$

2.0788 руб.

2.4500 руб.

Р (100)

3.1389 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

213.67 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Банки и расчеты

Дезактивация банков: рублевый жир на валютной диете©

16.02.2016

Банковская система Беларуси стойко держалась почти всю прошедшую пятилетку. Но ее последний год оказался тяжелым. Именно в 2015 г. под давлением внешних и внутренних факторов произошел самый заметный спад ряда ключевых показателей.

Международная кредитная поддержка и пропорциональная эмиссия, а также валютные кредитные линии материнских банков позволяли в 2011–2014 гг. поддерживать рост экономики относительно дешевыми валютными кредитами, несмотря на нарастание внутренних проблем и неэффективность многих из финансируемых проектов. Но в 2015 г. все страны СНГ были охвачены региональным кризисом. И самой уязвимой из них оказалась Беларусь. Поскольку руководство страны не рискнуло прибегнуть к неоднократно опробованному механизму эмиссионно-инфляционного роста, реальный сектор экономики столкнулся с резким дефицитом денег. Многие представители власти и бизнеса до сих пор считают, что вина за это лежит на «жирующих» банках, которые сами наживаются, а делиться, т.е. кредитовать предприятия и население, не желают. На самом деле, делить практически нечего – кроме балласта курсовых разниц.

Чрезвычайная долларизация экономического мышления и хозяйственной практики – от номинирования зарплат в долларовом эквиваленте до валютного кредитования – наложила свой отпечаток на любые попытки анализа ситуации. Это особенно характерно для банковской сферы. Кратный рост многих номинальных параметров, даже проиндексированный с учетом инфляции, не позволяет увидеть реальную картину и не обеспечивает ни ясности, ни сопоставимости с прошлыми периодами, другими странами, международными нормативами и рейтингами. Поэтому неизбежно приходится прибегать к сопоставлению в долларовом эквиваленте.

Роковая пятерка

Динамика основных показателей отечественной банковской системы в 2011–2015 гг. представлена в таблицах 1 и 2.

Как видим, если в рублях активы банков увеличились за 5 лет почти в 5 раз, то в долларовом эквиваленте они сократились на 1/5, причем, если в 2015 г. рублевый рост составил 30,9%, то валютный спад – 16%.

Нормативный капитал сократился на 28% за 5 лет (из которых 2/3 пришлось именно на 2015 г.), а его достаточность – с 20,45% до 18,74%. Правда, в прошлом году она возросла на 1,36 пункта благодаря масштабной докапитализации госбанков в июле 2015 г. за счет бюджета.

Доходы банков в рублях в текущих ценах с 2011 по 2015 гг. увеличились в 14,8 раза, а расходы – в 16,3 раза. При этом устойчивый рост наблюдался и в долларовом эквиваленте – вплоть до 2015 г., когда доходы сократились на 21,9%, а расходы – на 20,96%. В свою очередь, прибыль банков с 570 млн. USD в 2011 г. возросла до 640 млн. в 2014-м, но за 2015 г. сократилась вдвое – до 320 млн. USD. Всего же за 5 лет прибыль банков в долларовом эквиваленте упала на 45%, а ее доля в доходах – с вполне солидных 11,4% на начало 2011 г. до 2,6% по итогам 2015 г., т.е. в те же «роковые» 5 раз.

Таблица 1

Показатели (на конец года)

ед. изм.

2010

2014

2015

Активы

млрд. Br

127 537,2

481 530,8

630 463,3

 

млрд. USD

42,5

40,5

34

Нормативный

капитал

млрд. Br

17 632,7

62 241,4

78 626,2

 

млрд. USD

5,9

5,2

4,2

Доходы

млрд. Br

15 010,2

183 075,3

223 045,3

 

млрд. USD

5

15,4

12

Расходы

млрд. Br

13 295,3

176 095,6

217 186,8

 

млрд. USD

4,4

14,8

11,7

Прибыль

млрд. Br

1714,9

7593,8

5858,5

 

млрд. USD

0,57

0,64

0,32

Активы, подверженные кредитному риску

млрд. Br

95 140,8

330 569,7

404 862,1

 

млрд. USD

31,7

27,8

21,8

Проблемные активы

млрд. Br

3376,4

14 450,2

27 672,1

 

млрд. USD

1,1

1,2

1,5

 

На протяжении 4 лет показатели рентабельности держались на достаточно стабильном уровне: 1,7% – по активам и 11,8–13,1% – по капиталу. Зато 2015 г. обернулся падением первой на треть – до 1%, а второй – до 8,4%.

Объем активов, подверженных кредитному риску, постепенно возрастал в рублях и сокращался в долларовом эквиваленте с 31,7 млрд. USD до 21,8 млрд. При этом 2/3 спада пришлись на 2015 г. Доля рисковых активов в совокупных уменьшилась на 10,4 п.п., до 64,2% за 5 лет, из которых 4,4 п.п. падения пришлось на прошлый год. С одной стороны, это свидетельствует о росте диверсифицированности активов (что хорошо). Но с другой – такая динамика заставляет подозревать увеличение объема недостаточно эффективно используемых активов, что ухудшает финансовые результаты банков.

