$

2.1226 руб.

2.4814 руб.

Р (100)

3.1356 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Актуально

ЕСЛИ МЕРЫ ПРИНИМАЮТ, ЗНАЧИТ, ЭТО КОМУ-НИБУДЬ НУЖНО

10.06.2011

Ситуация в экономике Беларуси и пути ее исправления чрезвычайно беспокоят бизнес страны. На заседании Республиканского совета деловых кругов (РСДК), организованном Белорусской научно-промышленной ассоциацией, прозвучали сомнения в эффективности предлагаемых сегодня правительством мер и немало упреков в адрес властей, которые не хотят ни идти на диалог с бизнесом, согласовывать с ним свои действия и решения, ни даже комментировать происходящее.

Представители Нацбанка и аппарата Совмина заседание РСДК проигнорировали. А зря — они могли бы узнать для себя кое-что интересное. Например, что бизнес до сих пор надеется, что положения Директивы № 4 не будут принесены в жертву соблазну решать нынешние проблемы привычными административными методами. Но больше всего предпринимателей беспокоит непонятность планов правительства и Нацбанка по ликвидации валютного кризиса. «Что мешает стабилизировать ситуацию на валютном рынке уже сейчас? Почему правительство и Нацбанк молчат? Могу предположить — им нечего сказать. Им нечем регулировать», — сказал председатель БНПА Александр Швец. По его мнению, ряд мероприятий, предусмотренных правительственным планом, являются лишь дополнительными механизмами по «выкачиванию валюты» из предприятий. Впрочем, эффективность их тоже сомнительна. Например, пока официальный курс сильно отличается от реального, платить налоги в валюте попросту невыгодно. С другой стороны, такая мера лишь подрывает доверие к белорусскому рублю. Не поможет и отмена льгот по обязательной продаже валютной выручки. «Если не решать главные вопросы, от которых зависит ситуация на валютном рынке, — уверен А.Швец, — то второстепенными мерами ее не исправишь». Более того, накопившийся отложенный спрос на валюту способен «съесть» любое предложение. К тому же сами экспортеры жалуются на нехватку валюты. Если же у них начнут изымать выручку — это может повлечь остановку производства.

Поэтому А.Швец считает, что необходимо принимать другие срочные меры по стабилизации ситуации на валютном рынке и прежде всего привести его в соответствие с реалиями. «Если в правительстве и в Нацбанке считают, что адекватный курс — 5000 Br/USD, то держите его, — призвал глава БНПА. — Нужно определиться: либо Нацбанк будет регулировать, и тогда курс будет на этой отметке, либо валютных интервенций не будет, и тогда курс на внебиржевом рынке будет продолжать расти».

Но пока субъекты хозяйствования сегодня ориентируются на курс 7000–7500 Br/USD. А их руководители недоумевают, почему Нацбанк, установив иной курс и 2-процентный коридор, не обеспечивает реальное исполнение своих установок. «Как возможно, чтобы главный регулятор по сути устранился с рынка, оставив его на милость валютчикам?» — спросил один из участников заседания. Ответа он не получил.

Ничего утешительно собравшимся не сообщили и представители научных кругов. Никого не устроило цитирование академиком Петром Никитенко работы В.И.Ленина «Грядущая катастрофа и как с ней бороться» — у нынешней власти, не в пример ситуации в июне 1917 г., достаточно механизмов контроля. А декан экономического факультета БГУ профессор Михаил Ковалев призвал снизить импорт и объемы потребления. По его мнению, «в прошлой пятилетке мы жили чуть лучше, чем работали, а производили то, что потом не хотели покупать. За 5 лет экономика страны выросла более чем на 40%, а доходы населения — на 70%. Мы нарушили святое правило экономики — больше платили, чем производили», — сказал ученый. Профессор отметил, что в конце пятилетки чистый импорт потребительских товаров возрос больше чем в два раза: с 2,8 до 5,7 млрд. USD. Поэтому М.Ковалев считает необходимым изменить эту практику, вплоть до введения временного моратория на все закупки по некритическому импорту, прекратить потребительское кредитование. Он также считает, что сокращение перегретого внутреннего спроса должно происходить в том числе и путем изъятия денег у населения. Эту функцию отчасти выполняет инфляция, отметил М.Ковалев, но она должна быть управляемой, чтобы ее темпы не обгоняли темпы девальвации белорусского рубля. «Цены надо удержать, но не ради интересов населения, а ради интересов экономики», — сказал профессор. При этом, по его мнению, вполне логично выглядит введение стопроцентной оплаты услуг ЖКХ для среднего класса.

