Авторизуйтесь Чтобы скачать свежий номер №36 (2533) от 20.05.2022 Смотреть архивы
picture
USD:
2.5043
EUR:
2.6212
RUB:
3.9928
Золото:
146.98
Серебро:
1.74
Платина:
74.8
Палладий:
160.23
Назад
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений
Распечатать с изображениями Распечатать без изображений

ЦЕНООБРАЗОВАНИЕ В БЕЛАРУСИ

"Обещают" подрасти...
"Обещают" подрасти

Приветствуя появление на рынке новых , более красивых, удобных, надежных и т.д.  товаров, мы -- обыватели-покупатели, всегда и  с опаской смотрим на ценники: насколько "потяжелели" там цифры? Уверен, что в этот момент мало кто  воспринимает цифирь как "денежное выражение стоимости товара". Как правило, ценник соотносим с доходами семьи. Из этих - вольных или невольных   сопоставлений и рождаются наши суждения и умозаключения о комфортности того ценового поля, на котором мы пребываем.
 
Каково же оно теперь и каким представляется в будущем?

Новые черты инфляции

В I кв. 2006 г. ценники на потребительские товары, если считать от конца прошлого года, "потяжелели" всего на 1,6%. Однако если сравнивать квартал с кварталом (по методу "оглядывания назад"), то инфляция (прирост потребительских цен) составила 7,7%. Если по методу "смотри вперед", то 1,6 умножим на 4 и получим 6,4%. Вариант неплохой - устроит всех, кто отчитывается и контролирует.

Такой темп в политике стабилизации считается промежуточным: не так много, но и добиться искомых 3-4% еще не просто. Поэтому и задача ставится - не подавление инфляции, а ее сведение к минимальному уровню. Тем более, что добиться заветного нуля никак не получится: определенная доля прироста цен "поступает" в республику в виде повышающихся цен на ресурсы и энергию. Есть и собственные проблемы, рождаемые отставанием производительности от объемных показателей. В нашем случае рост ВВП отстает от роста заработной платы, трансфертов и реальных доходов, что сказывается на макроэкономических последствиях проводимой политики доходов. Пока помогало то, что "держится" денежная база, нет эффекта увеличения количества денег в обращении, что могло бы подстегнуть инфляцию при столь высоких темпах прироста доходов и покупок домашних хозяйств. "Удержание" сковывалось денежными властями, за что им спасибо от потребителей.

Что происходит в итоге, в первую очередь обнаруживается при изучении объема реальных покупок на  внутреннем рынке. Их анализ показывает, что спрос домашних хозяйств в месяц составляет примерно 1млрд.USD. 57% от этой суммы приходится на продукты питания, на 430 млн.USD  в месяц население покупает непродовольственных товаров.

Почему речь идет об этих составляющих цены? Ответ очень практичен. Теоретически продовольственный рынок насыщен, спрос устойчив. Денег на продовольствие с каждым месяцем тратится относительно меньше. Следовательно, на этом рынке инфляция спроса работать не должна. Рост цен может быть инициирован инфляцией издержек, генераторами которой могут стать предприятия пищевой промышленности, работающие в условиях высоких таможенных барьеров.

Надо ли бояться этого? Наше продовольствие с начала года подорожало всего на 1,4%. Это хороший, инфляционно сдержанный результат. Но есть и свои "чемпионы". В марте 2006 г. по сравнению с февралем 2006 г. сахар подорожал на 10,4%, пшено - на 3,6%, крупа гречневая - на 3,1%, сало - на 0,5%. Получается, что при насыщенном рынке и относительно снижающемся спросе есть всплески цен не в пользу потребителя.

Что же происходит на рынке непродовольственных товаров-  там, где инфляционные процессы объективно должны быть выше? Как раз все наоборот. Там рост цен с начала года составил всего 0,8%. И это при растущем спросе.

Есть и долгожданная тенденция ценового снижения. Чуть-чуть в этом году стали таять цены на телевизоры, медикаменты и одежду. Это самое радостное для домашних хозяйств. При этом товар нового социального уровня - бензин - прирос всего на 2,6%. Хуже с услугами, они в этом году стали дороже на 2,9%, хотя качество не улучшилось.