Проблемные долги в рублях за 5 лет увеличились более чем в 8 раз в рублях и на 32,4% в долларовом эквиваленте – с 1,1 млрд. до 1,5 млрд. USD. При этом 70% такого прироста пришлось на 2015 г. За 5 лет доля проблемных активов в рисковых выросла почти вдвое – с 3,55 до 6,83%, а в совокупных активах – с 2,65% до 4,39%.

Таблица 2

Показатели

2011

2014

2015

Доля прибыли в доходах, %

11,42

4,15

2,63

Достаточность нормативного капитала, %

20,45

17,38

18,74

Рентабельность активов за год, %

1,69

1,7

1,0

Рентабельность капитала за год, %

11,77

13,12

8,38

Доля проблемных активов в рисковых активах, %

3,55

4,37

6,83

Доля рисковых активов в совокупных активах, %

74,6

68,65

64,22

Доля проблемных активов в совокупных активах, %

2,65

3

4,39

Краткосрочная ликвидность

3,38

1,93

2,12

Мгновенная ликвидность, %

450,05

251,73

214,57

Текущая ликвидность, %

225,31

133,66

123,35

Соотношение ликвидных

и суммарных активов

29,21

27,17

32,05

Без ликвидности

За монетарное стимулирование и щедрую раздачу льготных кредитов в предыдущие годы к концу пятилетки пришлось расплачиваться ужесточением регулирования ликвидности в банковской системе. В результате коэффициент краткосрочной ликвидности (соотношение активов со сроками погашения до 12 месяцев и обязательств со сроками исполнения до 12 месяцев) потерял более трети за 5 лет. К окончанию 2015 г. он, правда, восстановился на 10%. Это объяснимо, поскольку более «длинный» показатель меньше подвержен текущим колебаниям. Чего не скажешь о двух других более «коротких» показателях.

Текущая ликвидность (соотношение суммы активов с оставшимся сроком погашения до 1 месяца, в т.ч. до востребования, и пассивов с оставшимся сроком возврата до 1 месяца, в т.ч. до востребования и с просроченными сроками) потеряла за 5 лет 45% своего значения, из которых всего лишь 1/10 часть пришлась на 2015 г. Мгновенная ликвидность (соотношение суммы активов до востребования с пассивами до востребования и с просроченными сроками) сократилась на 52%, в т.ч. на 16% – в 2015 г. На динамике этих показателей существенно отразилось сокращение объемов кредитования, начавшееся в 2014 г.

Соотношение ликвидных и суммарных активов также имело тенденцию к сокращению – с 29,21% до 27,17% в 2011–2014 гг. Но в прошлом году оно заметно улучшилось: до 32,05% на 1.01.2016 г., что было вызвано ростом доли ликвидных активов на фоне снижения совокупных. Впрочем, данный параметр был гораздо стабильнее других за период: колебания не превысили 18%.

Структура банковского портфеля и кредитных ресурсов за 5 лет перешла в полное «подчинение» валюте. Если в начале 2011 г. доля рублевой части в активах и пассивах составляла 70%, а валютной – только 30%, то на начало 2015 г. соотношение составляло 47,5 на 52,5% в активах и 47,4 на 52,6% в пассивах, а в начале 2016 г. – уже 37,9 на 62,1% и 37,8 на 62,2% соответственно. Таким образом, доля валютной составляющей за 5 лет выросла на треть. Таков результат агрессивного роста валютного кредитного портфеля. Причина тоже очевидна: ставки по валютным кредитам были в 4–5 раз ниже, чем по рублевым, практически на протяжении всех 5 лет. Доминирование валютных заимствований сыграло свою роль в неоднократных девальвациях, состоявшихся в 2011–2015 гг., которые, в свою очередь, подрывали финансовое положение субъектов хозяйствования.

События прошедших 5 лет значительно сократили базовые параметры деятельности банковской системы и ухудшили показатели ее эффективности. Столкнувшись с локальным финансовым кризисом, банки быстро нашли выход: наращивание валютного финансирования. Это стало возможным благодаря доступности относительно недорогих ресурсов – в большинстве случаев от российских материнских банков. Однако некоторым из них в связи с началом кризиса в России пришлось отзывать (в т.ч. досрочно) финансирование белорусских «дочек» для поддержания собственных позиций. В такой ситуации можно надеяться на помощь только со стороны государства. Но оно не способно сегодня дать «анестезию» в виде монетарного смягчения и внутренней эмиссии для стимулирования потребления и экономического роста.

 

Динамика основных показателей банков за 2015 г. наглядно демонстрирует, что «вытянуть» реальный сектор (где положение все хуже, а в ряде сегментов – намного) из кризиса за счет финансового сектора – бесперспективная идея. На самом деле, у банков никакого «жирка», который можно было бы перекачать на поддержку предприятий, нет и в помине. При неблагоприятной конъюнктуре внутреннего и внешних рынков и сокращении ресурсов государственного бюджета исправить ситуацию путем смягчения денежно-кредитной политики и «раскулачивания» банков без привлечения внешнего финансирования невозможно.

 

 

Автор публикации: Константин АЛЕХИН


Финансы: список рубрик
Читать «ЭГ»
Подписка
Архивы «ЭГ»
Опросы
Мы в соцсетях