Собственно «выкачивание лишних денег» у населения, чтобы восстановить финансовое равновесие, и составляет значительную часть плана, утвержденного постановлением Совмина № 662. Устранение диспаритета цен по сравнению с сопредельными странами, по сути, означает их рост.

Правда, многие товары в России, не говоря уже об Украине до сих пор дешевле, чем у нас, а пресловутый диспаритет во многом усугубился благодаря девальвации белорусского рубля. Такая политика вызвала резкую критику экс-премер-министра Сергея Линга. По его мнению, у населения страны не так много денег, чтобы выдержать подобную политику. Уже очевидно, что подорожание бензина делает для многих белорусов автомобиль роскошью, а не средством передвижения. Теперь приходится ожидать, во что превратит стоимость услуг ЖКХ проживание в квартирах, которые, возможно тоже роскошь – по меркам послевоенного лихолетья, но весьма скромны по европейским стандартам XXI века. С.Линг отметил, что повышение стоимости услуг ЖКХ сделает для большинства пенсионеров невозможным содержание в 3-комнатной квартире. И вообще, почему белорусы должны быть лишены права выбора в своем потреблении, которое, кстати, само же государство все последние годы стимулировало и поощряло? Не эффективнее ли всерьез заняться промежуточным импортом и пересмотреть целесообразность «отверточной» сборки из импортных комплектующих неконкурентоспособной продукции?

Обеспокоенность бизнесменов вызывает явный провал прогнозирования и анализа экономической ситуации. Так, никаких объяснений, кроме ссылки на рост цен на энергоносители и девальвации от чиновников мы не слышали. Но о первом было известно заранее, а вторая – не причина, а следствие кризиса. Закономерно встает вопрос: неужели правительство не предвидело все это, разрабатывая и принимая многочисленные планы, программы и основные направления кредитно-денежной политики? Поэтому А.Швец предложил выступить с инициативой о создании в стране органа по прогнозированию и анализу, например, на базе Белстата. Но академик Никитенко такую идею не одобрил. По его мнению, экономические прогнозы – удел одиночек-интеллектуалов, а не специализированных структур. Правда, тогда неясно, чем занимаются у нас за деньги налогоплательщиков некоторые институты, а если упомянутые программы плод индивидуального творчества, то кто этот сумрачный гений? Нужен ясный и гласный план реформ, уверен А.Швец, причем имеющий конкретного автора, который возьмет на себя ответственность за их реализацию.

Подействуют ли на власти призывы бизнес-сообщества? Или ему придется толковать о своих проблемах за закрытыми дверями, завидуя автолюбителям, чьи гудки были услышаны даже на самом верху...

Леонид Фридкин

Тем временем

Если уж мы взялись подгонять цены под соседские, то как быть с социальными последствиями? К примеру, согласно данным, приведенным в статье «Неравенство в распределении доходов и уровне бедности населения: межстрановые сопоставления», опубликованной в журнале Росстата «Вопросы статистики» (№ 6 за 2011 г.) в Беларуси к среднеобеспеченным (исходя из социальных стандартов РФ, принятых авторами за основу) можно отнести лишь 3,6% населения страны, а к высокообеспеченным – 0,9. При этом 28,2% можно признать «относительно бедными», 55,2% — низкообеспеченными, а 12,1 – наиболее нуждающимися. В то же время в России насчитывалось 52,9% низкообеспеченных, т.е. имеющих доходы от 4,6 до 13,8 тыс. RUB (примерно 177 – 530 USD) в месяц, относительно бедных – 22,5% (13,8 – 32,2 тыс. RUB или 530 – 1238 USD), среднеобеспеченных — 3,1%, а высокообеспеченных – 1%. Еще хуже положение в Казахстане, Украине и Азербайджане, где к нуждающимся и низкообеспеченным относилось более 90% населения, среднеобеспечнным – по 0,1%, а высокообеспеченных – около нуля. «Несмотря на различия в уровне жизни, все пять сравниваемых стран еще очень далеки от оптимальной рыночной модели распределения населения по стандартам уровня жизни», – делают вывод авторы статьи. Они также отмечают, что стандарты, использованные ими в ходе анализа – это, прежде всего, бюджет прожиточного минимума, – сами по себе тоже намного ниже, чем в развитых странах. Между тем в социально ориентированных моделях общества оптимальной считается структура с минимальной долей наиболее нуждающихся и низкообеспеченных граждан, доля населения с доходами ниже среднего уровня («относительно бедные») — около 20%, среднеобеспеченного населения – около 60%, высокообеспеченного — 20%. К сожалению, пока мы далеки от этого эталона. Получается, что в крупнейших экономиках СНГ фактически нет среднего класса, на который можно переложить тяготы антикризисных мер: есть только бедные, при любом сотрясении экономики скатывающиеся в нужду.


Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях