную организацию по аккредитации, в состав которой войдут представители обеих ассоциаций, профессионального и бизнес-сообщества. Пока на первом этапе проекта эта роль отведена Республиканскому совету по аккредитации при Минэкономики.

Эта аккредитация должна соответствовать международным стандартам. Дело в том, что аккредитация — это не только проверка документов, программ, материалов, т.е. определенного объема бумаг. Главная часть процесса — организация глубинных интервью со студентами, встреч с выпускниками и оценка их карьерных успехов, общение с работодателями и оценка ими качества подготовки в той или иной бизнес-школе и др. В западных рейтингах бизнес-школ одним из важных показателей их успешной работы является зарплата выпускников. Один из критериев эффективности — стоимость подготовленных ею кадров на рынке. Это подтверждает качество программы.

— В концепции предусмотрены меры повышения доступности диплома MBA. Этим стоит заниматься?

— Да, это важно. Но с другой стороны, без аккредитации программ MBA можно испортить рынок высшей квалификации. Кстати, в России очень сложное отношение к этому вопросу, поскольку там очень быстро все вузы начали выдавать MBA-дипломы. Обычным делом стало обучение выпускников вузов, которые не имеют практического опыта работы. МВА-программа предназначена для специалистов, имеющих хотя бы 3-летний опыт работы. Аккредитация таких программ нужна, но она должна основываться на международных стандартах (например, стандарт АМВА).

— Преподавательский состав наших вузов формируется по принципу соотношения численности кандидатов наук к числу работников кафедры. Эта схема работает в бизнес-образовании?

— В мировой практике сложились два источника формирования преподавательского состава бизнес-школ. В одном случае большинство составляют люди науки с ученой степенью PhD, как, например, в Гарвардском университете. В другом варианте доминируют практики-бизнесмены с дипломами MBA, как в Международном институте управленческого развития (IMD) в Швейцарии.

У нас академические стандарты высшего образования устанавливает Минобразования. Но надо иметь в виду, что бизнес-образование — это не академическое образование, а профессиональное. Наш клиент должен управлять, а не цитировать теорию. Некоторые бизнес-школы отчисляют даже отличников, если у них нет способности к управлению компанией и коллективом. Занятия в бизнес-школах предполагают обмен опытом, дискуссии, поиск подходов к принятию решений, выбор инструментов для достижения поставленных целей. Понятно, что основную долю преподавателей должны составлять практики с хорошим образованием и опытом применения технологий управления, особенно инновационных.

— В концепции есть замысел сформировать госзаказ на подготовку управленческих кадров, который профинансирует государство. Как вы относитесь к этой идее?

— Не поддерживаю, поскольку опыт показывает, что такого рода действия разрушительны для рынка. Да, у молодых руководителей, начинающих бизнес, нет капитала на обучение. Стремление к личному профессиональному росту поддержало бы льготное кредитование, система стипендий, например, в рамках средств Белорусского фонда финансовой поддержки предпринимателей.

Если обучение финансирует компания, значит, у нее есть определенная цель. Важно предоставить возможность частному бизнесу оплатить необходимые заказы на обучение самостоятельно.

Система повышения квалификации кадров для государственных предприятий создана при профильных министерствах, Академии управления при Президенте. Этого достаточно.

— Минимальные затраты на обучение возможны при дистанционном варианте, но эта форма получения знаний пока у нас не очень популярна. Почему?

— Я бы не сказал, что она непопулярна. Много белорусов учится по российским дистанционным программам либо англоязычным. В нашей стране нет стандартов регулирования этой сферы деятельности. В Кодексе об образовании дистанционное обучение признается видом заочной формы получения образования. Например, бизнес-школа пока не имеет возможности оплатить работу преподавателя, ведущего форум, поскольку попросту нет такого вида работы преподавателя. Понятие дистанционного обучения пора легализовать.
 
Материал подготовила Елена ПЕТРОШЕВИЧ