$

2.0989 руб.

2.4052 руб.

Р (100)

3.1982 руб.

Ставка рефинансирования

10.00%

Инфляция

0.10%

Базовая величина

24.50 руб.

Бюджет прожиточного минимума

214.21 руб.

Тарифная ставка первого разряда

35.50 руб.

Образование

БОЛОНСКИЙ АБСЦЕСС:©

29.09.2015

на фоне общего расстройства

Структурное реформирование системы образования, обещанное при условном принятии Беларуси в Европейское пространство высшего образования (ЕПВО) и предусмотренное «дорожной картой», разработанной специально для страны, до сих пор не началось. Что сдерживает процесс, объясняет эксперт по культуре и образованию дискуссионно-аналитического сообщества «Либеральный клуб» Вадим МОЖЕЙКО.

— Вадим, можете объяснить, почему Беларусь так настойчиво стремилась в Болонский процесс?

— Основная мотивация — увеличение количества иностранных студентов и притока валюты от них. Анализ поведения властей показывает, что ключевым параметром Болонского процесса для Беларуси является взаимное признание дипломов, что значительно облегчает трудоустройство за пределами страны обучения, причем сразу во всех странах ЕПВО. Это, в свою очередь, повышает привлекательность белорусской образовательной системы в глазах иностранцев, увеличивает ее конкурентоспособность.

В 2011–2012 гг. состоялась первая попытка Беларуси вступить в Болонский процесс. Независимые эксперты и гражданские активисты основали Общественный Болонский комитет (ОБК), который подготовил альтернативный доклад, вскрывающий несоответствие белорусских законов и практики их применения стандартам ЕПВО. В результате Беларусь не была принята в Болонский процесс. Но первый раунд прошел «вничью». Официальный Минск не смог пролоббировать свою позицию и вступить в Болонский процесс без реальных реформ. ОБК и европейские структуры не дали Беларуси вступить в ЕПВО, однако принудить либо стимулировать Беларусь к проведению необходимых реформ также не удалось.

В 2012–2015 гг. были проведены некоторые косметические реформы высшей школы, а ОБК смягчил свою позицию. В результате 14 мая 2015 г. Беларусь все же вступила в ЕПВО, но на условиях выполнения реформ, предусмотренных «дорожной картой», которые должны привести белорусскую образовательную политику в соответствие с принципами и ценностями Болонского процесса. Оценку белорусским реформам министры образования стран ЕПВО дадут в 2018 г.

— В 2012–2015 гг. прошли (или хотя бы наметились) какие-либо реформы?

— Структурных реформ в сфере образования в этот период не было: университеты все так же подчиняются Минобразования; ректоров университетов любой формы собственности назначает лично Президент или министр образования; не соблюдаются академические свободы; нарушаются права студентов.

Очень характерна анонсированная «реформа» выборности ректоров. Их теперь будут избирать на совете университета, как в цивилизованных европейских странах. Но, во-первых, сами советы университетов не избираются академическим персоналом на демократических началах, т.е. они не представляют свободный голос университетского сообщества. Во-вторых, полномочия избранных ректоров все равно должно будет подтвердить Минобразования. При такой процедуре никогда не появится ректор, который был бы неподконтролен руководству страны и только защищал интересы университета, преподавателей и студентов.

Тем не менее были проведены некоторые косметические изменения, отраженные в национальном докладе, который новый министр образования Михаил Журавков подготовил для конференции министров образования стран ЕПВО. Также изменился внешний и внутренний контекст рассмотрения белорусской заявки.

— Компромисс общественных структур был необходим?

— Общественные активисты и независимые эксперты неоднозначно оценивают результаты своей работы в 2011–2012 гг. Беларусь просто потеряла 3 года, не провела никаких системных реформ, только смогла улучшить национальный отчет. В такой ситуации дальнейшая борьба стала сомнительной: какой смысл еще раз не пускать Беларусь в ЕПВО, когда от этого все равно нет положительного эффекта?