Снижение цен - не для каждого благо

Цены на нефть, бензин и газ - главная тема рассуждений о будущем. С бензином у нас все в порядке, цена стабильная (хотя и не маленькая для нашего ВВП и персональных доходов). Газ - вопрос вопросов, хотя и через него надо будет "перепрыгнуть". Нам предлагают сделать это уже в следующем году. Можно сетовать на правительство, которое долгое время "сидит" на дешевом газовом наркотике и нас к этому приучило. Можно искать выходы и оценивать последствия.

Что же будет с ценами?

Основным ценообразующим фактором на внутреннем рынке являются затраты, издержки на производство продукции. В экономике страны 62,6% совокупных издержек составляют материальные затраты, в промышленности они равны почти 70%. Это меньше, чем в прошлом году, но все равно очень много - в два-три раза больше, нежели в развитых странах. Стало быть, чтобы цены вели себя скромнее, надо снижать эти издержки. Западный опыт говорит, что это вполне реально. Надо брать курс на инновации, разрабатывая и внедряя технологии, снижающие материало- и энергоемкость и  улучшающие качество продукции.

Ситуация может осложниться для нас при повышении тарифов на газ. Первый удар тогда примет на себя промышленность, в структуре затрат которой топливо и энергия составляют примерно 12%. Естественно, будет "динамический удар" по издержкам и ценам. Более сильный для предприятий со сложным финансовым положением, которых у нас примерно четверть.

Что будет происходить при развитии ценового давления? Газ при 250 USD/1000 м3 заставит изъять из нашего потребления сумму в 4млрд. USD. Это соответствует четырехмесячным покупкам населением всего продовольствия и "непродовольствия". Ситуация экстремальная. Сократить на треть питание - для бедных почти катастрофа.

Если делать прогноз о динамике цен, то верхний потолок прироста инфляции при механизме "домино" будет на уровне 25-30% в год. При росте цен на газ на 11-18%, что соответствует подвижкам на внутреннем российском рынке, издержки могут вырасти всего на 2-3%. Но могут и больше: раскрутка инфляционных ожиданий действует  волнообразно - первый прилив, второй и т.д. В условиях ценовой нестабильности существует соблазн искусственно завышать собственные цены. Для страховки от возможных потерь. Процесс примет массовый характер. Правительство, конечно, будет бороться с ним, но рост недоверия к собственным деньгам также будет способствовать деформации спроса на валюту, что отразится на обменном курсе. Опять усилится рост цен, но уже на "курсовой" основе.

Как видим, механизмов "раскачки лодки" много. Каждый из них опасен в отдельности, а вместе - весьма и весьма.

Опасения по поводу роста инфляционных факторов могут связываться и с повышением доходов. Точнее  тех денежных выплат, которые входят в издержки наших товаров. Это могут быть и налоги, и другие виды изъятий, увеличивающие цены предприятий, а затем   и рыночные. Конечно, рост заработной платы делает нас богаче, но снижает конкурентоспособность белорусской продукции. Особенно той, что выходит на внешние рынки. Если сейчас в издержки включается зарплата на уровне 260 USD, то  что будет при 400, запланированных на 2010 г.?

Что будет с ценами, если зарплата вырастет на 50%? В издержках ее удельный вес в среднем составляет сейчас около 15% и за 5 лет может прирасти на 7-8%. Для цен на готовую продукцию это будет не очень много. Однако  трудности возникнут для предприятий, которым не удастся снизить издержки по другим позициям, например, материальные затраты.

Сложнее будет при вступлении России и других стран СНГ в ВТО. Ценовая конкуренция на рынках вне Беларуси заметно усилится. В итоге нас с них могут заставить уйти. Серьезная угроза. Готовиться к ее отражению надо сегодня. Для производителей наступает время реструктуризации производств, перехода к инновационной экономике (к слову, заявленного в политике правительства на 2006-2010 гг.).

С ростом конкуренции цены объективно будут снижаться. Не все предприятия смогут остаться на плаву, если не научатся плавать в холодной "рыночной воде". Она к нашим берегам прибывает. Медленно, но верно.