Если 2011–2012 гг. альтернативный доклад и общая позиция ОБК были однозначным «нет» для Беларуси в Болонском процессе (в том виде, в каком Беларусь подавала заявку), то на этот раз все выглядит как попытка повлиять на неизбежное «да», хотя бы добавив к нему некоторые условия.

— Учтены ли требования Общественного Болонского комитета в «дорожной карте»?

— Фактически в 2015 г. министры образования стран ЕПВО в дипломатичных формулировках предъявили Беларуси необходимый план реформ, «дорожную карту» — ту самую, которую продвигал в альтернативном докладе ОБК.

Комитет еще в 2012 г. разработал трехступенчатую «дорожную карту» необходимых реформ по присоединению Беларуси к ЕПВО. Первый этап включал прекращение репрессий по политическим мотивам против студентов и преподавателей, восстановление выборности ректоров и их подотчетности академическому сообществу, избавление студенческого самоуправления от политического контроля БРСМ и идеологической вертикали власти, создание независимого национального союза студентов на недискриминационной основе и вне состава БРСМ. Второй этап — законодательное закрепление: перехода к европейской архитектуре высшего образования; квалификаций бакалавра — магистра — доктора; реальной автономии вузов и гарантий академических свобод для персонала и студентов; реальных гарантий получения высшего образования на любом из государственных языков. Третий этап должен был стать заключительным и завершить реформирование системы академических степеней и квалификаций и системы контроля качества.

— «Дорожная карта» — это единственный ориентир, которого надо придерживаться?

— Не обязательно. У Беларуси есть достаточно проблем в системе образования, которые заметны и без рекомендаций европейских партнеров. Более того, есть много полезных для образования идей, лежащих за рамками Болонского процесса: например, развитие системы колледжей liberal arts или глубокие социально-экономические реформы для развития университетов по американскому образцу. Но если смотреть на ситуацию «здесь и сейчас», то выполнение всех требований «дорожной карты» привнесло бы много полезного в белорусское высшее образование.

— Чего от нас ждут?

— Структурных реформ в образовании — и не только очевидных, вроде обязательной автоматической бесплатной выдачи приложения к диплому европейского образца (Diploma Supplement) или трехуровневой образовательной модели с кредитной системой. Речь идет в т.ч. о появлении правовой основы для создания независимого агентства контроля качества в соответствии с европейскими стандартами и руководствами; о завершении формирования Национальной рамки квалификаций; о реальной защите академических свобод и институциональной автономии университетов.

Предполагается, что вся эта работа будет проделана в 2015–2017 гг., а на следующей встрече министров образования ЕПВО Bologna Follow-Up Group (BFUG) доложит о результатах работы белорусских чиновников.

— Попробуете спрогнозировать результат?

— В 2018 г. эксперты BFUG отметят прогресс в отдельных областях — выдача Diploma Supplement, работа над Национальной рамкой квалификаций. В «болезненных точках» (академические свободы, права студентов и т.д.) изменений не произойдет.

Следовательно, министры образования стран ЕПВО вновь окажутся в тупике. Ведь у ЕПВО нет каких-либо механизмов влияния на страны-члены. Фактически после вступления в Болонской процесс Беларусь и дальше может игнорировать его нормы, не выполнять условия «дорожной карты» — и никакого нового рычага воздействия на нее нет. Нет и практики исключения стран из Болонского процесса, впрочем, до Беларуси также не было практик приема стран в ЕПВО со второго раза и с предъявлением «дорожной карты» реформ.

Поэтому и в 2018 г. решение по Беларуси, скорее всего, будет приниматься исходя не только из собственно образовательных резонов, но и из геополитических. Впрочем, опыт 2012 и 2015 гг. подсказывает, что позиция и активность белорусских структур гражданского общества также имеют значение и могут в той или иной степени влиять на позиции европейских экспертов и министров образования.

— Может быть, мотивационной цели присоединения к ЕПВО удастся достичь?

— В госпрограмме по развитию высшего образования на 2011–2015 гг. вся задача международного сотрудничества сводится к «повышению международного престижа белорусской высшей школы и увеличению в три раза объема экспорта образовательных услуг». Задача, вероятно, будет провалена, ведь в 2011–2013 гг. рост составил лишь 19%. Помимо вступления в Болонский процесс ему должны были способствовать открытие новых программ с английским языком в качестве основного языка преподавания и приглашение иностранных преподавателей для ведения курсов.

Но расширение преподавания на английском языке тормозится правовым несовершенством и бюрократизмом, нехваткой преподавателей, способных вести такие программы, практически полным отсутствием приглашенных иностранных преподавателей.

Успехи же пока весьма сомнительны. Так, на 2012 г. в Беларуси обучалось всего около 12 тыс. иностранцев. Большинство (5889 человек, или 48,5%) — из Туркменистана, 2 тыс. (17%) из Китая и еще 1 тыс. из России (8,3%). Русским здесь удобно учиться по языковым и культурным причинам, к тому же по закону у них равные с белорусами права на бесплатное образование (как и у нас в России). Китайцев много везде, и к нам доезжает далеко не элита — достаточно сказать, что набирают их через партнерские отношения с университетом во Внутренней Монголии.

И с годами растет как раз доля туркмен, а не студентов из развитых стран. В 2013 г. их было уже 58,2%, а доля россиян (11,7%) и китайцев (10,3%) снижалась. Эта тенденция иллюстрирует, для кого наше образование конкурентоспособно.

— Вузы чувствуют сейчас хоть какие-то изменения в связи со вступлением в ЕПВО?

— От присоединения к ЕПВО в вузах ничего принципиально не изменилось. Не появилось традиций академических свобод, нет по-европейски влиятельного студенческого самоуправления, равно как и гарантий европейского качества. В любом случае нужна кропотливая ежедневная работа (в т.ч. на местах, в конкретных университетах и на кафедрах) по европеизации белорусского высшего образования. И это, в общем, не очень-то зависит от Болонского процесса.

С другой стороны, при присоединении Беларуси к ЕПВО увеличиваются возможности для студенческой и академической мобильности. Опыт европейского обучения для белорусских студентов (и работы — для преподавателей) будет способствовать реформированию белорусской системы высшего образования. Да и внутренняя интернационализация образования, приезд в Беларусь студентов с Запада поможет нашим университетам шире взглянуть на мир.

Наконец, признание белорусских дипломов в странах ЕПВО (и аналогичное признание дипломов этих стран у нас) откроют новые возможности для рынка труда. Белорусам станет легче выехать на работу за границу, а иностранцам — работать у нас. Контакты будут способствовать большей открытости страны, чего Беларуси как раз и не хватает.

— Есть ли у «Либерального клуба» четкие рекомендации?

— Европейской стороне (BFUG, министры образования стран ЕПВО, департамент по образованию Совета Европы, ESU) следует на постоянной основе сотрудничать с белорусскими независимыми экспертами, организациями гражданского общества и Минобразования (в идеале — в рамках совместной структуры), чтобы следить за реальным ходом выполнения «дорожной карты», как минимум — публично оценивать разные этапы исполнения реформ.

Белорусской общественности (организации гражданского общества, независимые эксперты, студенческие организации и инициативы) нужно мониторить процесс реформирования системы образования, взаимодействовать с Минобразования и университетами, давать свои оценки и рекомендации, помогать чиновникам и учреждениям образования в осознании сущности Болонского процесса и в исполнении соответствующих реформ.

Государственной стороне (Минобразования, администрации университетов) следует максимально изучить сущность Болонского процесса и эффективно донести ее до всех структур, ответственных за реформы (вплоть до отдельных кафедр вузов). Приступать к выполнению «дорожной карты» необходимо без промедления. Взаимодействие с европейскими и общественными заинтересованными сторонами и экспертами позволит подойти к реформированию более содержательно и эффективно. В случае отсутствия политической воли на некоторые реформы (институциональная автономия вузов и т.д.) следует сосредоточиться хотя бы на максимально возможном исполнении всех остальных шагов.

Беседовала

Елена ПЕТРОШЕВИЧ